Путь обмана
Шрифт:
Опершись руками о стол, Лео встала. Подошла к кофемашине, но Элли снова отвернулась к раковине и застыла, опустив плечи. Она не произнесла ни слова. Лео пошла к холодильнику за молоком и остановилась рядом с сестрой. Протянула к ней руки, но тут же опустила снова. Наконец, набравшись решимости, робко погладила Элли по плечам.
– Ну же, Элли. Что бы ни случилось, я тебя поддержу.
И Лео направилась к холодильнику. Оглянувшись через плечо, Элли бросила на сестру удивленный взгляд. Но прежде чем успела что-то сказать, прозвучал дверной звонок.
– И кого принесло в девять утра? Лео, открой, пожалуйста.
Лео ждал сюрприз – на пороге стоял Том. Она попыталась не думать о больно ужаливших словах сестры.
– Доброе утро, – поздоровалась Лео. – Что привело вас сюда так рано? Собиралась зайти днем и поблагодарить за ужин. Вы замечательно готовите, Том. Но, к сожалению, вы меня опередили.
Лео открыла дверь шире и впустила гостя в дом. Давненько у нее не было такого хорошего вечера. Том оказался прекрасным собеседником и развлекал Лео разыгранными в лицах забавными историями из полицейской жизни.
Том вошел.
– Я тут думал про наш вчерашний разговор, – начал Том. – Вот и решил обсудить с Максом и Элли меры предосторожности. Меня, если честно, беспокоит, что неизвестный человек смог пробраться в дом и так же спокойно уйти, даже если он ничего не украл. Хозяева дома?
Как ни странно, Лео почувствовала разочарование, когда оказалось, что Том пришел не к ней. Лео провела гостя на кухню.
– Макс гуляет с близнецами, а Элли здесь. Не желаете чашечку кофе? Мы как раз собирались приготовить…
– С удовольствием, если вам не трудно, – кивнул Том и зашел на кухню. – Привет, Элли. Извини, что без предупреждения. Хотел поговорить о том случае, когда ты решила, что в воскресенье в доме побывал кто-то посторонний.
Элли поглядела на Лео и нахмурилась.
– Том, все думают, будто у меня разыгралась фантазия. Макс считает, что у меня нервы разошлись, а Лео, судя по реакции, вообще все равно.
Том вопросительно посмотрел на Лео.
– Извини, Элли, – произнесла она, – вообще-то я тоже кое-что заметила, и… может быть, ты права. Просто не хотела поднимать шум и волновать тебя еще больше. У тебя и так забот хватает. Похоже, кто-то заглядывал в мои файлы, а Макс сказал, что не брал лэптоп…
Прежний гнев Элли вернулся с новой силой. Лео захотелось самой себе тумаков надавать. Но при Томе сестра сдержалась, и Лео решила, что сейчас самое время спасаться бегством.
– Если я вам не нужна, сварю кофе и пойду. Вы не против? У меня есть кое-какие дела. Заодно отнесу Мими ее кардиган.
Лео заискивающе улыбнулась сестре, налила в кофе молока и со всей возможной поспешностью покинула кухню.
Элли не хотелось обсуждать эту тему. Она уже догадалась, кто пробрался в дом, и предпочла бы забыть об инциденте. Теперь Элли жалела, что подняла переполох.
Впрочем, Том ни в чем не виноват. Он искренне хотел помочь. Расспрашивал о подробностях, но Элли по большей части отвечала односложно. Наконец решив, что ничего не добьется, Том, к счастью, сменил тему.
– Ты ведь, кажется, работаешь в палате Эбби Кэмпбелл? – спросил он.
– Да, и девочке стало лучше, ты знаешь? Скоро ее отключат от аппарата искусственной вентиляции легких – может, даже сегодня. Вчера она реагировала на внешние стимулы и раздражители. Надеюсь, положительная динамика сохранится. Бедная Эбби, –
– Да, я сейчас не на службе, но предупреждаю, что тайны следствия разглашать не собираюсь в любом случае. Так что тебя интересует?
Элли отодвинула опустевшую кофейную чашку. Том производил впечатление надежного, уверенного в себе человека, на которого можно положиться. Но были у него и скрытые слабости. Даже в субботу, когда Том просто болтал с другими гостями, в глазах сквозила затаенная грусть. Элли уже некоторое время гадала, откуда она взялась.
– Когда Эбби привезли, на лодыжках у нее были ожоги от крапивы, а ступни все изранены. Никто не говорил, почему так вышло, но это же, наверное, важно. Не понимаю, почему на это не обращают внимания. И еще – на днях смотрела рентгеновские снимки, и оказалось, что какое-то время назад у Эбби были сломаны обе руки. Спросила у врача, но он сказал, что травмы очень старые и давно зажили. А ты что думаешь?
– Про крапивную сыпь и израненные ноги я знаю. Но мои коллеги не хотят ничего обнародовать, пока не разберутся, в чем дело. Наиболее правдоподобная версия – Эбби сбежала оттуда, где ее держали. Нам известно, что она выбежала из леса – удалось найти кое-какие следы. А крапивы там полным-полно. Но есть еще одно обстоятельство – футболка Эбби была измазана коровьим навозом, из чего следует вывод – она пришла с полей, которые находятся через дорогу. Я разговаривал с приятелем, Стивом, – он как раз занимается этим делом. Пожаловался, что рядом с полями слишком много домов и невозможно точно сказать, из какого выбежала Эбби. Направления мы не знаем, и, если на то пошло, даже не уверены, сразу она оказалась на полях или прибежала издалека. В любом случае сегодня в новостях сделают объявление – может, уже сделали. Вдруг кто-то заметил что-нибудь подозрительное?
Элли порадовалась, что в полиции учли все обстоятельства. Но лес!.. Снова, как в воскресенье, нахлынули воспоминания о другом страшном событии, тоже произошедшем в лесу. Может, рассказать Тому? Ведь с тех пор прошло столько лет… Элли, конечно, обещала Фионе сохранить тайну, но какое это теперь имеет значение? В конце концов, история давняя. Сколько же в их жизни секретов и лжи, мрачно подумала Элли. К счастью, отвлекшийся Том не заметил ее настроения.
– А вот насчет сломанных костей… – задумчиво произнес Том. – Не уверен, что это имеет отношение к делу, но кто знает? На всякий случай мои коллеги спросят у родителей, при каких обстоятельствах девочка получила травмы.
Элли пришла в ужас.
– Нет, нет! Я вовсе не намекала, что это сделали родители Эбби! Кейт и Брайан чудесные люди, они души не чают в дочери! Зря я вообще об этом сказала…
– Не волнуйся, Элли. Ты правильно поступила. Не волнуйся, в полиции все учтут.
В этот момент через стеклянную дверь, ведущую в сад, на кухню заглянули два детских личика – одно радостное, другое недовольное. Следом шел Макс, катя два велосипеда – один с четырьмя колесами, второй с двумя. Руби вернулась с улыбкой до ушей, Джейк же мрачно насупился. Можно было не спрашивать, в чем дело. Ее осторожный сын решил, что не готов рисковать.