Путь наемника

Мун Элизабет Зухер

— Понятно. Но если у вас есть этот дар благодаря присутствию в ваших жилах эльфийской крови, то чем могу помочь я? Разумеется, если придется вступить в бой, я свою задачу понимаю, но в остальном…

— У тебя тоже есть свое чутье, — уверенно, как о чем-то очевидном, сказала ей Тамар. — Мы это сразу почувствовали. А кроме того, тебе уже доводилось сталкиваться с миром эльфов, и ты доказала, что способна ощущать его тонкие энергии.

— А еще, — добавил Джайрон, — тебя прислал киакдан из Бреверсбриджа. А он не стал бы направлять в наш отряд того, кому абсолютно чуждо тонкое

чутье.

— Между прочим, ты далеко не сразу согласился…

— Я не мог знать, сможешь ли ты участвовать в боях. Понимаешь, Паксенаррион, к моему стыду, я наслушался разных сплетен и отнесся к тебе с предубеждением. Вот почему пришлось просить тебя доказать, что ты сможешь сражаться. Что же касается твоего чутья, способности ощутить присутствие зла, нарушающее целостность души леса, тут я заранее был в тебе уверен.

Это случилось через несколько дней. Отряд пробирался колонной по одному по узкой лесной тропинке. Пакс шла между Тамар и Фаэром. Неожиданно она почувствовала, как ее голову сдавило что-то невидимое. Она споткнулась, задрожала и стала оседать на землю. Фаэр успел подхватить ее. Тамар обернулась и, явно обеспокоившись, спросила:

— Что случилось?

Фаэр помог Пакс сесть и, наклонившись, посмотрел ей прямо в лицо. Пакс прошиб холодный пот.

— Я… я не знаю. Что-то в голове… Она кружится, что-то давит…

Говоря это, Пакс понимала, что в словах ее мало смысла, но сформулировать более четко то, что с ней происходит, она не могла. У нее болел живот, грудь сжимало, словно железным обручем, дышать было практически невозможно. Откуда-то из дальних закоулков сознания выплыло воспоминание о лесной засаде Синьявы в тот день, когда разыгралась страшнейшая гроза.

— Опасность… — сумела прошептать Пакс.

— Где? — Этот вопрос задал подошедший к ним Джайрон. Пакс не столько увидела, сколько почувствовала, как сильно он встревожен. Поняв, что ожидать от Пакс по-военному четкого ответа не приходится, он стал отдавать приказания:

— Фаэр, ты останешься с ней. Остальные… Сидя прислонившись к дереву, Пакс старалась взять себя в руки. Наконец ей удалось вдохнуть полной грудью. Один вдох, другой… То, что вызвало этот приступ, не исчезло. Она по-прежнему чувствовала какое-то страшное давление. Но ощущение было такое, будто эта невидимая туша зла сосредоточилась где-то в другом месте, неподалеку. Пакс попыталась встать. Фаэр спросил ее:

— Тебе лучше?

Она чуть заметно кивнула, решив не тратить силы на то, чтобы отвечать вслух. Медленно, словно боясь рассыпаться на мелкие кусочки, она встала сначала на колени, а затем, помогая себе руками, поднялась на ноги. Обретя равновесие, она тотчас же сняла с плеча лук, приготовила его к бою и вынула из колчана, висевшего за спиной, две стрелы. Одну Пакс тотчас же приладила к тетиве, другая осталась зажатой у нее в ладони.

Пакс огляделась. Остальные рейнджеры скрылись в лесу. Рядом с нею остался лишь Фаэр, лук которого тоже был наготове.

— Говорить можешь? — шепотом спросил он. — Тебя что, заколдовали?

Пакс вдруг совершенно ясно осознала, что, если Фаэр или кто-нибудь из рейнджеров почувствует, что на нее

наложено заклятие, первая же стрела из его лука будет выпущена в нее.

— Нет. — Пакс сама удивилась своему голосу: сильный, как обычно, низкий, он прозвучал так, будто с ней ничего и не происходило. — Нет, — повторила она. — А оно… оно где-то рядом. Не здесь, но совсем близко. Так близко, что я даже не могу точно определить направление, словно оно везде.

Фаэр кивнул:

— Когда ты упала и на миг потеряла сознание, мы все почувствовали, что здесь что-то не так. Оно напало на тебя или…

Пакс покачала головой.

— Да нет, я так не думаю. Ему совсем не до меня. Просто я как-то почувствовала его…

— Редкостное дело, — признался Фаэр, — чтобы человек оказался более чувствителен к чему бы то ни было, чем тот, в чьих жилах течет эльфийская кровь. — В голосе Фаэра даже послышался оттенок обиды. — Скажи, может быть, ты поклоняешься какому-то божеству, которое просветляет твои разум и твои чувства?

Пакс сейчас было не до обсуждения своих особых способностей. Ощущение опасности, присутствие какой-то злой силы все так же давило на нее. Головокружение и слабость прошли, и Пакс всячески пыталась понять, откуда, с какого направления исходит эта опасность. Слегка прикрыв глаза, она медленно поворачивала голову из стороны в сторону. Какой-то легкий звон здесь, какой-то шорох вон там… но при этом ничего конкретного. Фаэр внимательно следил за нею, в свою очередь напряженно прислушиваясь.

— По-моему… да, кажется, там. — Пакс кивнула в ту сторону, куда уходила тропа вверх по склону невысокого холма.

— Я пока никак не могу угадать направление, — сказал Фаэр. — Наверное, нужно дождаться, пока Джайрон вернется.

— Нет. Если мы приблизимся, у нас есть шанс захватить врасплох это — что бы это ни было. А если будем стоять здесь…

Пакс осторожно сошла на пару шагов с тропы. Ощущение опасности усилилось, воплотившись в своего рода острую годовую боль. Поежившись, Пакс сделала несколько шагов вперед. При этом она внимательно рассматривала каждое дерево и каждый камень, как учили ее сами рейнджеры. Теперь лес был ей более знаком; по крайней мере, она узнавала почти все деревья и травы, росшие здесь. Бросив взгляд назад, она увидела Фаэра, шедшего за ней по пятам.

Пихта, еще пихта, ель, каменная плита, достаточно большая, чтобы над ней не сомкнулись ветви деревьев, отчего в сумрачном лесу образовалось светлое пятно. И при этом оттуда, со стороны камня, накатывалась волна какой-то чуждой, враждебной силы. Сзади послышался шепот Фаэра:

— Я тоже поймал! Пакс, не двигайся, стой на месте и слушай мои команды. Когда будет нужно…

В этот момент каменная плита или то, что ею казалось, вздрогнуло, изогнулось и взметнулось в воздух змеиными кольцами. При этом окружающее пространство заполнила невыносимая вонь. Пакс, не дожидаясь приказаний, выпустила стрелу в ближайшее кольцо этого змееподобного чудища. Послышался звон, как если бы стрела ударилась о каменную стену. Пакс, понимая всю безнадежность этой затеи, все же перехватила вторую стрелу и стала натягивать тетиву.