Путь наемника
Шрифт:
— Позвольте приветствовать вас, — едва войдя в зал, громко произнес Алиам Хальверик. — Добро пожаловать в крепость Хальвериков.
— Господин Хальверик, — ответил один из эльфов, — вполне возможно, что вы не захотите приглашать нас к себе в дом, когда узнаете, по какому делу мы прибыли к вам. Не желаете ли сначала выслушать наш вопрос?
Алиам на миг застыл на месте. Пакс увидела, как наливаются кровью его шея и затылок.
— Эльфов всегда радушно принимали в этой крепости. Кроме того, все знают, что мои гости могут смело высказывать любые суждения, даже если они противоречат
— Ваше гостеприимство хорошо известно, господин Хальверик. Но тем не менее позвольте мне перейти к делу. Амбротлин передал в Лес Великой Госпожи сообщение о том, что Паксенаррион родом из Трех Пихт, паладин Геда, поклялась найти пропавшего наследника престола. По словам Амбротлина, существует опасность того, что вы вдвоем сможете догадаться о том, кем сейчас является этот человек, узнать его имя и где он находится. Мы прибыли сюда, чтобы предотвратить это.
Пакс шагнула вперед, чувствуя, как от эльфа катится на нее волна гнева, беспокойства, однако не злого умысла.
— Амбротлин сказал, что не будет вмешиваться в мои поиски, тем более как-либо мешать им, — проговорила она. — Почему на это решились вы?
Глаза эльфа недобро сверкнули.
— Как я понимаю, вы и есть тот самый паладин?
— Да, это я.
— Мне доводилось о вас слышать. — В эти слова он вложил все презрение эльфов к тем смертным, которые, на взгляд других людей, достигли чего-то особенного. — Не удивлюсь, если и вы не сможете меня понять. В конце концов, в вас ведь нет ни капли нашей синьинской крови. Впрочем, многие из нас уже давно жалеют о том, что пошли на союз людей и народа Синьин в этом королевстве. Это было ошибкой, и свидетельство тому, что наша возлюбленная сестра вышла замуж за смертного короля и погибла от рук смертных. Потерять ее детей из-за человеческих страстей — одного из-за денег, а другую из-за жажды власти — это было еще большим горем для нас. И никакая крестьянская дочь, наследница пастуха и невеста свинопаса, не сможет возвести на трон этого королевства жестокого палача, лишенного эльфийского чутья. Я ясно выразился? Я пришел для того, чтобы забрать у вас меч, который вам не принадлежит.
Боковым зрением Пакс увидела, что королевские оруженосцы встали за ее плечами и держат руки на рукоятках мечей. В комнате как будто стало холоднее. Холодным блеском засверкали полированные металлические предметы. Эльф тем временем продолжал свою речь:
— Меч не принадлежит ни вам, ни кому-либо из людей. Он был выкован для одного из нас, передан на хранение одной из нас, и к нам он должен вернуться. Вы должны вернуть нам этот клинок. — С этими словами эльф выбросил вперед руку в требовательном жесте.
— Нет, — спокойно ответила Пакс. — Я его не отдам.
— Вы вынуждаете меня вступить в бой в зале крепости Хальверика? — Эльф сбросил плащ и взялся за рукоятку своего меча.
Пакс по-прежнему стояла спокойно, не прикасаясь к оружию.
— Я никого ни к чему не принуждаю. Если вы устроите здесь резню, это будет целиком на вашей совести. — Эльф хотел что-то сказать в ответ, но Пакс не дала ему раскрыть рта. — Я не верну этот меч вам лишь потому, что он не ваш. Он принадлежит тому, для кого был выкован и с чьим
— Он погиб, — сказал эльф, — его больше нет.
— Амбротлин сам сказал мне, что он жив.
— Амбротлин солгал. Его тело живо, но это и все. Сам принц, его личность — этого в живых уже нет. — В голосе эльфа к злости стали примешиваться просительные ноты. — Мы не можем допустить, чтобы трон унаследовал пустой человек.
— Пустой?
— Я имею в виду — потерявший свою личность и ставший другим.
— Но ведь это не так, — спокойно возразила Пакс. Услышав эти слова, эльфы вздрогнули и переглянулись.
— Может быть, ты знаешь, кто этот человек? Не только эльфы, но и все присутствовавшие в зале замерли, ожидая ответа на этот вопрос. Пакс оглядела и зал и увидела, как напряглись все, кто ее слушал.
— Я знаю, кто это, и я знаю, что он не потерял себя, не стал, как вы выразились, пустым человеком.
— Но ведь там, в Ааренисе… — Не договорив фразы, эльф замолчал, понимая, что Пакс догадается, о чем идет речь. Пакс, подняв руку в предупреждающем жесте, сказала:
— Господин эльф, не все, кто находится в этом зале, знают, о ком мы говорим. Я не хотела бы объявлять сейчас во всеуслышание это имя. Может быть, вы возьмете на себя такую ответственность?
— Великий Певец, я хочу, чтобы никто" никогда не узнал этого имени! — Эльф повернулся кругом и быстро заговорил со своими спутниками по-эльфийски. Говорили они негромко, и до Пакс долетали только обрывки фраз, сложить которые во что-либо осмысленное у нее не получалось. Затем эльф вновь повернулся к ней:
— Паладин, вы лезете в дела, в которых ничего не понимаете. Так не должно быть.
— Господин эльф, вы также влезаете в то, в чем ничего не понимаете. Может быть, вы станете оспаривать волю Великого Господина?
— Я готов оспорить способность любого человека правильно понять эту волю. Что же касается вас, мне доводилось слышать об одном новоявленном паладине. Насколько мне известно, вы были не кем иным, как простым, самым обыкновенным солдатом, наемником, иными словами — оплачиваемым убийцей, а затем пали еще ниже…
За правым плечом Пакс в воздухе раздался характерный свист вылетающего из ножен клинка. Эскерьель сделал шаг вперед. Пакс вытянула руку в сторону и движением ладони потребовала от оруженосца вернуться на прежнее место.
— Нет, Эскерьель, убери оружие. Я по-прежнему готова подписаться под всеми своими словами. По-моему, этот эльф действительно любит лезть в дела, в которых ничего не смыслит. Слова правды не могут оскорбить меня, а что касается неверного толкования этой правды, то я готова списать его скорее на невежество, чем на злой умысел.
— Клянусь Фальком! — не выдержав, взорвался Алиам. — Кем бы вы ни были, господин эльф, я не разрешу вам в своем доме таким тоном разговаривать с паладином. И позвольте вам заметить, что она никогда — повторяю, никогда — не была простым, обыкновенным солдатом…