Путь Малфоя

Дадов Константин Леонидович

— Мистер Лютор вас ожидает, — сообщила вернувшаяся зайка, невинно хлопая голубыми глазками.

«Почти верю», — улыбаюсь уголками губ, и кивнув, направляюсь следом за девушкой…

* * *

— Мистер Малфой! — радушно воскликнул восемнадцатилетний волшебник, одетый в чёрный деловой костюм с белоснежной сорочкой, которые не могли скрыть крепкого телосложения, красующийся абсолютно лысой головой, которая вроде бы даже поблёскивала в свете магических ламп. — Как я рад, что вы так быстро отозвались…

«Из-за твоей лысины, у меня глаза не только болят, но и слезятся. Ты что, полируешь её блеском для мётел?» — к счастью,

мне хватило выдержки для того, чтобы не высказать всё это вслух, пусть я и уверен в том, что этот человек над подобным только посмеётся.

— Лексингтон, — киваю эмигранту из США, родители коего погибли в автокатастрофе, когда ему было четыре года. — Что за великолепная новость у тебя появилась? Прости, но у меня сейчас слишком мало времени, чтобы разводить долгие танцы вокруг да около.

— Время — деньги, — согласно кивнул собеседник и взмахнув рукой в сторону ширмы, отгораживающей часть его рабочего кабинета, торжественно объявил: — Лорд Малфой, я имею честь вам представить последнее слово в магической науке! Прорыв, который позволит совместить эффективность, красоту и комфорт… фурри!

Едва последнее слово прозвучало, как ширма исчезла и моему взгляду предстали три девушки лет шестнадцати-восемнадцати, одетые (или раздетые?) в одни лишь передники от платьев горничных. У одной из них были рыжие волосы, человеческие и лисьи ушки (вторая пара стояла торчком, выглядывая из гривы волос на макушке), а за спиной медленно помахивал пушистый лисий хвост, в то время как две другие отличались лишь тем, что имели серые и белые волосы, с собачьими и кошачьими атрибутами соответственно. Встретившись с их взглядами, я ощутил как мои руки слабеют, а ноги подгибаются… но к счастью постыдную слабость удалось превозмочь.

— Ну, что скажете? — самодовольно улыбаясь белоснежной улыбкой, сверкающей не хуже лысины, спросил Лютор.

— Десять лет Азкабана… каждому, — взяв себя в руки, впиваюсь взглядом в молодого мужчину, который от звуков моего голоса вздрогнул, отшатнулся на шаг и побледнел. — И это только в случае, если у них не найдётся родственников в магическом мире, готовых устроить кровавую месть. Заметь, я говорю не «кровную», а «кровавую». Так что если не хочешь, чтобы я прямо сейчас начал заметать следы, то успокой меня и скажи, что это — не похищенные волшебницы.

— Ф-фух… — даже как-то облегчённо выдохнул Лексинктон. — Что вы, мистер Малфой, они вообще не люди. Я бы никогда не стал совершать такую глупость, подставляя вас под неприятную ситуацию…

— Меньше слов, — окончательно успокоившись, продолжаю сверлить собеседника немигающим взглядом. — Откуда девушки?

— Из зоомагазина, — поспешно отозвался лысый волшебник. — У меня есть чеки, справки о прививках и счёт за стерилизацию. В последней партии было больше полусотни наименований, но удачными оказались только эти образцы.

«Животные значит? То-то взгляды у них такие… пустые, что ли», — ослабляю хватку на навершии трости и киваю, разрешая подчинённому продолжать (возможно это очередное последствие экспресс-обучения, но меня едва удар не хватил, когда я увидел рабынь, подвергнутых химеризации).

— Нанятые мной сотрудники, работающие с зельями для особо важных клиентов, предложили использовать модифицированное оборотное зелье не на людях, для превращения в животных, а на животных, для превращения в людей, — начал объяснять лысый волшебник, на лицо которого вернулась улыбка, а в голос — радушие. — При помощи изменённого состава их тела принимают человеческий вид, закрепляясь в таком

состоянии, а затем используя ментальные артефакты, мы прописываем им на подсознание как запрет на причинение вреда себе и хозяину, за исключением случаев, когда нанесение вреда себе может спасти жизнь или здоровье хозяина, а также ряд простых команд. В ходе жизни они смогут обучаться, примерно как обычные домашние животные, да и срок жизни остаётся в пределах десяти-двадцати лет. Все документы у меня на руках, как и записи экспериментов. Мы сверились с законами магической Англии — никаких нарушений нет. Так что, если вы дадите своё разрешение, как основной финансист исследований, то мы зарегистрируем товар в министерстве и уже со следующей недели в нашем магазине появится новый пункт в ассортименте.

«С одной стороны — Тёмный Лорд со своими ритуалами, с другой — Дамблдор, начавший давить по всем фронтам, а тут ещё собственные подчинённые выкидывают такое… Хочу во Францию, к Нарси и детям».

(3).

— …и всё-таки, у меня плохое предчувствие, — донёсся до меня голос Нарциссы, звучащий из маленького сквозного зеркальца, вставленного в откинутую крышку наручных часов.

— Всё будет хорошо, Нарси, — стараюсь говорить спокойно и уверенно, и кажется у меня это даже получается. — Сегодня всё закончится, а завтра я уже буду во Франции. Вы с детьми и заскучать не успеете.

— Обещаешь? — требовательно прищурилась моя супруга.

— Сделаю всё для этого, — левой рукой изображаю извиняющийся жест (всё же никто не знает, что Слизерину может в голову взбрести).

— Ловлю на слове, — ехидно подмигнула леди Малфой, а затем сменив тон на серьёзный добавила: — Будь осторожен, Люциус. Мы тебя ждём.

Зеркало потемнело и мне оставалось только одно — захлопнуть замаскированное под часы магическое устройство, в открытом состоянии похожее на наручную пудренницу с зеркальцем и циферблатом на месте пудры. Шумно выдохнув, поправляю свой тёмно-синий фрак, с голубой сорочкой и зелёным галстуком-бабочкой, призываю невербальными чарами свою трость и бросаю в камин горсть дымолётного пороха.

— Атриум Министерства Магии, — произношу чётко и уверенно, тут же шагая во вспыхнувшее зелёным пламя.

* * *

Вот и наступил день «икс», час «игрек» и минута «зет». Наверное, в какой-то степени, даже иронично то, что старая аристократия магической Англии придёт к власти в праздник, который ворвался в магический мир из магловского сообщества. Однако, на мой необъективный взгляд, рождество в этом смысле ничем не лучше, да и не хуже любого другого дня.

За половину учебного года мы успели сделать многое, в том числе и мобилизовать своих вассалов, оборотней и наёмников (из числа тех, кого не успели перекупить до нас, и от кого меня не воротило при первом же взгляде). Однако, нехорошее ощущение где-то на грани сознания утверждает, что всего этого слишком мало…

Из знаний, полученных мной от Тёмного Лорда, наибольшую пользу я получил от медитаций, позволивших укрепить волевые щиты, что теоретически позволит не потерять себя при кратковременной смерти. А вот ритуал по усилению ментального тела удалось провести лишь единожды, и причиной тому является вовсе не дороговизна обезьян, а неприятное ощущение раздутости головы, а также временное притупление чувствительности рук. Так как сегодня мне понадобится максимум моих возможностей и промедление может стоить слишком дорого, то пришлось отложить дальнейшие опыты на много более позднее время.