Путь Лэйси
Шрифт:
— Я возьму револьвер, Дрего, — отрывисто сказал Хендерсон, и Мэтт без слов протянул ему револьвер, слишком беспокоясь за Лэйси, чтобы с ним спорить.
Хендерсон вытащил из заднего кармана пару наручников и бросил их Мэтту.
— Надевай.
Мэтт сам защелкнул их, не отрывая глаз от Лэйси. Она тихо стонала.
— Она будет жить, док?
— Еще слишком рано говорить. Пуля прошла мимо сердца, женщина потеряла много крови. К тому же, у нее начинаются роды.
Доктор наложил на рану повязку,
— Билл, помоги мне положить ее на кровать.
Хендерсон взглянул на Мэтта и засунул свой револьвер в кобуру. Дрего никуда не денется.
Они осторожно подняли Лэйси и положили ее на кровать. Она стонала, обхватив руками живот, а голова ее металась из стороны в сторону на подушке.
— Я подожду снаружи, — сказал Хендерсон. Перед тем, как выйти из комнаты, он подобрал револьвер Таккера и набросил на тело одеяло.
Мэтт стоял рядом с кроватью, пока доктор раздевал Лэйси, а затем накрыл ее простыней.
Через несколько минут в комнату вошла Сюзанна в сопровождении Роберта Моррисона. Перед этим они зашли в церковь и отложили венчание, объяснив, что это вызвано чрезвычайными обстоятельствами, и оставили людей гадать о том, что случилось.
Сюзанна посмотрела на Мэтта, затем на Лэйси, а потом на укрытое одеялом тело своего брата. Она с печалью подумала, что все произошло по вине Джи-Джи. Она всю жизнь боготворила его. Слишком поздно она поняла, что поклонялась идолу, которого не существовало.
— Как Лэйси? — спросила Сюзанна.
Мэтт пожал плечами.
— Она потеряла много крови, и у нее начались схватки.
Сюзанна чувствовала себя удивительно спокойной. Почему нет слез? Ведь Джи-Джи мертв, и вся ее жизнь разбита.
— Я еще не говорила с шерифом, — сказала она, увидев на запястьях Мэтта наручники. — Когда я пришла, он пил кофе с доктором Брэдли.
— Это неважно, — сказал Мэтт. Он вздрогнул, услышав, как закричала от боли Лэйси. — Держись, Лэйси, — умолял он ее.
Он встал у кровати на колени, взял ее руку и сжал в своей.
— Мэтт, я хочу видеть Мэтта.
— Я здесь.
Она открыла глаза, и он увидел, что они потемнели от боли и страха.
— Мэтт, мне страшно…
— Не бойся. Все будет хорошо.
— Болит, — простонала она. — Все болит. Почему? Что со мной происходит?
— У тебя начались роды.
— Но это слишком рано.
— Расслабься, милая. Просто расслабься.
— Я не могу. Мне больно. — Она закричала, когда боль пронзила ее тело. Лэйси вцепилась в руку Мэтта, не отрывая глаз от его лица, и отпустила ее, когда схватки прошли. Она посмотрела вниз и увидела на своем теле повязку — Что случилось?
— Тебя ранили. Таккер… — слезы застлали ему глаза. Это он виноват во всем. Если бы он держался от нее подальше, то ничего бы не случилось.
— Он стрелял в тебя, — сказала
Она всматривалась в лицо Мэтта.
— С тобой все в порядке?
— Да. Пуля, предназначенная для меня, попала в тебя, к сожалению…
До того, как она успела осмыслить это, очередная волна боли настигла ее, затем вторая…
— Я думаю, вам лучше уйти, мисс Таккер и мистер Моррисон. И ты тоже, Дрего.
— Я остаюсь, — сказал Мэтт.
— Мы уходим, — произнес Моррисон, взял Сюзанну за руку, и они направились к двери. — Мы будем внизу, если понадобимся.
Доктор задумчиво взглянул на Мэтта.
— Тебе приходилось раньше принимать роды?
— Нет, никогда.
— Думаешь, ты сможешь работать с такими манжетами?
— Я справлюсь.
Затем события стали развиваться стремительно. Лэйси погрузилась в омут боли, в то время как ее ребенок прокладывал себе путь в этот мир. Именно Мэтт подхватил ребенка, когда тот появился, и невольно вскрикнул, уставившись на крошечный комочек человеческой плоти, лежащий в его руках. Это был мальчик с густыми черными волосами и темно-голубыми глазами.
Доктор обрезал пуповину, быстро осмотрел ребенка и сказал, что он здоров, несмотря на то, что родился почти на месяц раньше срока, а затем снова вернулся к Лэйси.
Мэтт держал на руках только что вымытого и завернутого в одеяло сына, а доктор продолжал сражаться за жизнь Лэйси. В какой-то момент этой бесконечной ночи вошла Сюзанна и взяла малыша, но Мэтт едва ли заметил это. Он отказался покинуть свое место рядом с Лэйси. Некоторое время спустя Моррисон принес ему еды и чашку кофе. Мэтт выпил кофе, но еду оставил нетронутой.
— Ты должен поесть, — посоветовал ему доктор. — Это вкусно, и тебе нужны силы.
Мэтт покачал головой. Он смутно осознавал, что Сюзанна входит и выходит из комнаты. Медленно тянулись часы. Почти наступила полночь, когда Сюзанна ушла спать. Доктор заснул в кресле у окна, а Мэтт по-прежнему сидел рядом с Лэйси. Ее лицо было бледным, очень бледным, губы почти посинели, а руки были холодные как лед.
Он стал у кровати на колени и полными слез глазами смотрел на Лэйси.
— Не умирай, — сдавленным голосом умолял он ее. — Пожалуйста не умирай. Ты нужна мне, нужна нашему сыну.
Он все еще сидел у ее постели, когда на горизонте занялась заря. Брэдли проснулся на рассвете, встал и приложил стетоскоп к груди Лэйси. Когда он посмотрел на Мэтта, его лицо несколько прояснилось.
— Я сделал все, что мог, — сказал Брэдли. — Теперь все зависит от нее. Остается только молиться. — Он тихо двигался по комнате, собирая свои инструменты. — Позовете меня, если будут какие-нибудь изменения.
— Спасибо, док.
Как только доктор вышел, в комнату вошел Хендерсон.