Путь крови
Шрифт:
– Что?
– Очевидно, мы ничего не можем поделать с этим неожиданным развитием событий.
– Вы разве не слышали? – вспыхнул Колдмун. – Мы летим в Саванну. Задроченную Саванну вместо…
– Я слышал, – ответил Пендергаст. – Должно быть, случилось что-то крайне необычное, чтобы не сказать больше, раз уж Пикетт решил похитить нас подобным образом.
– Ага, его повысили в звании, и он стал еще большим засранцем, чем прежде. И хрен ли нам теперь делать?
– В сложившейся ситуации я не могу предложить ничего другого… кроме как сидеть спокойно
Но Колдмун не желал отступать:
– Это все дерьмо собачье! Я собираюсь…
– Агент Колдмун!
Это была Констанс. Она произнесла его имя с глубоким, странным акцентом, без какого-либо нажима.
Колдмун умолк. Эта женщина была способна сказать или сделать все, что угодно. Но она ничего не сделала, только с сочувствием посмотрела на него.
– Может быть, вы немного успокоитесь, если обратите внимание на парадоксальность ситуации.
– О чем это вы? – раздраженно спросил Колдмун.
– Как вы думаете, часто ли случается так, что агента ФБР похищают собственные сотрудники? Неужели это вас не заинтересовало?
С этими словами она вернулась к чтению.
5
Примерно через сорок пять минут вертолет приземлился на дальнем участке армейского аэродрома Хантер. Как только рассерженный Колдмун выдернул рюкзак из заднего отделения салона, послышался гул еще одного подлетающего вертолета. Через минуту он появился в небе. Это был «Белл-429», – судя по хвостовым опознавательным знакам, правительственной модификации. Выглядел он точно так же, как тот, который этим же утром доставил Пикетта на частный остров. Колдмун фыркнул. Стоило ли удивляться?
Почти в то же мгновение, словно все было заранее отрепетировано, подъехал «эскалейд» с окнами, тонированными почти в такой же черный цвет, как и его кузов, остановился и замер с включенным двигателем.
Колдмун оглянулся на Пендергаста, вытаскивающего из заднего отсека салона свой багаж и вещи Констанс. Недавно Пендергаст ясно дал понять, что ему не терпится вернуться в Нью-Йорк, и это еще мягко сказано. Но сейчас он выглядел так, будто его ничуть не смущает подобный поворот дела. Более того, он словно бы даже и не возражал.
– Вы всё знали, так ведь? – спросил Колдмун, обернувшись к нему.
– Уверяю вас, что нет, – ответил Пендергаст сквозь шум вертолетного винта.
– Тогда какого черта вы делаете вид, будто приехали на пикник? Мне казалось, что вы собирались домой.
– Я очень хотел бы вернуться в Нью-Йорк.
Пендергаст направился с сумками к ожидавшему внедорожнику.
Колдмун двинулся следом.
– Так какого же…
– Дорогой мой Армстронг, – начал Пендергаст с так бесившего Колдмуна обращения. – Я не вижу, чего можно достичь подобным выражением недовольства. Пикетту известны наши планы. Если он не принял их во внимание, на то должна быть серьезная причина. Возможно, это как-то связано с одним сенатором из Джорджии, имеющим большое влияние в ФБР. Да… Подозреваю, нас направили сюда, потому что это дело может получить
Колдмун удивленно посмотрел на него:
– Если бы я не знал вас лучше, то решил бы, что вы заинтригованы.
– Я и впрямь заинтригован. – Пендергаст окинул взглядом летное поле, и его серебристо-голубые глаза заблестели. – Саванна просто чудесна. Вы бывали здесь?
– Нет, и не очень-то стремлюсь.
– Это очаровательный город. Он полон прекрасных старинных особняков, жестоких тайн и загадочных призраков. Истинная жемчужина Юга. Саванна напоминает мне наш семейный дом на плантации Пенумбра… каким он когда-то был.
Пендергаст еще не договорил, а Колдмун уже отвернулся и пробормотал длинное, касающееся человеческой анатомии ругательство индейцев лакота. Он искренне не мог решить, кто из этих двоих хуже: Пикетт или Пендергаст. Оказывается, у этого парня когда-то была своя плантация.
Пассажирская дверь «белла» скользнула в сторону, и элегантная фигура Пикетта широкими шагами направилась к ним.
– Прошу прощения за небольшое изменение маршрута, – заговорил он, не дав Колдмуну возможности выразить недовольство, и показал рукой на «кадиллак». – Будьте добры, рассаживайтесь, я все объясню по дороге.
– По дороге куда? – спросил Колдмун, но Пикетт уже беседовал с водителем.
Сзади раздался яростный вой, затем повторился, и Колдмун, обернувшись, увидел, как два вертолета взлетели один за другим, обдав его струей воздуха. С опущенными носами они поднялись выше, словно огромные неуклюжие канюки. Колдмун едва справился с порывом броситься за ними и ухватиться за полозья, пока еще можно до них дотянуться. В безмолвной ярости он швырнул свой рюкзак на заднее сиденье внедорожника и уселся сам. Констанс скользнула в машину следом за ним. Пендергаст с Пикеттом заняли средний ряд. Водитель переключил передачу и с силой надавил на газ. Мимо промелькнули военные ангары, и вот уже «эскалейд» выехал на трассу I-516, направляясь на север.
Пикетт закрыл все окна, попросил водителя включить кондиционер, затем откашлялся.
– Хочу вас уверить, что все решилось в последний момент, – начал он. – Я ничего не знал заранее и клянусь, что мой визит к вам не был попыткой вас перехватить. Дело в том, что развернувшиеся здесь события потребовали немедленного внимания. Бюро будет вести совместное расследование с местными властями.
– Разумеется, у вас уже есть богатые ресурсы в Джорджии, которые в силах обеспечить необходимое внимание, – заметил Пендергаст.
Пикетт поморщился:
– Скажем так, это дело особенно подходит для ваших способностей. Ситуация быстро меняется, но нам необходимо справиться с ней и показать результат как можно скорее.
– Понятно. А как поживает сенатор Дрейтон? – спросил Пендергаст.
– Лучше я притворюсь, будто этого не слышал, – ответил Пикетт.
– Но вы ведь с ним знакомы?
– Вы даже не представляете насколько, – с холодной улыбкой ответил Пикетт.
Повисла короткая, но все же неловкая пауза.