Путь Крови
Шрифт:
— Трижды пересчитал, — хвастливо заявил Листен и тут же предложил. — Если хочешь, можешь купить ещё свечей, мы сделаем замеры ещё раз.
Я впился в него взглядом, но он даже не заметил, сияя улыбкой и продолжая что-то объяснять Илиоту. Трижды пересчитал? Если увидел, что первый раз вышел ихор Ребела, то затем дважды переделал всё под Аманию? Это уловка, чтобы успокоить меня? Что там написано на листе на самом деле? Не мольба ли о помощи и попытка уговорить Илиота напасть на меня? Что сейчас сделает Илиот? Предложит купить ещё мерных свечей?
Илиот
— Господин, вы точно не можете быть сыном короля Лавоя?
Подозрения и прочее вымело у меня из головы, я хлопнул глазами и неуверенно переспросил:
— Ч-чего?
Листен хмыкнул и пихнул Илиота в бок:
— Ну ты уж загнул. Кто бы сейчас потерял сына короля?
Тот огрызнулся:
— У тебя есть другое объяснение? Это же твои цифры.
— Что цифры? Неизвестен коэффициент затухания, неясен…
Илиот скривился:
— Будь добр избавить меня от этого. Если бы я в этом понимал, то сам бы всё посчитал господину. Ещё раз спрашиваю, какое ещё может быть объяснение?
Я шагнул к ним, выдернул из рук Листена расчёты, где нашлись сплошь цифры, а не мольба о помощи. Ну и с краю неряшливо изображена странная кособокая звезда с одним огромным лучом, одним небольшим и пятью крохотными.
Вглядываясь в него, пробормотал себе под нос:
— Действительно, какое ещё может быть объяснение?
В наступившей тишине, не обращая внимания на взгляды Илиота, Листена и теней принялся лихорадочно размышлять. Всё дело точно в тайном составе, что я пил. Не просто пил, а хлебал за пятьдесят человек. Да, я разрушал тот ихор, что был в нём, я использовал его жар души для того, чтобы разжечь, усилить свой ихор.
Но не слишком ли я о себе великого мнения? Да, я мог разрушить капли ихора королевской семьи. Но мог ли я разрушить основу? Тот ихор семи Предков, из которого и состоит в своей основе ихор любого идара? Нет, не стоит быть о себе столь великого мнения, где я и где Предки?
Значит, я разрушал ихор королевского рода Умбрадо, разрывал его на крошечные капли первоосновы, на ихоры Предков и уже их, вместе с жаром души вливал в свой ихор. В таком случае неудивительно, что после целого кувшина состава и ещё трёх, вернее, четырёх чаш сверху, у меня избыток ихора Амании.
Но, тогда выходит, проблема с техниками не в том, что у меня в крови слишком много крови Оскуридо, а в моей жадности?
Может ли быть ответ так прост?
— Денудо, Денудо, Денудо…
Я очнулся от мыслей под бормотание Листена. Тот в это мгновение щёлкнул пальцами:
— Вспомнил. Господин, ведь ваш Дом не так давно был Великим, вы не просто с севера, вы когда-то правили севером. Вот и ответ. Наверняка в те времена был договорной брак королевского…
Илиот перебил его:
— Не было. И если бы ты помнил книгу родов королевства, то знал бы об этом.
Я повернул голову в сторону Молака и принялся складывать печати.
Что ты считаешь о таком
Он вздохнул:
— Господин, это, конечно, печальная новость, но…
Я перебил его.
Но ты в это веришь?
— Значит, это был либо тайный брак, либо тайное воспитание наследника королевства у Денудо, — отмахнулся тем временем Листен. — А уж там молодость, красивая подруга детства, с которой он вырос.
— Ты девица, чтобы так цепляться за такие глупости?
Листен вспыхнул:
— С чего девица?
— Ни с чего, — отрезал Илиот. — Хватит глупостей, говорю, думай о настоящей жизни. Теперь тебе только клятва, тайну господина никто не должен заподозрить, понял?
Молак же в это время кивнул:
— Да, господин, верю. Если уж говорить прямо, то в любом наследнике из самой слабой, боковой, увядающей и почти размытой браками с другими королевствами ветви рода Оскуридо было больше силы Оскуридо, чем в вас.
Жаль, в жестах не передать того яда, что я хотел бы в них вложить.
Интересная новость.
— Я говорю это не в укор вам, господин, — вскинул руки Молак. — Чудо уже то, что спустя тысячу лет в вас соединилось достаточно пылинок ихора, чтобы мы ощутили в вас Оскуридо и проснулись. Это чудо, господин, а эти двое ослеплены внешним, наносным. Господин, вы король Оскуридо, насколько бы больше в вас не было ихора Амании. Вы пробудили нас, вы видите нас, вы даёте нам силы, у вас проявилась метка Ребела.
Я прислушался к тому, о чём болтали Илиот и Листен, скривился и спросил.
Получается, что моих детей вы не будете считать Оскуридо?
— Господин, как мы можем это знать заранее? Возможно, что если вы отыщете девушку, в которой много ихора Ребела…
Но вы говорили, что не ощущаете этого. Вы говорили, что я буду сам это решать.
— Говорил, — кивнул Молак. — И продолжаю говорить. Мы ещё ни разу не встретили ни одного человека, в котором ощутили бы Оскуридо. Даже в том мальчике, мать которого слышала голоса.
Я тоже невольно кивнул, вспомнив ту историю. Я ведь ещё собирался сводить его к алтарю на посвящение лично и без свидетелей. А ещё было бы неплохо дать ему глоток крови и проверить, что случится с ним, не станет ли он тоже слышать эти голоса?
Потрогал флягу на поясе, где так и плескались остатки моей крови. Впору говорить о тайном составе Оскуридо.
Молак отвлёк меня от мыслей:
— И, конечно, мы не будем выбирать, с кем вы должны связать свою судьбу.
Я смерил его подозрительным взглядом, не особо веря в то, что слышу. Даже в обычных Домах вопрос браков очень важен и часто его от начала и до конца решают родители детей, а тут такая важная вещь, как возрождение королевского рода. Выберу красивую простолюдинку и тени воспримут это как должное?