Путь к трону

Степанов Николай Викторович

– Человек сможет выдержать еще один сеанс такой же боли. Потом придется неделю ставить на ноги, если он нужен вам живым.

– К сожалению, нужен. Вот упертый болван! Чтобы сломать такого, требуется слишком много времени, а у меня его нет.

– Неужели вам недоступны его мысли? – удивился мажордом.

– Закрыты наглухо. Я даже не могу определить, когда он говорит правду, а когда врет.

– Действительно, странно. И магией его не взять. Я бы многое отдал, чтобы обладать такой же броней.

– А еще он является частью ключа для перехода

в наш мир.

– Вы хотите его использовать?..

– Да, Беодор. Причем мне нужно быть уверенным, что он выполнит мое поручение и погибнет. Люди, не подконтрольные мне лично, не должны иметь свободного доступа в наш мир.

Очнулся сапожник в кресле князя. С одной стороны от него стоял небольшой столик с напитками, а с другой сидели князь, Беодор и…

Юноша не поверил своим глазам.

– Да живой я, живой, – сознался Ферг с некоторым чувством неловкости, словно извиняясь за то, что остался цел. – Этот зубастый тип лишь слегка поцарапал мне горло, зато дыхнул так, что я в момент вырубился. Представляю, как это выглядело сверху.

– Я видел огромную лужу крови там, внизу…

– Молодой человек, нельзя же быть столь наивным. Или ты не слышал о создании иллюзий?

Регадун взмахнул рукой, и дверь комнаты отворилась. К ним вошли еще четверо: те, кто уже находился в этой комнате, и Лархош. Последний лихо выхватил меч и со своей обычной улыбкой покромсал спутников на части. Весьма реалистично. Единственное, что успел уловить парень, – в отличие от зубастика изображения остальных фигур слегка подрагивали. Но тогда в мерцающих бликах, да еще с третьего этажа, он вряд ли бы заметил подмену.

– Барон тоже может являться иллюзией? – предположил сапожник.

– Я ждал этого вопроса, – усмехнулся князь и повернул голову к застывшему возле двери стражнику. – Ты можешь идти.

– Теперь мне можно позавтракать, хозяин?

– Конечно, внизу тебя ждет накрытый стол.

– Спасибо, хозяин.

Стражник ушел, бросив напоследок плотоядный взгляд на Фергура.

– Иллюзия не умеет разговаривать, и ее можно пощупать, – продолжил отвечать самодовольный хозяин.

Руам протянул руку и потрогал марлонца. Тот был настоящим.

– А Лархош действительно людоед?

– У нас демонов людьми не считают, – пояснил Регадун. – Надеюсь, теперь ты будешь отвечать на мои вопросы?

– Я и раньше не отказывался. Пока мне не начали угрожать.

– Хорошо. Беодор, уведите барона к остальным. Кстати, угостите демонов перебродившим соком ису. Это должно поднять им настроение.

– Тебе здесь точно моя помощь не понадобится? – спросил Ферг.

– Пока нет.

– Ладно, но пусть господа, рахнид им в глотку, учтут: мы тебя ждем внизу. Будешь слишком долго задерживаться – начнем крушить это здание.

Когда дверь за Беодором закрылась, князь хлопнул в ладоши, и на столе появились яства.

– Предлагаю выпить за то, чтобы и в дальнейшем никто из твоих людей не пострадал.

Юноша не стал отказываться, но лишь пригубил напиток. Мало ли какой гадостью его

тут собирались потчевать, а впереди нелегкий разговор. Руам прекрасно понимал, что, несмотря на показное радушие хозяина, следующий этап противостояния ничего доброго не сулит.

– Свободного времени у меня действительно мало, – принялся за старое Регадун, – поэтому предлагаю заключить сделку. Ты (не без моей помощи, конечно) возвращаешься в Адебгию, выполняешь небольшую работенку, возвращаешься с результатами и забираешь своих друзей. Советую согласиться сразу. Я не каждый день такой добрый, как сегодня.

Сапожник задумался, пытаясь определить разницу между первым и вторым предложениями князя. Сейчас ему пообещали отпустить всех пленников. Но лишь тогда, когда ни в нем, ни в них уже не будет нужды. То есть для вельможи они попросту станут бесполезными.

– Я тут немного понаблюдал и попытался сравнить свои скромные возможности с вашими. Куда ни кинь, я в проигрыше. Неужели мне под силу сделать то, чего не сумеете вы? – Пленник начал издалека.

– Ты верно определил, мои возможности почти безграничны. Но некоторые преграды все-таки существуют. Например, барьер между двумя мирами. Недавно я уже там побывал. С огромным трудом. Второй шанс появится лет через сто, а ждать столько у меня нет времени.

– Скажите, князь, а вы всегда сразу чувствуете, когда чужаки вроде нас проникают в ваш мир? – После встречи с рогатыми охотниками парня волновал вопрос: почему их так быстро обнаружили?

– Вас, людей, поймать несложно. Вы сами себя обнаруживаете благодаря собственной жадности.

– Неужели драгоценные камни?

– Естественно, молодой человек. Вы начинаете их подбирать, а ведь они не просто так разбросаны поодиночке. Собери пять камушков в кучку, и охотники получат сигнал. Десять – и готова ловушка, которая способна сразу доставить крохобора в темницу.

– Минутку, так Заруч…

– Попал в темницу к моему отцу. Но там демонов дольше дня живыми не держат. Его допросили и отдали на растерзание стражникам. Хотели направить охотников за остальными, но я уже доложил – демоны уничтожены. Так что вам очень повезло, что попали в мои земли.

– Понятно. Значит, наши жизни теперь всецело принадлежат вам?

– Вот именно!

– Вот я и думаю, если из-за чужаков вы пошли на риск, то задание там, в Адебгии, лично для вас, князь, является чем-то чрезвычайно важным.

– Твои рассуждения не лишены логики, – с некоторой неохотой согласился вельможа.

– Тогда ответьте мне еще на один вопрос. Как только работенка будет выполнена, я и мои люди станем абсолютно бесполезны или еще сойдем в качестве корма для Лархоша?

– Да, – почесал череп Регадун. – Мудрецы не зря говорят: в правильно поставленном вопросе кроется половина ответа, а то и весь. Ладно, согласен, сделка получается не совсем выгодной для тебя.

– Потому-то она и не получается. Давайте поступим так: вы помогаете нам вернуться в Адебгию, а мы в благодарность помогаем вам.