Путь к сердцу
Шрифт:
Я закрыла глаза и приготовилась к тому, что последует удар или толчок. Но вместо этого я услышала какую-то возню и сдавленный стон.
Я открыла глаза и несколько раз моргнула. Думала, у меня уже галлюцинации.
Семенов стоял на коленях, зажмурившись от боли и прижимая руки к причинному месту. Рядом с ним стояла она. В неизменных тяжелых ботинках на толстой подошве, джинсах с цепочками и наглой улыбкой.
– Ты в порядке, красавица? – спросила она, огибая стонущего Семенова и подходя ко мне.
– Да…
– Только не говори, что это тоже твой друг, и вы снова развлекались, – усмехнулась она, откидывая прядь волос с глаза.
– Что? Нет, – очнулась, наконец, я, – он не друг. Абсолютно. И… спасибо тебе.
– Да не за что. Пойдем, – она схватила меня за руку и развернулась.
Наклонившись к парню, который все еще корчился от боли, она сказала:
– Семенов, я тебе говорила, что яйца оторву, если снова будешь лезть к девочкам? Считай, это последнее предупреждение.
– Да пошла ты, – прошипел он, даже не пытаясь встать на ноги.
– Я-то пойду. А вот ты посиди, – засмеялась она и потащила меня за собой.
Очнулась я, когда мы оказались уже в мужском туалете.
– Что… Что мы тут делаем? – спросила я, слегка испуганно озираясь по сторонам. Я ни разу не заходила в мужской туалет и, честно говоря, даже не имела такого желания. Тут все было ровно так, как я себе и представляла – грязь, неприятный запах, исписанные стены, окурки на раме небольшого окна под потолком. То еще зрелище.
– На улице холодно, не хочется выходить, – спокойно сказала моя «спасительница» и достала из заднего кармана джинсов смятую пачку сигарет, – будешь?
Я отрицательно покачала головой.
– Я не курю.
– Ну, конечно, красавица, – усмехнулась она, – я могла бы и сама догадаться.
Привычным движением она, придерживая сигарету зубами, чиркнула красивой металлической зажигалкой и прикурила. Густое белое облачко поднялось к потолку и растаяло через несколько секунд.
Я слегка закашляла. Я никогда не курила и даже не пробовала. Мои знакомые, с кем я общалась, Веня, отец тоже не курили, поэтому запах дыма был для меня непривычен.
– Не нравится? – с кривой ухмылкой спросила она, усаживаясь на грязную батарею, торчащую из стены. Я бы ни за что не стала садиться на эту батарею. Одному Богу известно, что там, внутри этих решеток. Мне казалось, что если взять оттуда лабораторную пробу, можно обнаружить что угодно – от палочки Коха до вируса Эбола.
– Здесь нельзя курить, – сказала я. Ну, не говорить же ей, что мне не нравится то, что она тут дымит, потому что я зануда, которая даже не пробовала сигарет.
– Знаю. И что? – улыбнулась она.
– Если нас поймают, то будут
– Если ты никому не расскажешь, то никто и не узнает, – она выпустила колечко из сигаретного дыма, и оно поплыло прямо ко мне.
Я рукой «разрезала» кольцо и смотрела на расплывающиеся струйки дыма, как завороженная.
– Что ему надо было от тебя? – неожиданно спросила она, выпуская целый ряд колечек, чем привела меня в полнейший восторг. Представляю, какой идиоткой я тогда выглядела, улыбаясь этим «фокусам».
– Кому? Семенову? – я глазами следила за кольцами, постепенно теряющими свою форму.
– Ага.
– Он неандерталец, – пожала я плечами, – человек, думающий только о своих мышцах и соревнованиях. Странно, что он пьет при этом.
– А ты, значит, умняшка, – она выпрямила спину, и пристальный, изучающий взгляд голубых глаз встретился с моим.
– Я… Мне нравится учиться. Я не хожу на всякие «тусовки», вечеринки и прочие места, куда ходит вся компания этого Семенова. Мне это не интересно.
– А что тебе интересно?
Я отвела взгляд. Мне особо нечем было похвастаться. У меня за спиной не было ничего такого, о чем я бы могла с гордостью ей рассказать. Не говорить же: «Я так шикарно написала сочинение по английскому, что училка меня минут пять хвалила, не переставая». Это так скучно. Моя жизнь скучная. Я скучная.
– Ну… Я занимаюсь рисованием. И плаванием, – тихо сказала я, ожидая, что она в голос засмеется и выскочит из туалета, лишь бы только не умереть со скуки.
– Правда? Нарисуешь как-нибудь меня?
Я ушам не поверила. Это было совсем не то, чего я ожидала.
– Ну… Да, конечно, – улыбнулась я более смело.
– Договорились, – она встала, потушила окурок о стену и засунула его между решетками батареи, – пойдем, мы скоро выступать будем. Программа скучная, но хоть что-то, – сказала она и, снова взяв меня за руку, потянула к выходу.
2
– Откуда здесь столько людей? – поразилась я, когда мы с Веней зашли в широкий зал галереи, где проходила выставка.
– Не забывай, в каком городе мы живем. Не все такие невежи, как ты, – пробормотал друг, оглядывая публику, – спасибо, кстати, что оделась более-менее прилично. Можно было, конечно, и платье разок нацепить, ничего бы страшного не случилось, но так тоже неплохо.
– Спасибо, Веня, – сладким голосом ответила я, – но если бы я надела платье, то все бы подумали, что мы пара, и никакая красивая барышня не оставила бы тебе своего номера. А так, когда я в брючном костюме, сразу понятно, что мы максимум – коллеги.