Путь к сердцу
Шрифт:
Джон негромко кашлянул:
— Сегодня утром у меня был посетитель, весьма привлекательный молодой человек из офиса сенатора Харкера в Иллинойсе. Кажется, сенатор не сомневается, что мне известно ваше местопребывание и что я сообщу ему об этом.
— Я весь внимание, Джон. Продолжай, пожалуйста.
— Харкер хочет встретиться с тобой, когда приедет сегодня вечером в Цинциннати поездом в семь тридцать. Он предлагает обсудить условия.
— Обсудить условия? Он предлагает нам возможность вечно шантажировать его и ожидает, что мы поверим
— Мои люди сообщили, что он и в самом деле прибывает поездом в семь тридцать, — вступил Лоренс в разговор. Альберт достал из кармана часы и щелкнул крышкой.
— Выходит, он будет в городе меньше чем через десять часов!
— Нам надо к этому как следует подготовиться. — Ривлин положил себе на тарелку еду. — У кого-нибудь из вас есть план вокзала?
Лоренс с торжествующей улыбкой достал с буфета аккуратный бумажный рулон. Джон закрепил уголки, поставив на них хрустальные солонки, план развернули, и Ривлин, быстро покончив с едой, присоединился к остальным.
— Поезд в семь тридцать всегда приходит на вторую платформу, — сообщил Лоренс, показывая на план. — Когда ее заполняют люди, там настоящая толчея.
— То есть нет места для маневра, — уточнил Ривлин. — Слишком много людей будут путаться под ногами, а это рискованно, особенно для тех, кто явится встречать Харкера.
— Вот здесь есть местечко, где народа не бывает, — сказал Роб Бейкер, показывая на плане площадку за вокзалом. — Пошли Харкеру телеграмму с указанием места, где ты хочешь с ним встретиться. Туда ведет только один проход.
— И там вечно громоздится целая гора упаковочных ящиков, — добавил Лоренс. Сунув руки в карманы, он покачивался с каблуков на носки и глядел на план из-под сдвинутых бровей. — Мы можем укрыться среди этих ящиков, и никто ни о чем не догадается.
Ривлин быстро прокрутил в голове всю последовательность действий.
— Харкер не дурак, он не полезет в такую очевидную ловушку. Мы должны устроить встречу в здании вокзала, в той точке, которую выбрал бы он сам.
— Ты это всерьез? — удивился Альберт. — Вокзал дьявольски большой — там тебе трудно будет держать ситуацию под контролем.
— А я и не говорил, что мы этим займемся, — возразил Ривлин с усмешкой. — Давайте лучше его пасти. Альберт поджал губы и сухо произнес:
— Позволь тебе напомнить, что люди и скот — совершенно разные виды животных.
— Это как сказать, — мгновенно отозвался Линдер с противоположной стороны стола. — Вся политика основана на том, что людям удобнее, когда их направляют в нужную сторону. — Это позволяет меньше думать и меньше прилагать собственных усилий.
— Ничего себе взгляд на общество! — презрительно хмыкнул Альберт.
Перепалку остановил Уилл.
— Если вы оба не возражаете, — судейским тоном проговорил он, — я предложил бы вернуться к предмету нашего обсуждения. Итак, Рив, как же ты намерен действовать?
Отодвинув в сторону тарелку и сосредоточив все
— Харкер, разумеется, пожелает встретиться там, где будет как можно меньше шансов на чье-либо вмешательство — он не хочет потерпеть неудачу в четвертый раз. Мы сведем его возможности до минимума, и он будет вынужден согласиться.
— А как ты намерен ограничить его выбор? — поинтересовался Альберт.
— Даже для специалиста по железным дорогам ты чересчур прагматичен, друг мой, — произнес Ли с коротким смешком. Уилл схватил солонку и стукнул ею по столу.
— Джентльмены, призываю вас к порядку! — Он сурово посмотрел на спорщиков. — Вопрос сам по себе вполне логичен. Как ты намерен добиться, чтобы Харкер пришел на встречу в удобное для нас место?
Водя пальцем по плану, Ривлин принялся объяснять:
— Центральная часть вокзала Харкера не устроит — здесь всегда много людей. И сеть платформ тоже постоянно загружена, по ним движутся толпы пассажиров, прибывающих в город и покидающих его, — стало быть, они нам тоже ни к чему. Есть и платформы, пустующие в эти часы, — их должны заполнить люди Лоренса, якобы передвигающие грузы и тому подобное. Лишь одну платформу мы оставим пустой и безлюдной — именно ее вынужден будет выбрать Харкер.
— Просто блистательно! — Альберт прищурился.
— Да, просто, — согласился Ривлин, — но вряд ли блистательно. Чтобы додуматься до этого, надо быть хоть чуть-чуть похитрее коровы. — Не давая возможности Ли и Альберту ввязаться в привычный обмен колкостями, он быстро продолжил: — Лоренс, те самые ящики, о которых мы уже говорили как о возможном укрытии…
— …можно с тем же успехом использовать и на пустой платформе. Я велю их туда перетащить. — Лоренс наклонился над планом. — По вечерам и ночью свободны три платформы. — Какую из них ты предпочитаешь для встречи с Харкером?
— Среднюю, — быстро решил Ривлин. — Если мы откроем стрельбу, то на соседних платформах по крайней мере не будет пассажиров.
— Ты предполагаешь, что без этого не обойтись? — насторожился начальник полиции.
— А ты считаешь, что Харкер планирует заговорить нас до смерти? Что касается меня, то я готов ко всему.
Роб растерянно заморгал и обвел глазами присутствующих.
— Я должен знать, Рив… Ты собираешься убить Харкера?
У Ривлина екнуло сердце. Он почувствовал, с каким напряженным вниманием все смотрят на него.
— Я сделаю то, что должен, чтобы защитить Мадди и себя, — ответил он убежденно. — Если Харкер не оставит мне иной возможности… Да, Роб, я убью его.
— Ну, если только в порядке самозащиты…
— Ни по какой другой причине. — Голос Ривлина не дрогнул.
Уилл перешел к концу стола.
— Судья Корбетт согласился присутствовать при встрече как беспристрастный свидетель; я, само собой, тоже буду там. Роб, тебе придется выступать в твоем официальном качестве. Эве, ты возьмешь на себя запись разговора?