Путь к себе
Шрифт:
Но когда я попыталась пожаловаться учителю, он философским тоном сообщил мне, что я должна научиться чувствовать энергию мира. А для этого совсем не нужно задействовать глаза. И снова отправил меня к беседке, только в этот раз, для верности, ещё и глаза завязал.
Вот теперь мне действительно пришлось собирать всю свою волю, заталкивать поглубже гордость и сомнения и всё-таки попытаться сделать то, о чём говорил Тамир. И к моему собственному удивлению, всё получилось. Правда для этого пришлось ещё несколько раз споткнуться и растелиться прямо на острых камнях, но… оно того стоило.
Оказывается каждый предмет на этой планете имел своё энергетическое поле, которое нельзя
Кстати, учитель в моей нынешней картине мира имел яркое золотое свечение, очень сильное, которое окутывало большое пространство рядом с ним. Увидев его я остановилась и как завороженная уставилась на эту потрясающую картину. Нет, мне, конечно, доводилось, до этого видеть его ауру, но тогда я её именно видела, а сейчас ощущаю. Можно сказать, что теперь вижу энергию через свои ощущения… Странно, но действенно.
— Можешь сказать, почему ты так улыбаешься? — поинтересовался Тамир.
— Как так? — удивилась его вопросу я.
— Не знаю, странно… Как будто видишь то, чего не видят другие.
— Так и есть, — на губах тут же растянулась довольная улыбка.
— Значит, получилось, — он встал и, подойдя ближе, развязал повязку. — Это, Тиана, только начало, так называемые азы, которые наши дети знают с детства. Но, думаю, ты быстро всё освоишь. И я бы хотел, чтобы ты поняла основной принцип обучения. Я не буду давать тебе ответов на твои вопросы. Я буду лишь подталкивать тебя к их поиску, направлять к истине. Так и только так, ты сможешь понять всё, что должна. Всё, что я хочу тебе показать. Это сложный путь, но самый короткий и действенный. Пойми, нельзя просто передать истину, можно показать путь, для её поисков.
Здесь было над чем задуматься. Я была согласна с учителем почти во всём. Действительно, только пройдя путь самостоятельно можно запомнить дорогу, понять и преодолеть все её преграды. Иначе — идти по ней бессмысленно. Сегодняшний эксперимент Тамира это мне наглядно показал.
После завтрака мы переместились в кабинет, где я по старой привычке устроилась на пушистом ковре у камина. Его мягкий ворс и тепло живого огня, приятно согревали и тело и душу, успокаивали и навевали на приятные воспоминания прошлого. Как же всё-таки прекрасен огонь. Он как будто живой, сильный, со своим нравом и характером. Может и согреть и обжечь… Может и убить, и вернуть к жизни… Может уничтожить целые города, и дать тепло замерзающим людям.
— Итак, — голосом опытного лектора проговорил Тамир, тем самым отрывая меня от задумчивого созерцания огненных вихрей. — Я обещал просветить тебя об устройстве и правилах жизни здесь. Но, для начала, хотел бы рассказать о некоторых общих законах нашего народа, единых для всех.
Он сделал паузу и многозначительно на меня взглянул. Пришлось отвернуться от огонька и изобразить сосредоточенное внимание.
— Во-первых, — медленно продолжил Тамир. — Мы не афишируем своего существования для людей. Этот закон
Шли годы. Жить среди людей мы больше не могли и не хотели, и старались ограничить до минимума своё вмешательство в их жизнь. Но, никогда не отказывали в помощи тем, кто обращался к нам. Так продолжалось достаточно долго, пока кому-то не пришло в голову, что мы опасны и что нас нужно уничтожить. Так началась глобальная акция, названная господами инквизиторами «охота на ведьм». Многих тогда настигла печальная участь, в том числе и моих родителей. А самым обидным было то, что мы не могли защищаться. Не имели права, даже, несмотря на то, что были заведомо сильнее. Дело в том, что мы никогда, ни при каких обстоятельствах не должны направлять свои знания и энергию во вред людям. Таков закон. И если мы и можем противостоять им, то только на их уровне физической борьбы.
— Интересная получается история, — обдумывая сказанное учителем, проговорила я.
— Да, и из неё плавно вытекают два закона. Первый — нельзя использовать знания и энергию во вред людям, и второй — полная конспирация. Веками было доказано, что если они не знают о нашем существовании — проще живётся и нам и им.
— Но, насколько я знаю, многие ваши живут среди людей.
— Правильнее сказать, что некоторые предпочитают достаточно часто бывать среди людей, а не жить постоянно, — ответил Тамир, задумчиво рассматривая пейзаж за окном. — Согласись, что жить скрывая от окружающих свою суть, не так уж и приятно. Поэтому все наши поселения находятся довольно далеко от городов и других человеческих населённых пунктов.
— Понятно, — проговорила я.
— Ещё одно важное правило — браки и какие-либо близкие отношения с людьми запрещены.
— Это ещё почему? — с каждым новым правилом, во мне всё больше и больше нарастало раздражение.
— Здесь много причин, — Тамир видел, что данный пункт меня особенно огорчает, поэтому, видимо, и решил разложить всё по полочкам. — Во-первых, люди живут меньше, во-вторых, это чаще всего противоречит нашей конспирации, в-третьих, в смешанных браках рождаются полукровки, которых уже нельзя отнести ни к нам, ни к людям.
— А что не так с полукровками? — я встала и теперь нервно мерила шагами комнату. Одна новость была хуже другой. — Тамир, я полукровка, Макс, насколько я поняла, тоже, и мы абсолютно нормальные. Или я чего-то не знаю?
Он поднял на меня усталый взгляд. Чую, эта тема казалась Тамиру ещё мене приятной, чем мне, но поговорить об этом нам было просто необходимо.
— Чаще всего полукровки слабее физически и энергетически, они по-другому видят энергию, или не видят её вообще. Они больше похожи на людей чем на нас. Обучение для них становиться слишком сложным испытанием, и многие из них его не проходят. Я бы даже сказал, что удавалось это единицам, да и то, очень давно. И живут они чуть дольше чем простые люди… А видеть, как твой ребёнок стареет, а ты остаёшься молодым… очень больно.