Путь к себе
Шрифт:
— В таком случае, не буду сопротивляться, хотя моему молодому человеку может не понравиться данная затея, — я сказала про Ника. Да, специально, обдумано. Меня до сих пор мучила совесть из-за того что было между мной и Литсери. Этот гадёныш научил меня, что никому нельзя доверять, а тем более тем, кого толком не знаешь. Реакция Романа на мою фразу была настолько обычной, и обыденной, что я даже удивилась. Он просто пропустил её мимо ушей, не придавая абсолютно никакого значения.
— Так мы едем?
— Что, прямо сейчас?
— Да, прямо сейчас, — спокойно ответил
— Хорошо, только компьютер выключу, и можем ехать, — ответила я.
Спустя полчаса мы уже сидели за вип-столиком в лучшем ресторане города, а я рассматривала странные заголовки меню.
— Никак не можете выбрать? — поинтересовался он, спустя несколько долгих минут.
— Боюсь, что нет. Может, порекомендуете? — спросила я, отчаявшись найти в этом списке знакомые названия.
— Зависит от того, какие блюда вы предпочитаете, — галантно ответил парень. Вообще я чувствовала себя здесь белой вороной. Все клиенты этого заведения выглядели подобающе: дамы в платьях, господа — в костюмах. И только я в стареньких чёрных брюках и белой блузке. И даже широкий чёрный ремень с большой, в тон ему, розой, не могли спасти мой наряд. Единственным выходом из этой ситуации я видела просто не обращать внимания на окружающих.
— Что-нибудь из куриной грудки, картофеля, но только без грибов, — ответила я на вопрос Романа. — Вы мне поможете?
— О да, — ответил он, и жестом подозвал официанта и сделал заказ. А потом повернулся ко мне. — Итак, Марта, или мне лучше называть тебя Тианой, как все?
— Вообще-то моё имя Марта, но для всех друзей, я Тиана. Конечно, второй вариант привычнее, но я не помню, чтобы мы с вами переходили на «ты». И я, кажется, догадываюсь, откуда Вам известно моё имя. Настя сказала?
— Именно, — лукаво подмигнул мне парень. — Она оказалась очень разговорчивой девочкой. И давай, всё-таки перейдем на «ты». Честно говоря, официоза мне и на работе хватает, так что вечер хотелось бы провести в более дружеской обстановке.
— Ладно, но только если ты расскажешь, что ещё поведала тебе моя непутёвая сестра, — я была почти в бешенстве. Нужно будет провести с Мелкой несколько воспитательных бесед по поводу того, что можно говорить незнакомым людям, а чего нельзя.
— Честно говоря, не так уж и много. Я узнал про твоего молодого человека, Никиту, кажется… Про то, где и кем ты работаешь, что у тебя есть мотоцикл, и что после возвращения из последней командировки, ты почти не обращаешь на малышку внимание. А ей так тебя не хватает… — он откровенно издевался, а я злилась, но уже не на Настю, а на него. Энергия бурлила в крови, как будто её специально подогревали. И тут я поняла, что если сейчас сорвусь, это станет настоящим крахом. И, сделав глубокий вдох, постаралась вернуться к разговору, и как можно быстрее успокоиться.
— Не стоило тебе влазить в мои отношения с сестрой. Это, мягко говоря, тебя не касается, — ответила я, мило скалясь. Не могу даже представить, что увидел Рома в этот момент в моих глазах, но улыбаться он перестал мгновенно.
— Прости, если обидел
— Скажи, пожалуйста, как называется это блюдо, — спросила я, упираясь взглядом в свою тарелку. Там на листьях салата и пекинской капусты были выложены кусочки обжаренной куриной грудки, сыра, и крупных сухариков. Может я, конечно, не все ингредиенты рассмотрела, но всё же…
— Понятия не имею… — отозвался Рома. Сейчас он был больше похож на озорного сорванца. Такая забавная слегка виноватая улыбка, загадочный взгляд, из идеально зачесанных волос выбился единственный непокорный локон и теперь слегка торчал. Он выглядел так забавно, что я невольно улыбнулась. Вся злость куда-то испарилась в один миг.
— Но ты же делал заказ… — удивилась я.
— Я просто передал твою просьбу официанту, — ответил он, да с таким видом, будто всё это было в порядке вещей. Потом он протянул мне наполненный бокал, взял свой и, приподняв его, предложил тост: — Я хотел бы выпить с тобой, за то, чтобы все наши мечты сбывались, независимо от обстоятельств.
Пузырьки шампанского слегка щекотали язык, а в остальном, этот напиток мне очень даже понравился.
— Красивые слова, — согласилась я, ставя бокал на стол и приступая к еде в своей тарелке.
— Да, и сказаны не просто так, — добавил Рома, протягивая мне конверт.
— Что это? — спросила глядя на него с нескрываемым подозрением.
— А ты посмотри.
В конверте лежали четыре путёвки на неделю в ближайший к нам горнолыжный курорт.
— Что это? — удивлённо переспросила я.
— Если ты не видишь, могу пояснить. Это путёвки на четырёх человек на неделю. В них включается аренда инвентаря, четырёхразовое питание, любой алкоголь, и… личный тренер для вашей компании, — Рома улыбался, словно кот объевшийся, наконец, сметаной.
— За какие такие заслуги? — я не знала, как на это реагировать. Ну не умею я принимать ни подарки, ни комплименты.
— Можешь считать меня доброй феей, — сказал он, а я закашлялась.
— Нет уж, спасибо, с добрыми феями я уже как-то сталкивалась… кончилось всё плохо, — Литсери негодник, он что мне теперь всю жизнь будет вспоминаться при самых не подходящих обстоятельствах.
— Тогда давай будем считать это простой компенсацией за моральный ущерб, — возразил он. — Но учти, отказ я не приму. Тем более твоя сестра поведала мне, что ты давно мечтала освоить сноуборд, а в вашем климате это, увы, невозможно, — он как-то наиграно развёл руками, чем напомнил Пьеро.