Путь к счастью

Кисленко Виктори

— Зачем вы мне это рассказываете? — Кажется, от переизбытка информации мой левый глаз задергался в нервном импульсе.

— Я с детства видела многие вещи, которые обычному человеку увидеть не дано. Первое время это было подобно проклятью. Но со временем мне пришлось научиться пользоваться своим даром. Отказаться от дара, увы, нельзя. Он послан Богом. — Женщина отложила свои карты и сложила руки на столе.

Я вся обратилась в слух, желая услышать все.

— Прокляли тебя, дорогая. Очень давно. Думаю, по глупости. Но это проклятье через полгода заберет тебя и твое дитя

на тот свет. И не смотри ты так на меня. Я знаю, что говорю. И в беременности твоей не сомневаюсь.

Сердце грохотало в груди, а кожа на руках стала ледяной.

— Возможно, меня кто-то травит наркотиками, и на фоне этого возникают галлюцинации… — Верить в проклятье и внезапную беременность после одной близости не хотелось. Всему есть нормальное логическое объяснение. Без мистики!

— Ты можешь не верить мне. Но учти, если женщина, которая прокляла тебя, не заберет свое проклятье обратно… вы умрете.

— Вы шарлатанка! И говорите мне какие-то небылицы! — вспыльчиво прокричала я, поднялась на ноги и направилась к двери.

Нет смысла разговаривать с неадекватным человеком. Какие проклятья? Какая беременность? Зря только потратила свое время!

— Как поверишь, приходи. Я расскажу, как вычислить ворожившую. И еще, держись подальше от Вики. Если она узнает о твоей беременности, сведет вас на тот свет раньше всяких проклятий, — кинула она мне напутствия в спину. Но я уже ее не слушала. Выбежала за дверь, словно за мной гналась стая злых собак…

Глава 6. Поиски и другие неприятности

Ксюша

Я выбежала из подъезда и часто задышала. Поверить не могу, что в моей жизни начал происходить полный хаос. Какая беременность? Какая ворожба? Разве такое бывает в нашем мире? Верить словам этой женщины — полный абсурд.

Голова загудела от мыслей. Как добралась до дома не помню. На автомате купила злосчастный тест на беременность, бутылку вина и коробку конфет. Нервная система не выдерживает такого перегруза. Мне жизненно необходимо отвлечься и забыться. Желательно.

Утром в понедельник встала с постели раза с десятого. Я всем существом протестовала против насилия громким звуком будильника. Он не дал мне насладиться таким сладким сном. Не помогли разлепить налитые свинцом веки даже две чашки крепкого кофе. Контрастный душ также не спас ситуацию.

Бутылка вина так и осталась стоять в холодильнике, а вот от шоколадных конфет осталась только пустая коробка. Тест я так и не отважилась сделать вчера вечером, оставила это дело на утро. Хотя, учитывая предполагаемый срок, тест должен показать верный результат в любое время суток.

Прошло пять минут. Можно посмотреть на окошко с результатом. Но отчего-то я, как самая последняя трусиха, стояла за дверью ванной комнаты. Помнится, мы с Пашей через год после свадьбы планировали детей. Тогда возможное материнство не пугало, а воспринималось как нечто правильное. Сейчас же... Страх перед неизвестностью дошел до крайней точки интенсивности.

Неожиданно в голове всплыли слова бабушки Паши: «Дети сами выбирают, когда им появиться на свет».

Эта мудрая фраза сразу же поселилась на задворках моего сознания. Запомнилась очень явственно.

Нина Аркадьевна была замечательной женщиной и единственная из всей семьи бывшего жениха принимала меня. Мы часто с ней беседовали на разные жизненные темы. Жаль, что уже как год она не с нами.

Я сделала глубокий вдох и выдох.

Вдох и выдох.

Уже переступая порог ванной, очень надеялась, что тест окажется отрицательным.

Шаг.

Еще один шаг.

И ступор.

Положительный.

Мой малыш решил появиться в ближайшие месяцы. От абсолютно чужого мужчины. Первого встречного!

Кирилл! Будь он неладен!

Мы с ним абсолютно разные. Почти незнакомы друг с другом. А нас уже тесно сплел общий ребенок в моей утробе.

Я знала, что пока еще могу сделать аборт. Оборвать зародившуюся жизнь от случайной одноразовой связи. И это было бы правильно. Нельзя заведомо обрекать нерожденного ребенка на жизнь, где он никогда не узнает своего отца…

На работу шла с пустой головой. Все мысли раз за разом возвращались к Федосееву и моей беременности. Что делать дальше с этим знанием, представляла себе слабо. У меня нет больших средств, чтобы обеспечить своему малышу достойную жизнь. И своего жилья нет. Зато есть кредит почти в четыре миллиона! Куда идти с младенцем на руках? К дяде? А нужна ли я ему буду с нагулянным ребенком? У него своя жизнь с Лобовой. Мы туда явно не впишемся.

Теперь слова Елены Вячеславовны заиграли новыми красками. В ворожбу до сих пор не верила, а вот беременность. И задержка менструального цикла. Без УЗИ все предельно ясно. Это действительно оказалось правдой. Я беременна.

С чего начать свою новую жизнь, а с внезапным малышом она именно таковой и являлась, я не знала. В первую очередь, наверное, верну деньги Федосееву. Если он вчера развлекался с очередной любовницей, то, значит, вернулся в город и должен быть сегодня на работе. А дальше начну сдавать необходимые анализы при ранних сроках беременности. И здесь мне поможет не кто иной, как Галя Павлова.

До очередного совещания в ординаторской оставалось тридцать минут. Я переоделась в рабочую форму, половине отделений раздала расходники и сейчас занималась очередными отчетами. Их, к слову, всегда было более чем предостаточно. От работы меня отвлек телефонный звонок. На экране отобразился номер телефона нашей бдительной соседки с квартиры, которую мы приобрели с Пашей. Даже мыслей нет, зачем она мне звонит. Но на звонок все же ответила.

— Здравствуйте, Клавдия Павловна, — вежливо поприветствовала сварливую старушку.

— Ой, Ксюнечка, доброго дня тебе, дорогая! — послышался в динамике скрипучий голос соседки. — Я с новостью! Даже не знаю, как тебе преподнести, окаянную. Там Пашка твой… Ой, кобель он огородный! Ксюшенька, пока ты пропадаешь целыми днями на работе, этот яйцевый таскает к вам домой девиц! Да каких! Из самого притона! В ночнушке по улице полупрозрачной ходит! А звуки каждую ночь какие! А звуки… Такое непотребство! Спать совсем не дают! Тебе гнать его надо! Метлой поганой под зад эту собаку сутулую и его девицу следом! — Старушка сетовала, а у меня внутри вспыхнул огонь злости.