Путь к океану

Нартова Татьяна

Настроение окончательно испортилось, так что в лагерь я вступала подобно всеразрушающему урагану. Пнув подвернувшуюся под ноги сумку, я с размаха бросила под ноги жениху казан и молча уселась рядом, скрестив руки на груди.

— Что случилось? — поинтересовался советник, отрываясь от едва дымившейся кучи хвороста.

— Голова болит, — пришлось соврать мне.

— Может, заварить тебе какой-нибудь травки? — заботливо придвигаясь ко мне, прошептал Викант. Я удрученно покачала головой. За дальней палаткой раздался звонкий голосок Велеры, а через минуту она уже тащила за собой к костру Шерненса.

— Смотри, Лида, кто к нам

пожаловал! — взвизгнула в очередной раз юная леквер. Сейчас же к нам стали подтягиваться остальные приятели. Мэрке буквально повисла на парне всем телом, пригибая его к земле. Капитан обошелся пожатием руки, зато мой дорогой женишок разулыбался так, словно они с эльфом были родными братьями.

— Мы думали, ты пришлешь письмо, — озадаченно произнесла Руалла.

— А я вот решил лично вас проверить, вдруг что.

— Ага, это правильно! — весело хмыкнула Велера, — С Лидкиной способностью влипать во всяческие переделки просто необходимо за ней следить. К тому же, возможно с твоим появлением она перестанет быть такой злюкой.

— Вел, — укоризненно протянул Локмер, отшатываясь от взметнувшегося столба пламени. Что-что, а разжигать даже самые сырые дрова Руалла умела. Я привычно прикрыла лицо рукавом, чтобы глаза не сожгло, и недовольно повернулась к эльфу:

— Ты что же, собираешься оставаться с нами? А как же Кайрос?

— Вот, я же говорю, что Лидка у нас теперь…

— Велера! — теперь попытался заткнуть девчонку капитан. Черноволосая пожала плечами. Уварс ходил у нее в непоколебимых авторитетах.

— В Кайросе от меня никакого толка, — все же ответил Шерненс, не обращая внимания на косые взгляды приятелей в мою сторону, — То, что там творится, уже совершенно неконтролируемо. Деревья один за другим валятся, словно подпиленные, снег не тает, а как будто испаряется. Туман стоит непроглядный. Короче, лес Гервена превращается в еще один участок мертвых земель. Это ужасно…

— Как ты думаешь, мы сможем вернуть его в первоначальный вид, если Элистар… — поинтересовалась Мэрке, не находя подходящих слов. Друг пожал плечами, но оптимистично добавил:

— Конечно. Я в этом даже не сомневаюсь.

— Но сколько же на это времени уйдет? — ахнула я, помогая Виканту с ужином, — Пока семена новых елей взойдут, пока снова в лес вернутся животные! Хорошо, если Кайрос станет таким, как прежде, спустя три-четыре десятка лет. Хотя о чем я, это же для вас не срок!

— Ну почему же не срок? — оскорбился за всех Локмер, — У меня складывается такое ощущение, словно ты нас считаешь какими-то монстрами, Лида. Ты совершенно ничего не понимаешь!

— Возможно, — не стала спорить я. В конце концов, мне же за подобные высказывания и влетит в итоге. Присутствие Дэрлиана, пусть даже и в обличии эльфа, меня изрядно раздражало. Поэтому, как только последняя ложка аппетитной каши с мясом провалилась в желудок, я поспешила откланяться и направилась в свою кибитку. Спать совершенно не хотелось, и я вытащила из сумки знакомую до последней царапинки коробку с бумагами. Отложив уже более-менее изученные, я приступила к разбору очередного документа, некогда принадлежавшего Азули. После того, как Велера отдала мне сведения о жемчужине, моим ежевечерним занятием стало чтение дневника узнающей и других ее записей. Но как я не пыталась понять, что же все-таки произошло в этом мире пять тысяч лет назад, так и не смогла. Правда, по мере того, как день за днем я просматривала жизнь Всевидящей,

моему взору открывался ее настоящий образ. Не той властной и злой женщины, которой она представлялась мне до этого, а хрупкой, потерявшейся, преданной девушки чуть старше двадцати лет. Не то чтобы мне было ее жалко, но теперь мне стали понятнее ее поступки. И ярче осознание того, что я ничем не лучше Азули, если не хуже.

Я так увлеклась чтением, что не заметила, как в кибитку нырнул Шерненс. От неожиданности я ойкнула, едва не поддев протянутую мне кружку. Эльф вовремя успел отодвинуть явно горячую жестянку, на глазах превращаясь в Сотворителя.

— Прости, — первым нарушил он неловкую тишину, когда кончики его волос окончательно превратились из светло-русых в каштановые, — Ты не обожглась?

— Нет. Зачем пришел? Только не говори, что принес мне попить. Не поверю, — невежливо откликнулась я, принюхиваясь к содержимому кружки.

— Кофе, — словно прочтя мои мысли, улыбнулся Дэрлиан, — Еле достал. С Земли почти не возят.

— И ты решил потратить такой дефицитный товар на простую человеческую женщину, которая в своей жизни его не один литр выпила?

— Не на простую, а любимую, — продолжая улыбаться, прошептал мужчина. Я отвернулась, делая вид, что убираю лист бумаги обратно в коробку. Сотворитель, как всегда, оказался великолепным стратегом. Теперь у меня не было ни единой возможности выгнать его на мороз. И дело было вовсе не в чудесном, горьковатом напитке с молоком. Когда он так улыбался, даже говорить громко не хотелось. А хотелось просто, как ненормальной, улыбаться ему в ответ.

— Что читаешь? Только не говори, что местную беллетристику, не поверю, — продолжал издеваться надо мной Дэрл. Я отпираться не стала, пробормотав:

— Документы Азули.

— Что-нибудь интересное нашла?

— А то! — прихлебывая из жестянки, и с удовольствием прикрывая глаза, уже более мирно отозвалась я, — Тут любовные романы и рядом не валялись! И если честно, чем больше читаю, тем сильнее проникаюсь симпатией к этой старушке — Всевидящей.

— Да? Это почему же?

— Потому что… — осеклась я. Леквер неожиданно развернул меня к себе. Два теплых каштана с черными точками зрачков смотрели, казалось, прямо в душу.

— Лида, ничего не поменялось, понимаешь?

— Ты уверен?

— А ты?

— Ну, — пожать плечами все же я смогла. Сотворитель продолжал пристально, не мигая, вглядываться в меня. На несколько секунд я просто сосредоточилась на его утверждении, пока до меня не дошло, что этот гад, как всегда, прав. Возможно, он перестал существовать для меня как тот, далекий человек. Теперь он был каким-то эфемерным, многоликим, но по-прежнему, без сомнения, любимым до дрожи. До нестерпимого желания врасти в него, не теряя ни на миг.

— Лида, ничего — не — изменилось.

— Изменилось! — в сердцах бросила я, — зачем ты пришел? Поговорить о том, что прошло? Дэрлиан, прошло семь лет, и с этим ничего нельзя поделать. И вообще, я и так все тебе, кажется, понятно пояснила.

— Я не требую от тебя менять свое решение, — помрачнел леквер, — Я пришел, чтобы поговорить о твоих дальнейших планах.

— А что, разве ребята тебе не сказали, что они собираются делать?

— Сказали. Но мне важно не это. Все эти бредни о Дапмаре, жемчужине и твоей роли подарка на день рождения я уже слышал десятки раз. Мне это еще Гервен толковал. Но мне интересны именно твои планы?