Путь Императора
Шрифт:
А потом он нашел это место. Да, именно здесь ее и застрелили. Как ее звали? Ясноглазая такая девочка, на Аллию чем-то похожа. Так же страшно честолюбива была. Тогда многие погибли. И она – тоже. Печальное место.
Он хмуро посмотрел на огромную каменную плиту. Как у него хватило тогда сил поднять ее одному и накрыть маленькую могилу? Не силой взял, бешенством и отчаянием. Страшным воином был Кыррабалта Грязный Топор, ему нынешнему не ровня!
Деревенская колонна должна была подойти еще не скоро. Пока полицейские охранение подтянут, пока проверят склоны… Так что он нашел у речки удобное
Он засек их, когда уже доедал скудный обед. Вернее, не их – чужое внимание. Натянулись невидимые струны, задрожали. Пока что неслышимо. Но на ближнем конце струн – скалы в теснине. Дернут – и… Но пока ждут, выгадывают, чтоб беженцы втянулись в теснину. Он не торопясь доел, собрал сумку. Встал, мысленно ухватился за нити.
– Предупреждение! – произнес в голове холодный голос. – Уничтожение родственной крови приведет к необратимому разрыву связей с управляющей структурой.
– Необратимому, говоришь? – прошипел он. – Да и пофиг! Жил по канавам – проживу и дальше!
Одним движением переплел нити и рванул. На дальнем конце уперлись, захрипели совсем не по-эльфийски. Потом струны лопнули и хлестнули, голову ожгло болью. Потом ему показалось, что закачались древние башни. Потом они упали. Кажется, на него, потому что наступила темнота.
Дребен Хист
Лучники достали стрелы и сосредоточились. Хист в отчаянии огляделся. Нет, помощь ниоткуда не шла – и не собиралась. На будущее наука – никогда не отрываться от войска! До него тут же дошло, что будущее закончится прямо сейчас парой стрел в горло, и стало грустно. Вот так и погибнет средь безлюдных гор Дребен Хист, император из величайших, и только степнячка-дозорная на дальнем пригорке станет равнодушной свидетельницей его бесславной смерти.
– Джайгет, ты бы отодвинулся, ежели жизнь дорога! – дружески предложил старшина егерей.
– Я тхемало, – отозвался побледневший пограничник. – Честь дороже.
– Правильный принцип! – одобрительно кивнул старшина егерей. – Сам бы с тобой рядом встал, но у нас приказ! Лучники?
Хист вдохнул последний раз чистый горный воздух и прощально отсалютовал саблей далекой степнячке. Та ответно вскинула пику. Полыхнула на солнце багровая челка.
– Имангали куул! – разнеслось звонкое меж склонов.
Лучники опустили оружие и настороженно развернулись. На пригорке рядом с дозорной появился еще всадник. И лес пик за их спинами.
– Джайгет, ты знаком с егерями? – быстрым шепотом осведомился Хист.
– Мы все друг с другом знакомы, – пожал плечами пограничник. – Профессионалов не так уж много, сам понимаешь.
– Может, переговоришь с ними? – с воскресшей надеждой предложил Хист. – Поищете компромисс…
– Не найдем. Кто помешает им расстрелять нас и уйти от конницы по ближнему склону?
Что ж, Джайгет действительно
– Джайгет! – прошипел еле слышно Хист. – Перевес в нашу сторону! Начинай переговоры!
– Не думаю, – отозвался пограничник, отвернувшись от егерей, чтоб не прочитали сказанное по губам. – Где остальные «Кулаки»?! Был бы перевес, Ворта уже выстрелил бы! Значит, что-то ему мешает! Это – баланс сил! Надо выжидать! Вдруг у них нервы подведут? Любой профессионал тебе то же скажет!
– Курган сложу из голов профессионалов! – мгновенно взбеленился Хист, не выдержав упоминаний о больной теме. – Не будь я император из величайших! Совсем от жизни оторвались, людоеды! Я вам всем покажу баланс сил!
Степной жеребец, проникшись злобой хозяина, заплясал и боком пошел на егерей, хрипя и скалясь.
– Вы кому служите, людоеды?! – рявкнул маленький полицейский, наезжая на старшину егерей.
– Главному визирю! – сказал старшина, побледнев.
Хист яростно хлопнул обнаженным клинком по голенищу сапога, дико сверкнул глазами – и огромным усилием воли взял над собой контроль.
– Ну так разъясни, слуга главного визиря, чем ему помешали степные роды и одна крохотная деревенька, которые я сопровождаю на яйлу! – хмуро предложил он.
– Да я человек маленький! – пожал плечами егерь. – У меня приказ визиря: раздавить самозваную гадину.
– А сам он кто? – огрызнулся Хист.
– Тоже гадина, – честно признал кто-то из егерей.
Установилась задумчивая тишина. Хист наблюдал, как от отряда степняков в их сторону неторопливо едут два всадника, и нервно играл клинком.
– С гадиной в целом понятно, – вдруг подал голос пограничник. – Врете вы все. Про гадину – это императора был указ! А император у нас с тех пор сменился, и он как раз перед вами! Самозваный, нет ли – неважно. Важно, что единственный и к тому же получивший присягу от лучших боевых частей императорской армии! Ты лучше огласи, маленький человек Здыхло Подгай, эпсар прямого подчинения Ставке императора, секретную часть приказа!
– Да она у меня та же, что и у тебя, эпсар для особых поручений при Ставке императора Джайгет! – усмехнулся егерь.
– Не допустить исполнения пророчества. Любой ценой. Разве нет? Только ты решил охотиться за принцессой, а я – за тем, кто принцессу возведет на трон!
– Надоели, – устало сказал Хист. – Надоели профессионалы. И эльфы придурочные надоели. И гномы озабоченные. Как вы мне все надоели со своим пророчеством, сил нет! Ну что ж вы такие тупые, э? Научились зубами выгодные местечки в жизни отбивать, больше ничего не требуется осваивать? А думать?! Империя на сломе, здесь уже думать надо, как дальше жить!