Путь херувима

Клочок Александр

– Может вызвать скорую помощь? – вдруг спросила рядом стоящая женщина.

– Нет, не надо, все хорошо, я нормально себя чувствую, – пытаясь скрыть свое беспокойство, ответил он.

– Вас ограбили? Может милицию вызвать?

– Нет, я просто упал.

Подъехал трамвай. Все в спешке в него влезли. Трамвай закрыл двери и тронулся с места. Незнакомец вздохнул с облегчением, на его лице сразу же засияла улыбка. Как и все пассажиры, он пристально смотрел в окно, наблюдая за мокнувшим невзрачным черно-белым городом. На очередной остановке люди начали усердно впихиваться в

вагон, чтобы скорее скрыться от дождя. Но один человек стоял на месте и смотрел себе под ноги, не боясь промокнуть. «Какой странный», – подумал про себя мужчина. Как вдруг его перетрусило. «Это же тот человек, его одежда, шляпа, – сразу пришло в голову.

Двери закрылись. Трамвай тронулся с места. Незнакомец не отрывал от этого человека взгляд, пока тот не поднял голову и не посмотрел ему прямо в глаза. Мужчина резко отвернулся. У него задрожали руки, пульс участился, тело, как будто, пылало изнутри.

«Он за мной следит. Но кто он или что он? Почему он меня преследует? Почему он не кричит, что я хотел убить ребенка, а просто за мной наблюдает?» – эти вопросы не выходили у него из головы. Он пытался найти логическое объяснение этому, но ничего не мог придумать.

Трамвай остановился, двери открылись. Незнакомец вышел из трамвая, хотя дом его находился на следующей остановке, и направился во дворы, все время оглядываясь по сторонам.

А вот уже и дом. Подъезд был пуст. Послышался, казалось, громкий звук открывающейся входной двери. Мужчина быстро зашел в квартиру и закрыл за собой дверь на все замки. Отдышавшись, начал разуваться.

– Папа пришел! – послышался радостный голос маленькой девочки.

Ребенок подбежал к входной двери.

– Папа, па…, – девочка с недоумением посмотрела на отца. – Папа, что случилось?

– Даже и не спрашивай, Леночка, – ответил отец и попытался выдавить улыбку на своем лице. – Упал твой папа. Видела, какой дождь на улице?

– Да, папа, видела.

– Какой ужас, – выглянувши из кухни, заворчала женщина, – где это ты так умудрился?

– Да задумался я, вступил в лужу, а там яма и упал, – сразу же ответил мужчина, так как этот ответ был уже придуман по ходу домой.

– Посмотри на себя в зеркало, на кого ты стал похож, – продолжала возмущаться жена. – Раздевайся быстрее, а то вся квартира будет такой же, как и ты. И пойди помойся, а то страшно смотреть.

Женщина обратно зашла на кухню, где все кипело и скворчало. Незнакомец пошел в ванную комнату, снял с себя грязную одежду и стал под душ. Его не переставали терзать вопросы: «Кто это был за человек? Почему он не кричал и не остановил меня? Почему он за мной следил? Что вообще ему от меня надо?»

– Коля, с тобой все нормально? – послышался голос жены из-за двери.

– Да, все нормально, сейчас лоб заклею и выхожу.

– Тебе борщ насыпать? Будешь есть? – спросила женщина.

– Да, насыпай!

За ужином Николай не произнес ни единого слова. Опустошив свою тарелку, он поднялся из-за стола и направился в спальную комнату, не роняя слов.

Жена проводила его непонимающим взглядом до дверей комнаты.

– Хоть бы поблагодарил за ужин, – крикнула она в след, после того, как

тот закрыл за собой дверь, – никакой благодарности.

Она почувствовала сердцем, что произошло что-то неладное, встала из-за стола и направилась в комнату к мужу. Открыв дверь, жена увидела Николая, читавшего старую газету с безразличным выражением лица к изучаемому материалу. Она аккуратно, села возле него на кровать и положила руку ему на плечо.

– Что читаешь интересного? – тихонько спросила женщина.

– Да так, политику. Стабильности в стране нет, – спокойно ответил он.

– Коля, что случилось? Я же вижу, что что-то не то с тобой сегодня. На работе подрался или что? Расскажи.

– Да так, ничего особенного, с коммерсантом повздорил.

– А что такое, мало заплатил? – возмущенно спросила она, усаживаясь удобней на кровати.

– В принципе нет, – отвечал он, – заплатил он как обычно, просто немного не доплатил за дополнительную работу. Я что, получается, бесплатно тягал коробки? Эти торгаши жадные до ужаса, копейкой подавятся. Все настроение испортил на целый день.

– Все будет нормально, не переживай, – обнявши мужа, еле слышно сказала жена, – главное, что мы есть друг у друга, а остальное все – мелочи жизни.

Женщина встала на ноги и пошла убирать со стола. Николай медленно улегся на кровать. В голове крутилось много вопросов и самый главный из них – «Кто этот человек?»

«Может, это именно он, может он лично проследил за тем, как я это делаю? – сразу же возникла мысль. – Обычный человек бы начал кричать, звать на помощь, как-то пытался бы меня остановить, но тот молчал. Наверняка это он. Почему не оставит меня в покое? Зачем я нужен ему?»

Идет дождь. Человек стоит возле забора детского садика и наблюдает, как дети бегают по лужам на игровой площадке, съезжают с горок прямо в грязь, затем встают и заново залазят на горку. Карусель кружится самопроизвольно, дети с большой радостью и громким смехом катаются на ней. Дождя никто не замечает или не хочет замечать. В стороне стоит воспитатель в испачканном халате и держит в руках черную змею. А возле нее ног сидит мальчик Сережа и играется собачей головой. По правой стороне от Николая стоит незнакомец в белом одеянии, по левой стороне стоит человек в темных одеждах. Он сразу узнал его, это тот самый человек, который следил за ним после несостоявшегося убийства. Хотелось убежать, но ноги не слушались, не смогли сдвинуться с места ни на шаг. Эти два человека о чем-то разговаривали, как будто бы не замечая невольного слушателя.

Вначале было непонятно, о чем они говорят, но с каждой секундой слова становились разборчивее.

– А, может, он и не хочет этой вечной и нудной жизни в вынужденном образе, – первое, что получилось разобрать. – Вы не хотите дать ему раскрыться, вы не хотите позволить ему возвыситься в своих возможностях. Ведь он может стать великим человеком. А что сделал лично ты? Ты хотел оставить его в мучениях.

– Его мучения идут от его же греха, – послышался другой уже голос справа.

– Как он может быть грешен, ведь он всего-навсего ребенок. Ты посмотри на него, как он может быть грешен?