Путь Чести
Шрифт:
— Какой я, оказывается, благородный, — пробурчал я. Но бурчал чисто для вида. Потому что в словах княгини не было лжи. Правда, любую информацию можно было бы подать по-разному. И стоило Сабле захотеть, все мои перечисленные достоинства обернулись бы недостатками. Но она захотела именно так.
— Ещё какой, — снова улыбнулась девушка. Но мимолётно. А затем снова стала серьёзной. — Но продолжу. Так вот, молодой боярич подарил младшему роду то, чего у них давно не было. Надежду! Надежду на то, что в роду снова появился достойный лидер. А боярин Михаил эту надежду тут же уничтожил. Знаешь, что он сказал на суде? Что тебе, Маркус, никогда не быть боярином Дёминым. Представляешь? А вот я считала по-другому. И решила, что ты достоин.
— Эм-м… Спасибо!
— Да на здоровье! Кстати, тебе надо выбрать имя новому роду. Как выберешь — сообщи. Потому что в списки пока что в самом прямом смысле вписали лишь твоё имя. Даже смешно получилось. Отчества твоего никто из моих людей не знает. А имя рода… Ты же не хочешь быть боярином Кагановым?
— Спаси меня боги от такой фамилии!
— Почему-то так я и подумала, — снова улыбнулась Сабля.
— Ты, как я вижу, не очень по роду Кагановых горюешь? — не удержался я от вопроса.
Княгиня тут же стала серьёзной. И посмотрела на меня с сомнением.
— Не горюю, — созналась она. — Плохой был человечишка. И сын у него таким же рос. Но с тем, что он плохой, я бы смирилась. Всё же мой боярин. Но вот тот факт, что он посмел пойти против моей воли… Не убей его ты, и наказывать Кагановых пришлось бы мне. А вот это и в самом деле неприятно. И вызвало бы намного больше недовольства среди бояр княжества.
— А я, значит, недовольство не вызвал.
— Да как сказать… Недовольные есть всегда. Но большинство бояр всё прекрасно понимают и принимают. И пусть ты действовал не по закону… Для многих воинов поступить по чести намного важнее этого. А уже если в дело вмешались ещё и боги. Так что не думай об этом. Настоящие бояре — служивые, уже на твоей стороне. А придворные шаркуны… Они только о лично мошне думают. Но, к сожалению, такие тоже нужны. Они привыкли хитрить ради выгоды. И эту хитрость всегда можно поставить себе на службу. Если знать как.
— Как-то ты не по годам мудра, Саблеслава Мечеславовна, — на полном серьёзе произнёс я.
— Ничего удивительного, — пожала она плечами. — Меня всю жизнь учили править. А править сложно. Было бы намного проще сесть на трон и отдавать приказы. Но в этом случае не будет уверенности, что всё сделают именно так, как нужно тебе. Потому и приходиться выкручиваться и лавировать. Плести интриги и продумывать далеко идущие планы.
— Сегодня как раз воплощался в действие один из таких планов?
— Да. Я уже говорила тебе, что мой отец был дружен с боярином Михаилом. И отец всегда знал, как найти управу на этот род. Потому и терпел его на своей земле. Но я не отец! Михаил Васильевич до сих пор видит во мне лишь сопливую девчонку. Не воспринимает всерьёз. Мои слова для него пустой звук. И что прикажешь делать? Терпеть? Терпеть на своей земле сильнейший боярский род, который в любой момент может получить приказ от Государя и ударить в спину? И ведь ничего не поделаешь. Земли у них не выкупишь. Выгнать силой? Можно. Я сильнее. Но это ослабит княжество. А вокруг и помимо Дёминых кружит целая стая стервятников. Ведь я последняя в роду. Ещё и женщина. А вокруг богатое и процветающее княжество.
— Ханна… — негромко произнёс я.
— Не сейчас, боярин. И вообще — не твоего ума дело, как я поступлю с этой… Не лезь, в общем!
— А почему ты со мной так откровенна? — задал я давно назревающий вопрос.
— А почему бы и нет? — подмигнула мне Сабля. — Разве не могу я со своим боярином поделиться своими планами и мыслями?
— Я ещё не твой боярин…
— Ты уж извини, Маркус, но деваться тебе некуда. Ты просто не видел сегодня боярина Михаила. Не возьми я тебя под свою руку, и даже представить не могу, чтобы он сделал.
— То есть я теперь при тебе буду чем-то вроде комнатной собачки?
— Ты себя недооцениваешь, — устало вздохнула Саблеслава. — Деньги — вещь приходящая. Люди? Подожди немного. Ты удивишься, сколько найдётся желающих пойти под твою руку. Да и, как я слышала, несколько бойцов уже принесли тебе клятву. Так?
В ответ я лишь кивнул. Удивляться осведомлённости княгини смысла не было. Работа у неё такая. Сейчас я, скорее, удивлялся тому, что удалось затащить её в постель. Так и крутился вопрос в голове — это я её, или она меня?
— С жильём у тебя тоже проблем нет, — тем временем продолжила Сабля. — Усадьба Кагановых теперь по праву твоя. Ещё вчера я послала туда людей, чтобы навести порядок. Сегодня отправила прислугу и повара. Пока не найдёшь собственных — они помогут. Платить им не нужно. Так же у рода Кагановых была земля в кормлении. Примерно в километре от усадьбы есть деревушка. Довольно большая — на двести дворов. И земли вокруг немало. Чуть дальше, километрах в пяти, есть ещё одна деревня. Поменьше. Это земли княжеские. Были. Теперь я отдаю их тебе. Должна же я дать что-то от себя? Верно? Сумарно обе деревни приносят доход около пятисот рублей в год. Золотых рублей. Плюс земля. Можешь строить на ней всё, что душе угодно. Даже построить ещё одну деревню или посёлок. Место там есть. Распоряжусь — покажут.
— Зачем мне посёлок? — удивился я.
— А людей новых ты куда селить будешь? — спросила в ответ княгиня. И глядя на моё непонимающее лицо, рассмеялась. — Потом поймешь.
— Если ты имеешь в виду людей Дёминых, то на них можно не рассчитывать. Они давали клятву роду.
— Вот именно, что роду, Маркус! Как ты думаешь, почему некоторые воины так легко согласились дать тебе служивую клятву? Не знаешь? А всё на самом деле просто. В роду Дёминых клятва даётся главе ветви. В твоём случае — Младшей. И последний раз воины её приносили боярину Святославу Константиновичу, твоему отчиму. То есть они служат боярину Младшей ветви. И такового долго не было. Боярин Иван и боярин Михаил не посмели стребовать с людей новые клятвы. Это бы уничтожило Младшую ветвь. То есть, фактически, все эти люди могут сами выбрать, кому служить. Но! Сам подумай! У них на горизонте только-только появился достойный и удачливый боярич, которого любят боги и которому было бы незазорно служить. И боярин Михаил тут же, прилюдно, клянётся, что никогда ему боярином не бывать. О чём подумают все эти люди? Скорее всего о том, что старый боярин не хочет отдавать власть, — Саблеслава на секунду замолчала, а потом, вздохнув, продолжила. — Конечно же это не означает, что все сразу же захотят пойти под твою руку. Вот только боярин Михаил их убедит. Своими действиями. Не знаю, что именно он сделает, но могу предположить, что если хоть десяток воинов выберет твою сторону… Он взбесится! И наделает глупостей. Знаешь, давно уже ходили слуги, что боярин Иван безумен. Одержим жаждой мести. Но мне кажется, что из двоих оставшихся в роду Дёминых бояр, он наиболее адекватный. А вот боярин Михаил… Я даже не могу понять, чего именно он добивается. И это пугает. Одно дело, когда в моём княжестве есть Дёмины. И совсем другое, когда у них во главе безумец.
— Насчёт службы… Что я должен делать?
— Самое главное — это быть верным! — после небольшой паузы, произнесла Саблеслава. — Я знаю, что честь для тебя не пустой звук. Твои поступки об это говорят. Просто не сворачивай с этого пути, боярин. Ещё в твои обязанности входит раз в год выставлять людей на службу. Конных и оружных. Точное число я тебе сейчас не скажу. Потом знающие люди подсчитают. Но на первые два года я тебя от этого освобождаю. Даю время встать на ноги. Что ещё? Ну… Возможно буду давать тебе какие-нибудь поручения. Как другим боярам. А в остальном — просто живи. Учись. Заводи друзей и союзников. Становись сильнее. Ничего сложного, да боярин?