Пустой

Кормильцев Александр

Мое пробуждение было под стать третьему варианту. Проснулся от грохота и треска, доносившегося откуда-то сверху, в стороне от моего лежбища. Вскочив на ноги, еще не понимал, что происходит, но благоразумно отступил в сторону, противоположную доносившимся звукам. Подняв глаза к потолку, увидел, что в одном месте крыша проломлена и сквозь этот пролом проглядывает кусок замечательно-синего неба.

Но главным в открывшемся пейзаже было не это. Все мысли о несомненной красоте небосвода вылетели из головы в один миг при появлении нового действующего лица в пределах видимости.

Лицо было скрыто за краем пролома, но выглядывающая из-за этого края рука отбивала всякое желание разглядывать ее обладателя со столь близкого расстояния.

Рука энергично двигалась, быстро расширяя пролом. Проблем с отсутствием инструмента для демонтажа кровли у обладателя руки не было. Причина была очевидна. Сама рука, точнее даже не рука, а ручища, была прекрасным инструментом для подобного вида деятельности. Я с топором не поспел бы за таким мастером-ломастером с огромной рукой. Таких ручищ я еще не встречал, а если и встречал, то, наверняка решил забыть, чтобы по ночам не вскакивать с криками. Активно изгибаясь, конечность, по толщине не уступающая ноге взрослого мужчины, ухватывалась за край крыши и с легкостью отрывала здоровенные куски кровли. Толстые узловатые пальцы с широкими пластинами ногтей железными тисками сжимали рассыпающиеся от чудовищного давления доски, клинышки теса и проложенную меж ними солому.

При этом раздавались такие скрипы, треск и грохот, что только глухой не расслышит. Наверняка звуки разносились по всему поселку, а может и дальше. Почему же на столь звучный концерт не сбегаются местные аборигены, ведь безобразничают на территории их поселка. Это ведь их имущество так бесцеремонно уничтожается. Может селяне просто напуганы обладателем чудовищной руки. Если причина действительно в этом, осуждать их я не в праве, сам струхнул здорово. Штаны остались сухими лишь по причине чрезмерного испуга.

Мышцы, не успев расслабиться, напряглись, готовя тело к решительным действиям. К каким именно, угадать не трудно. Единственный разумный вариант в этой пренеприятнейшей ситуации — бежать! Как можно быстрее и, желательно, незаметно. Потому-что пролом вот-вот достигнет критической отметки, при которой рукастый, каких-бы он ни был внушительных размеров, легко пролезет внутрь. Оценивать остальные его части тела желания не было, хватило руки.

Только сделал пару шагов в сторону выхода, услышал урчание. Повернул голову в сторону подозрительного звука, заранее не ожидая ничего хорошего и не ошибся. Обладатель страшной конечности, наконец, соизволил показаться.

Через пролом заглядывало существо, отчасти похожее на человека. Но лишь в общих чертах. Целиком оно все еще не показывалось, лишь рука, голова, да часть туловища. Но хватило и этого, чтобы пожелать скорее оказаться как можно дальше от этого страховидла. Голова была почти лысой, несимметрично деформированной, надбровные дуги увеличены, челюсть выдвинута вперед и расширена. Зрелище не из приятных. Выглядело это так, будто зубы внезапно начали расти, перестали помещаться во рту и начали распирать челюсть изнутри.

Взглядом существо прилипло ко мне и взгляд этот был лишен каких бы то ни было добрых намерений.

Таким взглядом хищник смотрит на потенциальную жертву, оценивая количество мяса в ней.

Больше не мешкая ни секунды, рванул вперед. И только сейчас, с замирающем сердцем, осознал ужасающую вероятность того, что единственный выход, к которому так спешил, может быть просто закрыт. Ведь ничего не мешало доброму парню Демьяну, уходя, по-хозяйски подпереть дверь снаружи каким-нибудь черенком. Без злого умысла, а просто так, на всякий случай. Ну и чтобы обезопасить поселок от подозрительного чужака.

Все эти мысли промелькнули в голове, но останавливаться было поздно. Тем более за спиной слышны были страшные звуки разламывающейся крыши и продирающегося сквозь пролом тела. Оборачиваться, чтобы увидеть происходящее не стал, боясь замедлиться. Но воображение рисовало именно такую картину.

Не добежав до выхода каких-то пару шагов, развернулся немного боком и, выставив вперед левое плечо, приготовился к столкновению с дверью. На случай, если дверь все же заперта, надеялся выбить ее инерцией разогнавшегося тела. О варианте, в котором этот фокус не получится старался не думать.

Ведь в этом случае, после тяжелейшего удара о крепкую деревянную дверь, просто свалюсь на пол безвольным мешком. На какое-то время стану практически беспомощным, а то и вовсе сознание потеряю. Таким образом окажусь в полной власти чудовища, с легкостью разламывающего толстые доски голыми руками.

Но других вариантов нет и времени придумывать что-то другое тоже нет. Да и возможности подготовиться к подобному развитию событий не было. Поэтому выбрал единственный из возможных путей, дающий шанс спастись.

Каким образом за столь короткий период времени успел передумать столько мыслей, непонятно. Наверное, в стрессовых ситуациях включается какой-то турбо режим, заставляющий мозг работать на запредельных скоростях. Все они благополучно вылетели из головы в один миг. Миг соударения с дверью. Перед этим даже глаза зажмурил. Но удар, которого так опасался, оказался на удивление легким. Все-таки дверка была просто прикрыта и никакие запоры или подпорки ее не удерживали.

Мысленно поблагодарил Демьяна за доверие, после чего произошло второе столкновение, уже с землей. Оно оказалось гораздо серьезнее первого. Вот тут действительно приложился как следует. Кубарем прокатился по инерции еще немного и врезался в кучу дров, наваленную непонятно кем, на пути катящегося меня.

От тяжелого удара вышибло воздух из легких, и головой приложило не на шутку, даже в глазах потемнело. Какое-то время не мог пошевелиться, с хрипом втягивая ртом воздух. Затем усилием воли заставил отказывающееся слушаться тело перевалиться набок и глянул в распахнутую дверь сеновала.

К счастью, чудовища видно не было, но треск и грохот разламываемых досок, перемежающийся зловещим урчанием, не прекращались. Дожидаться, когда страховидло подготовит достаточный для своих габаритов пролом, не стал. Ну его, вряд ли близкое знакомство с ним окажется приятным. Пересиливая желание присесть и оценить ущерб от столкновения с кучей дров, поднялся.