Шрифт:
Annotation
Когда живешь обычной жизнью и случается что-то из ряда вон выходящее, всегда думаешь о том, что судьба к тебе не справедлива. А потом вдруг случается такое, что затрагивает вообще все человечество. И вот уже твои проблемы становятся мельче и незначительнее.
Будущее целой планеты, по прихоти Высших сил, будет зависеть от горстки землян, что сумеют добраться до финальной битвы. Но, до этого еще не скоро, а пока тем, кто сумеет выжить в первые дни Катаклизма, предстоит понять, что делать дальше?
Путей много и только от твоего выбора будет зависеть, что с тобой случиться дальше.
Ну а пока готовься,
Дан Лебэл
Пустотник
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Дан Лебэл
Пустотник
Пустотник
Дан Лебэл
Цикл: Пустотник.
Книга первая. Пустотник.
Глава 1
N — 54 93' E — 73 98' 16:55.
Я присел на синие полулежащие кресла и уставился на черное табло, где зелеными буквами было отображено расписание поездов. Билет куплен еще неделю назад и до поезда остается буквально двадцать минут. Табло показывало, что задержек моего поезда нет, и можно было даже и не присаживаться, а сразу идти на перрон, но отчего-то захотелось присесть. Мазнул взглядом на соседние кресла. Люди… Всем куда-то надо, все куда-то едут. А я? А я не еду, я убегаю, если быть правдивым с самим собой. В голове опять всплыли образы Насти, ее слова оправдания, и я мотнул головой, отгоняя виденья, причиняющие душевную боль, и рывком поднялся с кресла.
Проскочил по переходу, идущему над железнодорожными путями, и вышел на перрон. Вытащил из пачки сигарету, прикурил. Сильно затянулся, поднял голову к небу, уставился на темные, явно дождливые облака и выдохнул дым. Сука! Вот на хрена я опять вспомнил о Насте?! Не думать о белой обезьяне. Не думать о белой обезьяне!
— Поезд ноль шестьдесят два сообщением Москва-Новосибирск прибывает на третий путь второй посадочной платформы, — хрипловато проорал динамик прямо надо мной, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.
Динамик и дальше что-то вещал про время стоянки и что-то еще, но его я уже не слушал. Смотрел вдоль путей в попытках увидеть приближающийся поезд, что увезет меня далеко из Омска. Туда где я точно забуду Настю… Да млять! Не думать о белой обезьяне!
— Браток, не угостишь сигареткой? — резко обернувшись, уставился на незаметно подошедшего паренька.
Весь из себя низенький, скрученный и с оттопыренными ушами. Молча, протянул сигарету, тот поблагодарил и попытался завязать разговор, но я резко махнул рукой перед собой в отрицательном жесте и паренек понятливо отошел в сторону. Угостить сигаретой могу, но вот вести пустой, бессодержательный разговор, это уже выше моих сил. И чем люди думают, когда едут в дальнюю дорогу и не берут с собой отраву? В поездах курить нельзя, но ведь остановки поезда никто не отменял.
Раздался гудок приближающегося поезда, и мысли о незадачливом пареньке вылетели из головы. Нумерация вагонов с головы или хвоста поезда? Что там динамик хрипел? Да какая разница? Не раз замечал, что сообщения диспетчера и
Мимо меня промчался локомотив, а за ним вагон с номером один. Ясно, пойду потихоньку в начало поезда. Свистели тормоза состава, раздавался металлический лязг, и поезд медленно останавливался. Прямо напротив меня оказался мой вагон. Повезло. Быстро вышли пассажиры и я, показал проводнице смартфон, на котором высвечивался билет, а затем и паспорт, прошел в тамбур, оттуда в сам вагон и принялся искать свое место.
На меня с явным неудовольствием взирала бабка и толстоватая мамаша с пятилетней дочкой. Обе эти дамы занимали нижние места, а моё было сверху. Второе же верхнее место занимал какой-то мужик, что спал явно похрапывая. Поздоровался и вежливо попросил разрешения приподнять сиденье нижнего места для того, чтобы я поместил в багажный отсек свой рюкзак. Дородная мадам пробурчала что-то невежливое и приподнялась со своего места. А мне большего и не надо было. Приподнял сиденье, уложил вниз большой походный рюкзак и вернул все на место. Затем ловко забрался на свое место, повесил на крючок небольшую сумочку и уставился в потолок.
Поезд тронулся и минут через семь пришла проводница. Еще раз сверив билеты она поинтересовалась про белье и, получив отказ, молча ушла. Ехать мне всего семь часов и смысла в постельном белье я не видел. Как и выборе любого другого вагона кроме плацкарта. Деньги были и на купе и на СВ, но зачем? Мне сейчас не до комфорта.
Мерный перестук колес убаюкивал и я подумывал, а не провалиться ли мне в сон, когда вдруг с силой защемило сердце. Я попытался вздохнуть, но спазм сдавивший грудь не давал мне этого сделать. Попытка перевернутся на бок, ни к чему не привела, а после, я просто потерял сознание.
В себя пришел буднично, как будто проснулся. Осмотрелся, на первый взгляд все было в порядке. Поезд ехал, мужик на соседнем месте спал, бабка промывала властям кости, а молодая мамочка делала вид, что ей это важно поддакивая в нужных местах. Я же пытался анализировать случившееся. Потянулся, проверяя работу костного и мышечно-связочного аппарата. Задержал дыхание, прислушиваясь к работе сердца, вроде как стучало без перебоев. И что же это со мной приключилось? Нервы не выдержали напряжения последних дней? И будто бы в ответ на мои мысли перед глазами заалели строки.
Оставшееся время до катаклизма — 92 часа 46 минут 13 секунд.
Вероятность мгновенных необратимых последствий в текущих координатах — 41 %.
Прочел. Закрыл глаза, убедился, что надпись никуда не пропала, снова открыл. Мыслей не было. Нет, они были, но ни одной более-менее здравой. Все больше о съехавшей все-таки кукухе. А почему собственно нет? После того, что пережил я и не такое может случиться. Сначала смерть родителей, а затем это долбанный случай с Настей буквально на следующий день после похорон. Я ведь на какое-то время просто выпал из жизни, часами лежа на полу и воя в стену квартиры. Потом вставал, бесцельно ходил туда-сюда, наливал себе кофе и курил, курил, курил…