Пустота
Шрифт:
– Я замуровал ее в цементный блок и убедил капитана грузового судна взять с собой в плавание, в Гуанчжоу, и скинуть за борт в Марианскую впадину.
Дядя подмигнул мне, не обращая внимания на то, что Айрис его объяснение не успокоило.
– Учитывая урезанный бюджет НАСА, ничего лучше я сделать не мог.
Айрис напряглась. Отвернулась от ухмыляющегося брата и сердито воззрилась на меня:
– И когда ты собиралась мне все рассказать?
Я прикусила губу.
– Как раз наутро после поминок, но ты же помнишь, как я тебя увидела, похмельную? Ты тогда только что с Сэмом
– Познакомилась, – фыркнул Оливер.
– Оливер, заткнись, – хором произнесли мы с Адамом.
– Ты просто расцвела после того, как Коннора не стало, – продолжала я. – Тебе было так хорошо. Прости, что я молчала. Но не хотела портить тебе жизнь.
Я потянулась к Айрис, и она похлопала меня по руке.
– Ладно, Мерси. Это давняя семейная традиция Тейлоров – ошибаться из лучших побуждений.
– Хорошо, с одной проблемой разобрались, – резюмировал Оливер, цапнув с тарелки кусок пирога, который меня искушал. Ткнул в него вилкой. Переглянулся с Адамом.
– Что? – спросил Оливер, в ответ на невысказанный вопрос в моих глазах. – У меня метаболизм быстрый. Выпечка мне не повредит.
– Забавно, что у тебя не пропал аппетит, хотя ты только что узнал, что демон, соблазнивший одну из твоих племянниц и пытавшийся убить другую, вернулся и теперь режет на куски невинных женщин, – пробурчал Адам.
– Не надо поспешных выводов, детектив, – заявил Оливер. Дядя откусил кусок пирога и показал на Адама вилкой. – Почему ты считаешь, что эти два события связаны?
Адам откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– Во-первых, ты и Айрис сошлись на том, что Рен нуждался в жизненной энергии для сохранения своего физического облика. Во-вторых, у Айрис не получилось прочитать информацию с помощью своих… в общем, методов. Значит, и здесь без магии не обошлось.
Еще полгода назад я не сомневалась в том, что психометрия – способность узнать историю предмета или человека, просто коснувшись его, является наиболее сильным колдовским даром Айрис. Разумеется, я и предположить не могла, что Айрис скрывает львиную долю своих талантов, чтобы не ранить эго Коннора. А она могла летать – в мгновение ока вознестись в небеса вместе с ветром. Меня поражало, почему она так терпеливо ограничивала себя столь долгое время. Я всегда считала, что среди братьев и сестер моей матери самой могущественной была Эллен, но теперь задумалась о том, какие еще козыри припасены у Айрис в рукаве.
Меня крайне удивило, что Айрис действительно не считала никаких сведений с частей тела жертвы.
– Ничего? – уточнила я.
– Увы! Я видела лишь пустые, выпотрошенные останки. Полагаю, что генетические и прочие данные с них стерли. Начисто.
Адам вскинул брови и покосился на Оливера, дескать, «я же говорил». Потом следователь кивнул в сторону маятника.
– Итак, эта штука волшебная. А твоя безумная злобная сестра…
Он повернулся ко мне:
– Не в обиду.
– Чего уж! – ответила я.
Наши чувства к Эмили Роуз Тейлор были одинаковы, пусть даже мои эмоции были куда сложнее и запутаннее, чем у остальных. Эмили и Джозеф похитили Адама, избили его до кровавого месива, а затем сбросили с вершины маяка
– Она до сих пор на свободе, – продолжил Адам. – И, без сомнения, Эмили одержима жаждой разрушения. Поэтому моя последняя надежда – ваши магические умения, ребята! Кстати, все указывает на то, что этот демон причастен к убийствам женщин.
Адам резко схватил маятник. Подвеска проскользнула сквозь его пальцы и начала раскачиваться.
– Айрис, ведь Коннор пользовался маятником, чтобы отвечать на вопросы и искать вещи, верно? Покажи мне, как она работает.
– Прости, но я не могу до него дотронуться, придется это сделать Мерси или Оли, – ответила Айрис, отодвинув стул и вставая из-за стола. – Но могу сказать, что демон либо пытается поиграть с нами, если он действует в одиночку, либо хочет завлечь нас в ловушку, если у него есть сообщники.
Айрис направилась к буфету и выдвинула ящик для столовых приборов и прочих кухонных принадлежностей, которые хранились в идеальном порядке.
– Мелкие демоны любят хвастаться и задаваться, притворяться, что они куда важнее, чем на самом деле. Вероятно, Рен подобрал маятник в ту ночь, когда сгорел дом Джинни.
– Когда он держал кинжал у моего сердца, он мне не показался особо мелким, – возразила я. – Кроме того, Рен смог ускользнуть от силы грани. Если он не нашел другого изрядного источника силы, значит, у него какой-то потайной доступ к энергии. И он сказал, что у него есть друзья, – уверенно добавила я.
Тем не менее я желала услышать от моих родичей альтернативное мнение.
– Ускользнул ли он сам или при помощи предполагаемых союзников? Может, и так, но вдруг грань переместила его, не причинив вреда, как она сделала с Мэйзи, а когда ты вернула Мэйзи домой…
– То вернула обоих, – подытожил Оливер. – Паршивец зализывал раны в какой-нибудь норе, пока не набрался сил, чтобы опять на тебя напасть.
Айрис вытащила из ящика бумажный прямоугольник и принялась медленно его разворачивать. Я сразу поняла, с чем возится моя тетя. Это была потрепанная карта Саванны и городских окрестностей десятилетней давности. Подростком я провела немало часов, разглядывая ее и планируя маршруты для своих будущих «Завиральных туров». Я водила экскурсии по Саванне, рассказывая подвыпившим туристам самые вопиющие небылицы, какие только могла сочинить о местных достопримечательностях. В этом не было ничего плохого, поскольку я заранее предупреждала своих подопечных о вымышленном содержании «Завирального тура».
Любопытно, но некоторые мои байки уже стали частью городского фольклора.
Потеряв терпение, Айрис зло тряхнула карту, и та развернулась полностью.
– Я знаю, на что ты надеешься, Адам, – произнесла она, раскладывая карту на столе. – На то, что крохотная безделушка Коннора магически укажет нам место, где находится наша еще живая, хоть и изрядно поуменьшившаяся жертва.
Она наклонилась и похлопала Адама по плечу.
– Предсказание – не мой конек, но я практически уверена, что исход будет неоднозначным.