Пустая лодка
Шрифт:
Существует один-единственный момент — даже не два момента, потому что второй необходим только желанию, а вашему существованию он ни к чему. Все ваше существование происходит одномоментно, завершенно, полностью выражает себя, достигая совершенства, в один-единственный момент.
Если вы считаете, что время — это нечто вне вас, то вы ошибаетесь. Время — это не внешнее явление.
Если человек исчезнет с земли, будет ли на ней время? Деревья будут расти, реки будут течь, облака все равно будут плыть в небе, но я спрашиваю о том, будет ли время? Не будет. Будут моменты, более того, будет один момент — и когда этот один момент проходит, то
Деревья ничего не хотят, они не хотят цвести, цветы появятся автоматически, сами собой. Это часть природы дерева, — что появятся цветы. Но дерево не мечтает, дерево не перемещается, оно не думает, оно не желает.
Времени не будет, только вечные моменты — если человека там нет. Желание ваше порождает время. И чем больше желание, тем больше требуется времени.
Но для материалистических желаний много времени не надо. Вот почему на Западе считается, что человеку дана лишь одна жизнь. На Востоке мы стремимся к мокше. Это величайшее из возможных желаний — никакое другое желание не может быть больше этого. Как вы можете достигнуть в мокши за одну жизнь? Одной жизни недостаточно. Вы можете добыть дворец, вы можете создать королевство, вы можете очень разбогатеть и добиться власти, стать Гитлером, Фордом, вы можете стать кем-то в этом мире, но мокша — такое огромное желание, что одной жизни недостаточно.
Поэтому на Востоке мы верим во множество жизней, в перевоплощения, так как больше времени, много жизней, требуется для исполнения такого желания — желания мокши. Только тогда есть надежда, что желание исполнится. Дело не в том, существует множество жизней или одна, а в том, что на Востоке люди верят во множество жизней по причине желания мокши.
Если у вас только одна жизнь, то как вы можете достичь мокши? Только чего-то материального можно достичь за одну жизнь, но духовная трансформация за такое короткое время невозможна. Это желание столь огромно, что необходимы миллионы жизней. Вот почему на Востоке люди живут так неторопливо. Нет никакой спешки, ибо нет нехватки во времени. Вы будете рождены снова, и снова, и снова — так зачем спешить? Время ваше неограничено.
Поэтому, если Восток ленив и совершенно не вписывается в бег времени, если вся деятельность, если само время на Востоке едва течет, то причина этого заключается в понимании того, что жизней впереди много. И если Запад настолько время-сознающий, так это потому, что существует только одна жизнь, и именно в ней всего нужно достичь. Если вы не достигнете цели сейчас, то не достигнете ее никогда — второй такой возможности не представится! Из-за этой нехватки времени жизнь на Западе стал до предела напряженной. Столько нужно сделать, а времени почти не осталось. Времени никогда нет, а желаний так много.
Люди всегда спешат, всегда все делают бегом. Никто вокруг не живет спокойно. Все бегут, а скорость требуется все больше. И Запад продолжает изобретать все более быстрые средства передвижения, но удовлетворения они никому не приносят. Запад продолжает удлинять человеческую жизнь, но лишь затем, чтобы дать вам еще немного времени для исполнения ваших желаний.
Но зачем же нужно время? Не можете ли вы быть «здесь и сейчас» без времени? Разве этого не достаточно, этого момента, просто сидеть рядом со мной, без прошлого, без будущего — этого момента между, в промежутке между ними, атомичного, который реально словно бы и не существует?
Когда он есть, сделать можно только одно — вы можете его жить, жить им, только и всего. Он столь мал, что вы можете только жить в нем, но он настолько живой, витальный, что он дает вам жизнь.
Запомните, он словно атом, так мал, что его нельзя увидеть. Его еще никто не видел, даже ученые. Вы можете видеть только следствия. Они сумели взорвать его: Хиросима и Нагасаки были последствиями. Мы видели пылающую Хиросиму, погибли больше сотни тысяч людей — это следствие. Но ни один человек не видел, что произошло внутри атомного взрыва. Никто не видел атом своими собственными глазами. Все еще не существует инструментов, чтобы увидеть его.
Время атомично, этот момент тоже атомичен. Никто не может его увидеть, потому что в тот момент, когда мы видим его, он уже прошел. За время, которое требуется для того, чтобы увидеть, он уже ушел — река утекла, стрела переместилась; и никто никогда не видел время. Вы продолжаете использовать слово «время», но если вас просят определить это понятие, вы теряетесь.
Кто-то спросил Святого Августина: "Объясни, что такое Бог. Определи Бога. Что ты имеешь в виду, когда ты произносишь слово «Бог»?
И Августин ответил: «Это все равно как пытаться объяснить, что такое время. Я могу говорить о нем, но если вы просите его определить, объяснить, что это такое, я теряюсь».
Поспрашивайте людей: «Что такое время?» («What is the time?» (англ.) — букв.: «Сколько времени?», другой вариант перевода: «Что такое время?»). Они посмотрят на часы и ответят. Но если вы действительно спрашиваете: «Что такое время?» («What is the time?»), если вы спрашиваете определение, объяснение, тогда часы не помогут.
Можете ли вы определить время? Никто никогда не видел его, его невозможно увидеть. Если вы оглядываетесь, следите за ним, оно уже прошло; если вы думаете о нем, то его еще нет. Когда вы не думаете, когда вы не смотрите, не следите, когда вы просто есть, то есть и оно. Вы живете его, живете им, живете в нем. И святой Августин прав: «Бога можно пережить, но нельзя увидеть». Время тоже можно пережить, прожить, но увидеть его нельзя. Время — не философское понятие, оно экзистенциально (просто существует). Бог тоже не философичен, он экзистенциален. Люди живут им, но если вы настаиваете на определении, на объяснениях, они промолчат, они не смогут ответить. И если вы можете быть в этом моменте, в настоящем, то двери всех таинств откроются вам.
Так отбросьте все желания, протрите глаза, успокойтесь внутренне, откажитесь от всех стремлений, даже от стремления к Богу. Все стремления — это одно и то же, к роскошному лимузину, к Богу, к большому дому — нет никакой разницы. Стремление — это всегда стремление. Не стремитесь — просто будьте. Даже не смотрите — просто будьте! Не думайте! Пусть будет этот момент, а вы в нем, и внезапно у вас появится все — ибо появится жизнь. Вдруг все начинает изливаться на вас, и тогда этот момент становится вечностью, и тогда время перестает существовать. Теперь всегда — сейчас. Это сейчас никогда не заканчивается, никогда не начинается. Но теперь вы в нем, а не снаружи. Вы вошли, вы влились в целое, вы поняли, кто вы есть.