Пусть сердце скажет
Шрифт:
— За ночь она не испортится, если из нее вытащишь потроха, — объяснил он. — Утром я ее обдеру и разрублю на куски, чтобы закоптить. Я покажу тебе, как нужно скоблить шкуру изнутри, чтобы потом высушить на солнце. Не стоит выбрасывать ее, она может пригодиться.
Элли вымыла в ручье посуду, отнесла ее в дом и приготовилась лечь в постель. Они оба обычно ложились сразу после захода солнца, чтобы подняться с первыми проблесками солнца и начать новый длинный трудовой день. Она ждала Итана, но он пришел не сразу. Элли зажгла фонарь и взяла маленький томик Шекспира, который из любопытства купила в Денвере, открыла его и попыталась читать. Но очень скоро
Прошел почти час, прежде чем он наконец появился. Лицо его по-прежнему сохраняло выражение какой-то растерянности. Его взгляд казался то сердитым, то виноватым. Видно, он только что искупался в ручье, потому что его лицо и руки были влажными. Итан взял полотенце и стал вытираться.
— Я оставил на улице куртку и брюки. Завтра очищу их от грязи и просушу на солнце.
Итан повесил полотенце и подошел к стулу, на котором она сидела, сгреб ее в охапку и понес на кровать. Она улыбнулась, когда он положил ее на постель.
— Хорошо, что на тебе только рубашка, — сказал он, скользя ладонью по ее бедру.
— Я всегда готова к встрече с тобой, — смущенно ответила она. Итан снял кальсоны, поднял ее рубашку и устроился у нее между ног. Это был один из тех моментов, когда их единственным желанием было слиться воедино и доставить друг другу удовольствие. Иногда он специально не торопился, постепенно доводя ее до экстаза, целовал, смаковал каждую клеточку тела, доводя по полного изнеможения. Он научил ее получать удовольствие от того наслаждения, которое она ему доставляет. В постели с Итаном она забывала все и вела себя так, что потом стыдилась собственного сладострастия.
— Я люблю тебя, Итан, — проговорила Элли, ей казалось, что сейчас ему как никогда важно услышать ото.
— Правда?
Она гладила его лицо, плечи, целовала его чувственные тубы.
— Почему ты спрашиваешь об атом теперь, после того, как мы уже так узнали друг друга?
Он внимательно посмотрел в ее синие глаза.
— Ты богатая женщина, Элли. Я не хочу тебя терять. Не знаю, наверное, мне просто нужно время от времени слышать эти слова от тебя.
— Я люблю тебя, Итан, — повторила она. Он осторожно поцеловал ее.
— Даже больше, чем золото, которого хватит на целое состояние? Элли засмеялась:
— К сожалению, вряд ли нам удастся это проверить. Наша главная находка оказалась не такой уж большой. Но если бы мы и нашли много золота, я бы, не задумываясь, отказалась от него ради того, чтобы никогда не расставаться с тобой.
Итану очень хотелось поверить в то, что она готова отказаться от всего ради него. В глубине души он знал, что когда-нибудь он сможет проверить ее слова. Не вечно же он будет скрывать от нее свою сегодняшнюю находку. Он снова впился в ее губы. Ему вдруг захотелось доказать самому себе, что она принадлежит только ему. После того, как он нашел эту золотую жилу, ему было просто необходимо удержать Элли возле себя, заставить ее понять, что они нужны друг другу, что именно это важнее всего.
Он быстро вошел в нее, погружаясь все глубже, тем самым как бы утверждая свои права на нее. Ему хотелось убедить ее в том, что ни с кем другим у нее не будет такой постели, как с ним, что никто не сможет любить ее так, как он.
Итан двигался мощными ритмичными толчками. Он
С ним творилось что-то невероятное. Элли закрыла глаза, словно прислушиваясь к тому, как он неистово двигается в ней. Итан поднял ее рубашку так, что обнажились груди. Он буквально пожирал глазами ее юное тело. Наконец она почувствовала, как в нее брызнуло его семя.
Постепенно чужой мужчина уступал место прежнему Итану, и на его лице появилось виноватое выражение. Лежа рядом, он заключил Элли в объятия.
— Прости. Я сделал тебе больно?
— Нет, нет, — поспешно возразила Элли. Она дотронулась до его груди. — Что с тобой сегодня? Он глубоко вздохнул, поглаживая ее волосы.
— Ничего. Просто мне иногда кажется, что я вновь могу потерять тебя, вот и все.
— Итан, я ведь тоже очень боюсь потерять тебя.
— Это не то. Ты можешь беспокоиться только о том, чтобы я не погиб, потому что только смерть может разлучить меня с тобой. А я тебя могу потерять по другой причине…
— Нет никаких причин, Итан. Такое, может быть, и могло случиться раньше, но не теперь.
Ему очень хотелось верить ее словам. Он ничего не сказал в ответ, но не выпускал Элли из своих крепких объятий до тех пор, пока их обоих наконец не одолел сон. Уже засыпая, Итан снова подумал о золотой жиле, которая могла кого-то сделать сказочно богатым. Ему не хотелось, чтобы этим человеком стала Элли. Ей он мог помешать, но как быть с Роем Холлидэем? Если ему известно о существовании этой жилы, он наверняка попробует что-то предпринять еще до наступления зимы. Если им грозила опасность, Элли должна знать об этом. Однако как предупредить ее, не рассказав о том, что было там, высоко в горах…
Глава 27
Элли отставила в сторону чашку с кофе. Впереди у нее был еще один трудовой день. Она вдруг подумала, что ей не следует заниматься такой тяжелой работой в ее положении. Однако Итан уже добрался до мягкой породы и она вполне могла справиться с ней без особого напряжения. Сам он занимался заготовкой мяса и дров, не подозревая, что им придется спуститься в Криппл-Крик задолго до окончания года, о котором они договаривались. Не рожать же ей здесь, когда все вокруг занесет снегом. Гораздо важнее сейчас добыть как можно больше золота, прежде чем они покинут участок. Ведь чем больше золота они покажут потенциальному покупателю, тем большую цену смогут запросить.
Ребенок. Ей наконец следует сказать об этом Итану, чтобы он больше не беспокоился о заготовках на зиму. Им надо как можно скорее вернуться в город и пожениться, чтобы их ребенок был законным. Она только опасалась, как бы он вдруг не усомнился в том, что она хочет стать его женой, безотносительно того, будет у нее ребенок или нет.
Прошедшая ночь была просто великолепной. После того, как Итан почти силой овладел ею, он смягчился и они снова занялись любовью. Сколько же нежности было в этом сильном и мужественном человеке! Может быть, благодаря своей индейской крови он с таким благоговением относился к женщине. Элли представила, какую боль причинила ему тогда в Гатри. Семья для него всегда была всем, в то время как для нее, в силу сложившихся обстоятельств, тогда не значила абсолютно ничего. Особенно после того, как выяснилось, что брак с индейцем не решит ее проблем…