Пушляндия
Шрифт:
Нашла молодую осинку, сломала, благо обладает недюжинной силой и притащила деревце к ребятам, которые удивленно наблюдали за вампиршей. Она невозмутимо принялась счищать с осинки ветки, да сучки.
Дион читал речитативом заклятие, и как только последние слова сорвались с его губ, раздался леденящий душу вой.
Эверилд нервно глянула на чащу, там из-за деревьев начали выходить мертвые звери. Один волк мчался, подволакивая лапу, у другого в груди зияла огромная рана, третий был нашпигован стрелами, у четвертого свернута шею,
— Вы довольны, моя королева? — немного насмешливо спросил Дион.
Та ничего не ответила, обламывая сучки и веточки. Лекс оперся на дерево и в недоумении смотрел, чем занимается Эверилд.
Вампирша подняла голову, настороженно осмотрелась и потянулась ментально, ведь ей что-то не давало покоя. Она вслушивалась в звуки, рычание, вопли и запах гнилой крови. Непонимающе осмотрелась, но интуиция настороженно говорила, что она упустила что-то еще.
Вампирша нахмурилась и уловила женские молчаливые крики о помощи, затем вздрогнула, услышав завывающий ветер. В них полетели воздушные лезвия. Вампиры чисто на одних инстинктах отскочили, а Лекс скрылся в тенях.
— Там, в лесу маг ветра. — мысленно связалась с Лексом Эверилд и показала место.
— Что с ним делать?
— Ничего, я сейчас его придавлю ментальным приказом, и он сам выйдет из своего укрытия. — сказала вампирша.
Спустя три удара сердца, на поляну вышел исхудавший подросток лет четырнадцати. В его глазах пылал страх, и вампирша сплюнула, ощутив вкус отчаяния, горечи и немного безумия. Точнее, он балансировал на тонкой грани здравого мышления и был на волоске от пожирающего сознание безумия. Стоит перерезать эту ниточку, и он сразу же рухнет в пучину сумасшествия.
Эверилд вспомнила слова Аксимы: дар выгорает к пятнадцати годам, и одни смиряются с этим, а другие сходят с ума. Конкретно этому юноше осталось пользоваться своими силами не больше года, и поэтому он медленно, но верно приближался к сумасшествию.
Эверилд шепнула:
«Я смогу спасти твой дар, если ты сдашься мне» — парень вздрогнул, и в его душе вспыхнула надежда. Он посмотрел прямо в глаза вампирши.
«Вы маг разума?» — констатировал он.
Она согласно кивнула, добавив:
«Клянись мне богом, что унесешь эту тайну в могилу, а я помогу тебе сохранить магию» — искушала вампирша, правда, она пока не знала, как это сделает, но чувствовала, что это в ее силах.
«Это невозможно! Как только пропали маги разума, все взрослые лишились магической силы».
«Я вернулась, и это значит, что есть шанс, а вот воспользуешься ты им или нет, это твое дело».
«Клянусь богиней Система, что унесу твою тайну в могилу, если ты поможешь мне сохранить магию!» — мысленно произнес он клятву.
Эверилд оценила, как мальчик построил предложение.
Появилось системное сообщение: «Клятва богиней Система, принята».
— А кто такая Система?
— Богиня, что создала наш мир. — машинально ответил подросток и только потом осмыслив вопрос, посмотрел на Эверилд.
— А я считаю, что мир создал творец.
Девочка продолжала истерить и вампирша с раздражением велела Лексу:
— Влей ей в рот успокоительное!
— У меня нет снадобий. — ответил он.
— Зато у меня есть. — сказал Дион и бросил Лексу бутылек с зеленой жидкостью.
Вампир поймал зелье, открыл крышку, подошел к ребенку и ласково попросил:
— Выпей это. — девочка замотала головой, продолжая глотать слезы.
Уговаривать времени не было. Он просто ментально велел ей взять пузырек и выпить его. Ребенок покорился, и наконец, рыдания стали затихать.
— Система эта и есть творец, просто она носит разные личины.
— Знаешь, я видела творца и поверь, он ни на каплю не похож на женщину. Предположу, что она, скорее всего, правая рука Демиурга. Он оставил ее следить за миром, а сам пошел дальше гулять. — глаза юноши расширились от удивления.
— Вы видели творца? — в его голосе было столько восхищения.
— Лучше бы не видела, я тогда чудом выжила! — и тогда парень окончательно ей поверил, что она сможет сберечь его дар.
Он расслабился, а Эверилд вернулась к осине.
— Что ты делаешь? — Лекс в изумление смотрел, как вампирша затачивает сосну.
— Осиновый кол. — пожав плечами ответила вампирша и снова услышана безмолвный крик о помощи.
Она прикрыла глаза и, найдя зовущих, пришла в ужас, ярость и сочувствие. В одном из покинутых строений лежало пять избитых, голодных и изнасилованных этими разбойниками женщин, а еще пять ждали своей участи.
Вампирше резко стало не до осинового кола. В ее душе огнем взметнулась ярость, а глухой рык вырвался из гортани, но это длилось всего мгновение. Она очень быстро взяла себя в руки, лицо стало холодным, отрешенным и она поинтересовалась у детей:
— И как давно там держат женщин?
Дети сначала в недоумении переглянулись, а потом самый старший, сплюнув кровь, сказал:
— Это шлюхи, не извольте беспокоиться, им недолго осталось.
Эверилд обожгла его взглядом, и он поправился:
— Жертвы покалечены настолько, что шансов выжить у них нет.
Эверилд заметила, как лицо юноши неуловимо изменилось, и она застонала, прочитав восхищение, а так же безграничную любовь, граничащую с низменными желаниями.
— Только не это, проклятая магия Марути! — выругалась она и в надежде перевела взгляд на близнецов.
Те по-прежнему смотрели настороженно и вампирша выдохнула.
«Значит, дар касается только тех, кто созрел как мужчина, и имеет способность к размножению».