Пушистое счастье

Косухина Наталья Викторовна

Утро началось со вкусного завтрака и вестника, который пестрил от новостей. Шикарная жизнь, жаль, денег надолго не хватит. К тому же это очень непривычно, бездельничать. Обычно мой день заполнен различными делами: академия, лекции, лаборатория… А сейчас передо мной не то что задач никаких не стоит, выходить на улицу не рекомендуется. Что делать?

Вернувшись в комнату, я села дочитывать роман, который увидела еще у Лорсы, но мысли крутились в голове о том, что Идар сказал: нужно выбрать

дом. Зачем? Мы прям точно собираемся пожениться? И какой дом? Я ничего не смыслю в домах.

Неожиданно раздался стук. Кто бы это мог быть? Взяв в руки охранный артефакт, который мне вчера дал Идар, я осторожно приоткрыла дверь. На пороге стоял посыльный – или это мой охранник? Кто их разберет. Незнакомец молча протянул мне сверток и ушел. Внимательно осмотрев, я решила развернуть то, что мне прислали. Кто прислал, интересно?

Ободрав бумагу, я увидела редкое растение. Зельевары использовали его листья в сложных зельях, и стоили они немало. К подарку была приложена и записка:

Самой прекрасной девушке на свете. Скучаю по тебе. Небольшой презент взамен того, что я съел. Смотри на него чаще и думай обо мне. Идар.

Каков наглец!

Тем не менее улыбка не сходила с моих губ при воспоминании о том происшествии. А как котику тогда было плохо… Бедняга-а-а…

Думала, Идар будет ухаживать банально и это оставит меня равнодушной, но жених хорошо меня изучил.

Взяв листок бумаги, я быстро набросала строки:

Думаю о тебе, но мало. Милана.

Отправив магическое послание, я снова посмотрела на стол, и моя улыбка увяла. Там лежали послания от отца, целых четыре штуки. Я плохая дочь и заставляла его волноваться. Наверное. Но даже распечатать его письма у меня не было моральных сил. Я все еще на него злилась. Тем ранним утром мне было очень страшно, одиноко и больно. Мне нужна была поддержка тогда. Что отец хочет сказать теперь?

Тряхнув головой, я решительно отогнала плохие мысли прочь и решила сходить в академию. Тут недалеко, а за мной должны присматривать. Думаю, можно рискнуть. Не будут же меня убивать среди бела дня? И есть дела, которые нужно закончить.

Последние события в моей жизни хоть и были сложными и непростыми, но многое расставили по местам. Часто мы плывем по течению, не замечая, что русло реки уже изменило направление. Я решила бросить аспирантуру, но чуть позже.

Добралась я до академии без приключений, вошла нерешительно, будто после того, как съехала из общежития, это запрещало мне заходить и на территорию. Но ничего, прошла по парку, поднялась на кафедру. В лаборатории разобрала свое рабочее место, выкинув все заметки, бумаги и прочую мелочь. Перепроверила полки в кладовой, за которые отвечала, и доложила туда ингредиенты, что брала на зелье. Их вчера по пути в отель купили с Идаром. Потом взялась за свой стол. Забрала личные вещи, привела все в порядок. Вернусь ли я еще сюда, не знаю. Но не останусь

точно.

Уже выходя, увидела около кабинета профессора двух представителей стражи. Судя по обрывкам разговора, Дортора сейчас допрашивали. Профессор держался спокойно, но я-то знала его давно. Он был раздражен, я бы сказала даже – зол. Раньше я думала, что это наши отношения с учителем дали трещину, но, похоже, это у него начались трудные дни.

За все время, которое я провела ученицей Дортора, видела его в основном благодушным, спокойным и деловитым. Если профессор и злился, то это были исключительные случаи. Последнее время это норма.

Стража распрощалась и ушла, и тут Дортор заметил меня. Поколебался, а потом подошел. Заметил в руках вещи.

– Как ты?

Профессор редко приветствовал не только своих учеников, но и других, поэтому я не удивилась, когда он перешел прямо к делу.

– Плохо, – не стала скрывать я.

– А что же твой жених? Решила все же остепениться?

– Он мне очень помогает, и без него бы я не смогла преодолеть трудности последних дней. Узнав его лучше, я всерьез рассматриваю возможность нашего брака.

– Понимаю. То, что произошло в общежитии, ужасно. Мне жаль.

– Спасибо.

– В аспирантуре остаешься?

– Пока я не планировала уходить. Но мне нужно выдохнуть и восстановиться.

– Значит, отдыхай, мы будем ждать тебя, – кивнул профессор и отправился в свой кабинет.

У него что, раздвоение личности? То он недоволен мной и говорит работать, то проявляет заботу и отправляет отдыхать… Что происходит?

Решив пока внять совету учителя, я отправилась в общежитие, чтобы подписать бумаги по моему выезду и сдать комнату. В этот раз я снова попала на пересменку. Обе дежурные были рады меня видеть и, быстро приняв комнату, в которую я не захотела даже заходить, потащили пить чай.

Как иронична жизнь. Совсем недавно комната была моим домом. Туда я спешила усталая в конце рабочего дня, там я грустила и была счастлива не один год, а теперь… У меня мурашки бегут по спине, стоит только увидеть дверь.

– Как у тебя дела? Оправилась? – спросила Ларса, ставя на стол уже горячий чай.

Откинувшись на стуле, я посмотрела на обоих женщин и улыбнулась.

– Немного. Хотя все еще не могу поверить в случившееся и сюда точно не вернусь.

– А нужно ли? Видели мы, как жених провожал тебя до ворот. А он хорош! – подмигнула мне Аратея. – Высокий, сильный и смотрит на тебя та-а-ак!

– В кои-то веки согласна, – кивнула Лорса, присаживаясь и разливая чай.

– Мы пока присматриваемся друг к другу, – увильнула я от рассказа.

– Да ладно. Видела я, как ты на него смотришь. Та-а-ак горячо!

– Не выдумывай, – фыркнула я, чувствуя, что краснею.

– Посмотрите на нее, как засмущалась, – улыбнулась Ларса. – Ты побыстрее присматривайся к своему жениху, не ровен час, уведут. Думаешь мы не здесь не знаем про Араю?

Услышав про бывшую коллегу, я вся собралась. Неужели все всё знают?