Пушистое счастье

Косухина Наталья Викторовна

– К тому же официально о помолвке еще не объявляли, можно и переиграть.

– Уверен, это брак по договоренности, и там не только симпатии на кону. Тебе нечего предложить Норвею.

– Ой, как будто ей есть что.

– Ее семья весьма влиятельна в отрасли зельеварения. Я не понимаю, почему ты так вцепилась в сына промышленников? Он не единственный завидный жених в городе. Советую передумать, пока не поздно.

– Моя модификация приворотного зелья еще не зарегистрирована. Никто ничего не узнает, – стояла на своем Арая.

Поздно,

я уже знаю!

– В любом случае, просить дядю отсрочить сертификацию твоего проекта я не буду. Как и подливать свою разработку Милане. Она, конечно, впадет в летаргический сон, но методы выведения из него еще слишком нестабильны.

– Трус, – презрительно бросила девушка. – Говори, чего хочешь?

– Тебе нечего мне предложить, чтобы я хотя бы задумался о совершении такого преступления. Не знаю, что у тебя за нужда, но, надеюсь, ты остановишься. Не люблю скандалы, а он будет, как минимум.

Развернувшись, мужчина ушел, а девушка была зла и разочарована. Топнув ногой, она скривилась и, достав письмо из кармана, пробежала его глазами. А потом в сердцах бросила на стол. Окинув взглядом полки, направилась к выходу и потянула руку к одному из пузырьков, но взять не успела.

– Арая, – послышался голос профессора.

Сжав протянутую к зелью руку в кулак, девушка процедила сквозь сжатые зубы ругательство и быстрым шагом направилась на зов. Я же осторожно выполз из-под стола, быстренько запрыгнул на стол и сунул мордочку в письмо.

По мере чтения мои глаза широко раскрывались и, дочитав, я помешкал лишь пару секунд, а потом схватил поудобнее зубами бумагу, благо она была небольшая, и побежал прочь из кладовки. Теперь лишь бы меня не поймали. Нужно добраться до клетки и закопать находку в плед, а потом лечь на него всей тушкой. Покажу Милане вечером, как только вернемся в общежитие.

* * *

Милана Родкер

Взять уже нарезанные лапки или самой нарезать? Первые дороже, но времени мало. А профессор говорит, что сроки провалить нельзя. Эксперимент сложный, привязанный к природным циклам. Повторить такой будет ой как непросто.

Очень любила лавки зельеварения, но в них сложно не отвлекаться. Каких ингредиентов только нет. Деревянные полки от пола до потолка заставлены банками и склянками с ярлыками. На них можно увидеть сушеные грибы, коренья, лепестки цветов, специи, кристаллы соли и другие диковинки. А в воздухе висел запах трав и магии. Очень атмосферное место. Если уж и отправляться за покупками, то только сюда.

Так, не отвлекаемся. Что берем? Ладно, возьму порезанные.

– Милана?

Обернувшись, я увидела папочку, который удивленно на меня смотрел.

– Что ты делаешь в лавке с ингредиентами? Я думал, вам в академию поставляют все необходимое.

– Это частный эксперимент профессора. Мы

с коллегами учимся и помогаем. А ты что тут делаешь?

– Помнишь, я тебе рассказывал, что поставки некоторых ингредиентов задерживаются? Вот пришел лично выяснить сроки. Кстати, вторая встреча с твоим женихом пока откладывается…

– О-о-о… – протянула я и, надеюсь, мой тон не выдал облегчения.

Очень не хотелось снова идти на свидание с нареченным. Чувствую, все, что я от него услышу, мне не понравится. А что самое мерзкое, он будет прав в своих претензиях. Отсрочить встречу – это очень правильно. Пусть он поостынет, придет в себя, так сказать.

– Идар поехал навести больную бабушку. Но мне кажется, это звучит, как предлог не видеться с тобой, – хмурился отец. – Но о разрыве помолвки Норвей не говорил. Тон письма доброжелательный, полный надежд. И все же…

– Папа, ты придираешься. Навестить бабушку, тем более в трудную минуту, это очень достойный поступок, – поддержала жениха я.

То, что я не пришла на свидание, было все еще свежо в моей памяти, чувство вины неприятно тяготило. Он не выдал моего поступка, а я… Что же, буду осуждать его и настраивать отца на негатив? Как там у нас дальше ни сложилось бы, а вести себя нужно достойно. Сначала он меня ждал и ни словом не упрекнул, теперь заботится о бабушке. Может, он даже вполне себе ничего.

Отец смотрел на меня с непередаваемым выражением лица. Что?

– Ты случайно не влюбилась в него?

У меня аж лицо вытянулось от таких выводов.

– Ну что ты выдумываешь? Плохо говоришь о Норвее, тебе не нравится. Если хвалю, то, значит, влюбилась. Уже не знаю, что и сказать.

– Ладно, не кипятись. И все-таки мне кажется странным поведение твоего жениха.

– Отпусти ситуацию, просто подождем и посмотрим, – предложила я.

– Может, ты и права… Ты купила лакомство для котов?

Проследив за взглядом отца, я заметила, что он смотрит на вяленую рыбу. Очень сложно ее найти и чтоб без соли. Но ничего другого мой кот не признает. Привереда.

– Да, у меня появился Пушок. Но он живет у меня временно!

– В общежитии? – приподняв бровь, уточнил батюшка.

– Ну, а где же еще, – со вздохом призналась я.

– Милана, у тебя словно переходный возраст начался. Ты столько проблем не устраивала, когда была младше.

– Ну чего ты. Говорю же, это временно. Я же найду ему хозяина!

– Угу, – с жалостью посмотрел на меня отец. – Если вас обоих выгонят из общежития, приходи с ним, приючу. И заглядывай домой, а то скоро забуду, как ты выглядишь.

Буркнув что-то вроде согласия, я смотрела, как отец отправляется по своим делам дальше. Вечно он преувеличивает масштаб проблемы. Пока Пушка из общежития не выгоняют, как и меня. Зачем все видеть в мрачном свете?

Тут мой взгляд скользнул по часам в лавке и, пискнув, я бросилась покупать хвосты, а потом в академию.