Пурга
Шрифт:
На всякий случай он поинтересовался, когда произошла революция.
— В семнадцатом, конечно, — без запинки ответила девушка, что вселяло надежду, что не все молодое поколение знает только о вампирах из «Сумерек».
Ему хотелось стабильных отношений — надоело самому засовывать в стиралку грязные рубашки и носки, а ей — романтики. Спустя месяц Рита переехала к ведущему «Волшебного посоха». Он, помня о двух предыдущих попытках обустроить семейную жизнь, настаивать на бракосочетании
Разница в возрасте пока на чувствах не сказывалась. Он намекал, что не прочь реализовать отцовский инстинкт, но молодой сожительнице идея не нравилась. Она ж еще молода и хочет «пострадать е-ерундой». Для чего тут же бросила ветеринарный колледж и основательно уселась к звезде на шею.
Год пролетел как день. За ним второй. Живот рос, но рейтинг пока не падал. Родион хоть и встал к конвейеру, но планку держать старался. Каждый день его электронный почтовый ящик распухал от детских писем и спама.
Рита ревностно охраняла звезду от ненужных контактов, особенно женского происхождения. Даже прицепилась к русалке, выколотой на его груди: мол, кто такая, где живет и сколько ей лет? Это тяготило свободолюбивого Панфилова, но пока не настолько, чтобы дать сожительнице по зубам.
Но Родион заскучал. Все вроде отлично — дом, грудастая подружка, стабильная работа, популярность, в конце концов. Живи да радуйся. А у него опять свербит. «Волшебный посох» — предел мечтаний? Потолок? Я же способен на большее! Гораздо большее.
Как-то, будучи в плохом настроении, он позвонил в «Дикую Белку». С Ритой, кроме тряпочных проблем, говорить особо не о чем, а общения хотелось. Но сидевший на том конце «говорун» на все его слова отзывался зазубренными тостами, и Родион бросил трубку. Поделился проблемой с Шурупом.
— Я согласен, — поддержал друг детства, — рост необходим, это нормальное желание. Но… Ты сейчас на своем месте. Ты нужен детям. А будешь ли интересен взрослым? Вспомни «Мимино». Человеку хорошо там, где он нужнее…
— Так то ж кино…
— Сценарий — ложь, да в нем намек… Я, между прочим, скоро как двенадцать лет сижу в своем музее. Конечно, Третьяковка или Эрмитаж заманчивы, но как представлю, что утром не пройдусь по родным залам, не стряхну пыль с чучела медведя, так аж колбасит. Да и музей без меня пропадет.
Шуруп, по-своему, прав, но он не вкусил славы…
Дней за десять до очередного Нового года, когда дядя Родя, вытирая пот, возвращался с павильона в гримерку после записи очередной программы, затрещал мобильник.
— Привет… Узнаешь?
— Нет, — раздраженно ответил Панфилов, не терпевший подобных загадок.
— Я
— Жанна?!
— Молодец, память хорошая. Ну, так как? Не желаешь пообщаться?
— Уже разок пообщался.
— Но я же объяснила, что не со зла, а по обстоятельствам. И теперь хочу загладить. Например, сегодня в пять возле памятника Белинскому.
— Прямо у памятника будешь заглаживать?
— А почему бы и нет?
— Хорошо, я подъеду… А как мне тебя все-таки называть?
— Для тебя я по-прежнему Жанна.
Она сменила белый «шевроле» на красную спортивную «ауди». И теперь курила через мундштук, украшенный стразами. Надо ли говорить, что сорт сигарет тоже был другим. И еще ему показалось, что она вытянула ноги. Говорят, есть такие операции. Про увеличение бюста с уверенностью сказать не мог, мешала шубка из шкурок реликтовых белок. Не исключено, та самая. Когда Родион подошел, она чмокнула его в щечку, словно старинного приятеля.
— А тебе идут темные очки. Особенно на фоне зимы. Но, говорят, постоянно их носить вредно.
— Скоро придется носить с линзами. Годы, знаешь ли…
Они зашли в ближайшее кафе, сели в темный угол и заказали по кофе.
— Надеюсь, нас снимают? — кольнул Панфилов.
— Родион, ну прекрати… Это не смешно…
— Извини… Ты, кажется, что-то хотела загладить. Верно?
— Верно. Тебе случайно не надоело кривляться перед малолетками?
Жанна прикурила от серебряной зажигалочки «Картье» и небрежно бросила ее на столик. Родион знал, сколько стоит такая зажигалка, хоть и не курил.
— Ты имеешь в виду «Волшебный посох»?
— А ты кривляешься еще где-то?
— С какой целью интересуешься?
Это был странный диалог. Из одних вопросов.
— А как ты думаешь?
— Хочешь предложить что-то другое?
— Хочу. И уверена — тебя это заинтересует.
— Откуда такая уверенность?
— Опыт. Все повторяется… Итак. Москва, федеральный канал, шоу в прайм-тайм на буднях. Прямой эфир. Приглашенные звезды, острые темы. Соответствующий заработок. И главное, удовлетворенные амбиции.
Да, с амбициями Жанна попала в десяточку. Действительно, опыт.
— Что-то вроде «Давай подружимся»? — усмехнувшись, уточнил он.
— Нет, — без иронии ответила девушка, — гораздо круче. «Бремя славы».
Родион посмотрел в ее зеленые глаза. Наверно, из-за них в детстве ее дразнили таксисткой.
— Жанна… Ты красиво вошла в мою жизнь… Кто ты?
— Я человек, привыкший всего добиваться сама, — отчеканила она, — чего и тебе советую.
— Исчерпывающий ответ… Хорошо. Почему я?