Пуля для адвоката
Шрифт:
— Мы проверим. Но это было давно. Полагаю, имя преступника содержится в этих папках.
Полицейские развернулись и двинулись к выходу.
— Подождите! — крикнул я. — У вас есть визитка?
Детективы остановились и посмотрели на меня. Старший достал из кармана визитную карточку и протянул мне.
— Тут все мои контакты.
— Дайте мне время немного осмотреться, и я вам сразу же позвоню. Уверен, мы что-нибудь придумаем. Наверняка есть способ наладить сотрудничество, не нарушая ничьих прав.
— Разумеется.
Я кивнул и взглянул на карточку. Гарри Босх. Никогда с ним раньше не встречался. Но почему он сказал, что знает меня?
— Детектив Босх, — произнес я, — мы с Джерри работали вместе. Дружили.
— И что?
— Ничего. Удачи вам. Надеюсь, вы раскроете это дело.
Босх кивнул, и его жест показался мне знакомым. Может, мы все-таки встречались?
Он шагнул к двери вслед за напарником.
— Детектив?
Босх обернулся.
— Мы раньше никогда не сталкивались по работе? Мне кажется, я вас уже видел.
Детектив улыбнулся и ответил:
— Нет. Если бы мы столкнулись по работе, вы бы меня обязательно запомнили.
7
Через час я, Лорна Тейлор и Деннис Войцеховский сидели за столом Джерри Винсента. Мы ели сандвичи и просматривали материалы и бумаги, найденные в офисе. Сандвичи оказались хороши, но настроение они нам не улучшили.
Я отпустил Рен Уильямс домой. Она все время плакала и возмущалась тем, что я пытаюсь забрать дела ее шефа. Я решил, что от нее проще избавиться, чем вести с ней вечную войну. Когда я провожал Рен до двери, она спросила, не намерен ли я ее уволить. Я ответил, что решение присяжных еще не принято и завтра утром она должна, как всегда, явиться на работу.
Без Рен Уильямс и Джерри Винсента мы блуждали впотьмах, пока Лорна не сообразила, как отсортированы материалы, и не выделила из них текущие дела. По деловым заметкам, найденным в папках, она составила ежедневник, или рабочий календарь, — самую важную вещь в профессиональной жизни любого адвоката. После этого дышать стало легче, и мы решили прерваться на обед, взявшись за коробки с сандвичами, которые Лорна привезла из «Дасти».
Календарь оказался не особо перегружен. Предстояло несколько слушаний в суде, но, в общем, было ясно, что Винсент старался расчистить место для грядущего процесса по делу Уолтера Эллиота, который начинался через девять дней.
— Итак, приступим, — произнес я, дожевывая последний кусок. — Если верить составленному нами календарю, через сорок пять минут я должен находиться на объявлении приговора. Поэтому давайте быстро все обсудим, и я отправлюсь в суд. Затем, после моего возвращения, еще раз посмотрим дела, и мы с Циско поедем по клиентам.
Все дружно закивали. На усах Циско остался клюквенный соус.
Лорна выглядела так же красиво и эффектно, как всегда. Она обладала потрясающей внешностью и умела
— Начнем, пожалуй, с денег, — предложил я.
Лорна кивнула. Разобравшись с текущими делами и передав мне папки с документами, она взялась за банковские документы — вещи не менее важные, чем рабочий календарь. С их помощью мы могли выяснить, какими средствами располагает фирма Винсента и насколько успешно он вел свои дела.
— По поводу денег две новости: плохая и хорошая, — сообщила Лорна. — У него тридцать восемь тысяч на операционном счету и сто двадцать девять тысяч — на трастовом.
Я присвистнул. Кругленькая сумма. На трастовый счет кладутся деньги от клиентов. Как только начинается судебное разбирательство, деньги соответствующего клиента переходят на операционный счет. Я всегда предпочитал иметь больше денег на операционном счету, чем на трастовом, поскольку все, что переводится на операционный счет, автоматически становится моим.
— Разница не случайна, — объяснила Лорна, заметив мое удивление. — Буквально накануне Винсент получил сто тысяч долларов от Уолтера Эллиота. Депозит сделали в пятницу.
Кивнув, я постучал пальцем по импровизированному календарю, разложенному на столе. Он был наспех набросан на блокноте с линованной бумагой. От Лорны требовалось перенести его в нормальный ежедневник. Кроме того, она должна была закачать на мой компьютер график судебных заседаний и электронную версию календаря, а затем сбросить копию на какой-нибудь внешний носитель информации, что в свое время следовало бы сделать Винсенту.
— Процесс Эллиота начнется в четверг на следующей неделе, — пробормотал я. — Вот почему он положил сотню.
Порой надо произносить очевидное вслух, чтобы осенила новая идея.
— Как только закончим, позвони в банк, — обратился я к Лорне. — Проверь, был ли сделан клиринг чека. Если нет, попробуй его протолкнуть. Вероятно, услышав о смерти Винсента, Эллиот захочет аннулировать перевод.
— Ясно.
— Что там еще с деньгами? Если Эллиот положил сотню, чьи остальные?
Лорна открыла бухгалтерскую книгу. Каждый доллар в трастовом фонде можно отследить на принадлежность тому или другому клиенту. Адвокат в любой момент должен знать, сколько денег из аванса переведено на операционный счет и может быть пущено в дело, а сколько осталось в запасе. Сто тысяч на трастовом счете было записано на Уолтера Эллиота. Значит, на все остальные дела приходилось двадцать девять тысяч. Не так уж много, если вспомнить, сколько папок мы нашли в его картотеке.
— Есть сведения по деньгам? — спросил я.