Пульс
Шрифт:
– Ребята, вы были потрясающими, но настало время закругляться! – сказал я в микрофон. Гул из толпы приветствовал слова.
Организаторы сказали мне сворачивать вечеринку в два тридцать утра, и это было почти вовремя. Они сказали, что к тому времени зал будет пуст после того, как народ перестанет употреблять алкоголь, но он все еще был полон. Я не видел ни одного пустого угла.
– У меня есть особое удовольствие для вас, ребята, благодарность за то, что вы остались со мной на всю ночь, – сказал я. – Для вас есть еще один новый трек, и это мой любимый. Надеюсь, он понравится вам также как и мне.
Они приветствовали
Я увеличил громкость. Песня того заслуживала.
Лия схватила меня за руку и притянула ближе к себе. Зеленые глаза загорелись, она обняла меня и начала танцевать.
Когда мы соприкоснулись, остальная часть зала исчезла. Была только она, я, музыка и тепло между нами.
Я вот уже несколько месяцев мечтал прикоснуться к ней, пробежаться руками по ее спине, обхватить ее упругую попку, обтянутую черным платьем. Насладиться тем, как ее губы приоткрылись, когда она уставилась на мои. Мы поцеловались, и мое тело прошил разряд электричества. Ее губы были мягкими, зовущими. Именно такими я их помнил. Такими, я жаждал их. Часть меня все еще знала, что мы были на сцене перед тысячной толпой. Раздался рев толпы, когда они увидели, как их диджей разбирается с горячей девушкой. И эта часть проявила достаточный контроль, который я не обнажал перед ними, потому что остальное меня не заботило, кроме прикосновений к ее мягкой коже.
Песня была на последних нескольких секундах, стихая, она словно молила о большем. Но большего не было. Салюты раскололи зал, и толпа несколько раз требовала выхода на бис, но огни, прежде чем потухнуть, полностью загорелись.
Мы с Лией отстранились, и я посмотрел ей в глаза. Все это было частью магией музыки? Оттолкнет ли она меня сейчас, когда загорится свет, и ночь кончится? Или ночь только началась?
31 Глава
Лия
По моим венам пронесся пожар. Музыка больше не наполняла мой слух, но она стучала в моем сердце и в моей голове.
Не могу поверить, что я поцеловала Криса перед многотысячной толпой.
Я безжалостно отбросила эту мысль. Большинство из них не знали, что наши родители были женаты. Пришло время перестать заботиться о том, чего хотели другие. Все, что имело значение, было тем, чего хотела я, и чего хотел Крис. Мы слишком долго ходили вокруг да около.
– Ты хочешь уйти отсюда? – спросила я. Его улыбка засияла на все лицо, но не ослабила страсть и огонь в его темных глазах.
– Я бы хотел, очень.
Через несколько секунд он закрыл свой ноутбук и бросил его в сумку. Остальное оборудование было арендовано самим оргкомитетом, поэтому ему не пришлось беспокоиться об этом. Он схватил меня за руку, и у меня свело низ живота.
– Пошли.
Это было не так просто, как я думала. Крис потряс меня – даже превзошел мои самые высокие мечты о нем. Люди приставали, желая поговорить с диджеем. Крису было все равно. Он протискивался сквозь толпу, пожимая руки, и ударяя кулаком в кулак, и давая пять всем, кто этого хотел. Он принял много похвал и даже взял пару визитных карточек, прежде чем мы оказались позади толпы и рванули прочь так быстро, как того позволяли
– Это было так, дико, – сказал Крис. Мои уши почти оглохли после стольких часов громкой музыки. Я не могла сказать, кричал он или говорил, но голос был странным.
– О, боже мой, Крис! – я подтянула его к себе и обхватила лица ладонями. – Это было невероятно! Я не могу поверить, что ты справился настолько отлично. Я так горжусь тобой.
Я поцеловала его, глубоко и жадно. Мне было приятно это делать после того, как я так долго держала себя в руках. Это было то, чего я хотела. Это было правильно. Он прошелся руками по спине к низу моего платья и положил их на мою задницу, пока я через рубашку ласкала его бицепсы. Он оторвался от поцелуя.
– Давай ко мне.
Я не могла не согласиться. Прогулка осталась почти незамеченной, так как мы все еще были окутаны эйфорией музыки и танцев. Казалось, мы останавливались в каждом квартале, постепенно приближаясь к его квартире, исследуя тела друг друга все более развратно. К тому времени, как мы сделали последний пит-стоп возле его дома, пальцы Криса нашли свой путь под подолом моего платья и оттянули мои трусики в сторону, погрузившись в мою влажность.
– Крис, о, черт, если ты продолжишь это, то заставишь меня кончить! – я держалась за его плечи, пока его пальцы вершили свое волшебство.
– Это идея, – прорычал он.
Рычание послало меня через край, и я укусила его за шею, чтобы не закричать слишком громко на тихой улице. Придя в себя, я посмотрела на него.
– Больной…. Ты заплатишь за это, мистер.
Он усмехнулся.
– С нетерпением жду этого, мисс.
Когда мы ворвались в дверь его квартиры, она оставалась открытой в течение целых пяти минут, потому что я набросилась на него. К тому времени, когда он ринулся закрыть дверь, его рубашка и брюки исчезли.
– Позволь мне включить музыку – сказал он.
Я последовала за ним через всю комнату и не отставала от него, пока он подключал свой iPod.
Обняв за талию, я сжала его возбужденную плоть через ткань боксеров. Трудно было продолжать поддразнивания, натыкаясь на стены и мебель, продвигаясь по комнате.
Кожа была гладкой и шелковистой, что контрастировало со стальной твердостью, его внушительного члена. Глядя ему в глаза, я опустилась перед ним на колени. Он убрал iPod, и первые звуки одной из его песен заполнили комнату. Его член был прямо перед моими глазами, отчего выглядел более внушительно, чем я помнила. Я не делала этого в первый раз, когда мы были вместе, даже когда его рот накрыв мою киску, заставил меня рассыпаться миллиардами вспышек оргазма.
Вкус был мускусным и мужественным. Прошло много времени с тех пор, как я делала минет. С тех пор, как я рассталась с Джеффом. Я позволила музыке вести меня, обхватив пальцами у основания, я обвела головку языком.
Я подняла глаза и увидела, что он смотрит как я преклоняюсь перед ним. Выражение его лица было напряженным, и я еще больше начала стараться доставить ему столько удовольствия, сколько он уже дал мне в эту ночь.
Я чувствовала, что он близок к разрядке; его плоть дрогнула и запульсировала, дыхание стало рваным, и для меня это было музыкой. Он наклонился и, подняв, поставил на ноги.