ПУЛЬС СВЕТА
Шрифт:
– Ох... – помотал Сашка головой, сморщив смешно нос.
– Саш! – подхватила Катя, - а песни новые будут?
– Будут! Будут! – опять посмеялась Лена, - вчера пел!..
– Это Маша просила... Её стихи... – отозвался Сашка, улыбаясь.
Катя подхватила Аллу под руку.
– Пошли щенка смотреть! – потянула в сторону, догоняя Аню. – Брант! Пойдём с нами! – крикнула оглядываясь.
Видя, что все разбредаются, Эльза, решила воспользоваться временем.
– Надо это погреть... – решила
– Давайте, я помогу! – подошла Люся.
– Да! Хорошо! Давай... – оживилась Эльза.
Кирилл невозмутимо сидел на стуле и спокойно и быстро делал эскизы. Никто к нему не подходил. Только посматривали изредка, улыбались, переглядываясь.
– Саш, ты не уходи пока... – не поднимая глаз, тихо обратился он к Сашке. Тот, дымя сигаретой, смотрел, как Лена, присев, собирала щепки в кучу. Любовался женой, вспоминал, как они жгли костёр у Кирилла на усадьбе, когда он первый раз спел для всех песню. Заметил, с того случая, Ленка любит сидеть у костра, зачарованно глядя на пламя и всё время просила сыграть что-нибудь. После знакомства, они часто жгли костёр на пасеке, и пока Ленка что-нибудь грела или жарила, он сидел возле костра и играл на гитаре. Там родилось несколько песен. Там они обсуждали свои планы. Там же, он сказал ей однажды:
«Лен, переезжай сюда». «Ладно...» – ответила она тогда, не отрывая от огня глаз, - «у мамы скоро день рождения, я ей всё скажу...»
И сказала, когда разошлись гости. Сказала всё. Про знакомство, про орден, про его мысли о маленьком цехе. О том, что, кажется, его любит. О том, что он предложил выйти за него замуж. О том, что она готова учиться заочно и помогать ему в его работе. Сказала быстро и очень чувственно... Раиса выслушала не перебивая, и ничего не ответив толком, улыбнулась хмельными глазами. – «Давай спать! Завтра поговорим...»
Говорить не пришлось. Пару дней помолчав, Раиса Павловна пожелала съездить в деревню. Ленка, едва успела позвонить Сашке, как хлопнув дверью своего «Вольво», Раиса вдвоём с дочерью, быстро понеслась в Холмы.
Фрау Эльза устала. Внеся в дом приготовленные блюда, она опустилась на кровать, виновато улыбнулась Люсе.
– Надо посидеть чуть-чуть... Что-то, кружится голова... – поводила она кистью руки в воздухе, - наверное, от вина! – вздохнула тяжело.
– Ничего, я сама... Отдохните!.. – занялась Люся тарелками.
– Теперь всё будет хорошо, да? Брант кажется доволен! И что-то уже придумал! – хохотнула она устало.
Посидела молча с застывшей улыбкой, смотря куда-то в стену, добавила с лёгким разочарованием:
– Ему ещё учиться... – и со вздохом взглянула на Люсю.
– Вы не беспокойтесь, Антон всё сделает... – обернулась Люся, стоя у плиты.
Щенка вынесли на улицу. Опустили в траву. Гладили все по очереди. Он, беспомощно путаясь лапами между травинок,
Брант присел рядом, гладил щенка по блестящей шёрстке.
– У тебя в Австрии нет собаки? – опустилась рядом Катя.
– Нет, - ответил он не поднимая головы, - есть лошади... А это, какая?.. Как называется?
– Овчарка, немецкая... – пояснил Андрей.
– Немецкая? – поднял голову Брант, продолжая гладить щенка. – А русские собаки есть?
– Есть! – посмеялись все. – Если чистая порода, то трудно найти, а так, - усмехнулся Андрей, - вон, везде бегают...
– Кивнул он на деревню.
– А какая, - чистая? – опять спросил Брант без улыбки.
– Ну... Лайка, или борзая, гончая... Это охотничьи собаки.
– Ты не охотник, нет? – подняла глаза Катя с улыбкой.
– Нет... Я не люблю это... Но знаю, я читал... Про Сибирь... – опять опустил голову.
– А это? Какая?
– Эта всё может, охраняет... – опять сказал Андрей.
– А русские, не охраняют? – снова серьёзно спросил Брант.
– А чего нам охранять? – усмехнулся Андрей, взглянув на Аню с Аллой.
– Что, русские не бояться? – улыбнулся Брант, чувствуя, что слишком откровенные вопросы задаёт. Но верил, что его новые друзья совсем не обидятся, и лукавить не станут.
Андрей снова усмехнулся, глядя на улыбки девушек, сказал не рассуждая:
– Сейчас бояться! Раньше, видно, не боялись...
– Да. Так. Сейчас вы, как у нас...
– Не... Не получиться. Мы не так... Это не всё... – криво усмехнулся Андрей.
– Да. Правильно. Это хорошо. Старая Россия лучше... – снова наклонил он голову и стал гладить щенка.
Улыбки у всех спали. Странно, но иностранец больше волновался о России, чем многие свои. Это, все почувствовали и стало неуютно и неловко. Брант, видимо, это тоже понял. Сказал бы это им свой, русский, никто бы не обратил внимания.
– Тебе бабушка рассказывала, о старой России? – спросила Катя.
– Да. И прадед тоже, он ей рассказывал. Я не знаю, мне – бабушка.
– А как его звали?
– Георгий...
Щенок начал повизгивать и Аня, присев, взяла его на руки и прижала к себе.
– Что? Маму ищешь, ну пойдём. Пойдём в дом... – чувствительно запричитала она.
– Привыкнет... – чуть улыбнулся Андрей, - давай Ань, отнесу.
Вернулись Вадим с Ольгой. Свернув с дороги, машина уткнулась носом в высокую траву. Звонко хлопнули дверцы. Ольга и Вадим, увидев Бранта у дома Андрея, подошли к ним.
– Ну как ваша? – спросила Ольга у Ани.
– Пищит... А у вас?
– И у нас, даже не знаю что делать...
– Поторопились!.. – упрекнул Вадик, - другие вон, теперь кушают вволю!