Пули
Шрифт:
— Мистер Стэли готов вас принять, — сказал Лумис, и они с Гарольдом направились вслед за этим здоровяком вглубь комнаты, где за стеклянным столом сидел Кен Стэли, собственной персоной, и разговаривал по телефону.
Сьюзан сразу узнала его по седым волосам и загорелому лицу с квадратной челюстью. Именно таким он выглядел на фотографиях. Богатый ублюдок регулярно светился на страницах «Лас-Вегас Сан джорнал»: его фотографировали на всяких там благотворительных приемах и балах. «Тропическая Бухта» с гостиничным корпусом на три тысячи номеров открылась около года тому назад с большой помпой.
8
Большой Брат — вездесущий глава тоталитарного государства из книги Оруэлла «1984».
Стэли повесил трубку и жестом пригласил Сьюзан и Гарольда занять два кресла напротив своего стола. На нем была облегающая шелковая рубашка густого красно-коричневого цвета и уйма побрякушек. «Для мужчины это, пожалуй, слишком», — подумала Сьюзан. Лумис замер у стола Стэли, чуть ли не по стойке смирно. Он был в темно-синих форменных брюках с такими отутюженными стрелками, что, казалось, о них можно порезаться.
Сьюзан представилась сама и представила Гарольда. Он тем временем сидел тихо-тихо и сосредоточенно дергал за ниточку, вытянувшуюся из его пиджака в мелкую клеточку. Сьюзан с трудом удержалась, чтобы не ущипнуть его.
— Спасибо, что поднялись, — проговорил Стэли. — Я знаю, вы очень заняты.
— Да, это так, — отозвалась Сьюзан. — И мы здесь исключительно потому, что нам нужна эта пленка.
Стэли осветил их улыбкой в сто ватт и сказал:
— Я как раз ее сам просматривал. Вот, она уже перемотана на нужное место.
Он взял с рабочего стола пульт и направил его на телевизор, стоявший на специальной стойке справа, метрах в трех от него. Телевизор ожил, и на экране возникло слегка смазанное изображение длинного коридора.
На экране появились мужчина и женщина. Они шли по коридору спиной к камере. Парочка дошла до двери, мужчина замешкался, пытаясь открыть дверь карточным ключом, — Сьюзан наклонилась вперед, чтобы получше рассмотреть.
Мужчину она узнала, — правда, было слегка жутковато видеть Макса Вернона живым и невредимым, разгуливающим по коридору. Женщина выглядела вызывающе, ни дать ни взять проститутка. Тонна косметики, пышная прическа, красное платье размера на два меньше, чем следует. Она была явно достаточно высокой и без каблуков — на каблуках же смотрелась сантиметров на восемь выше этого Вернона. Сама Сьюзан была невысокого роста и тощая как палка — она едва-едва проходила в полицию по физическим данным. Так что от одного взгляда на высоких, сексуальных женщин со сногсшибательными фигурами ей хотелось сплюнуть.
— Она довольно крупная, — прокомментировал Лумис, — чтобы так задушить, много сил надо.
Про себя Сьюзан подумала, что он прав, но вслух ничего не сказала. Она, не отрываясь, вглядывалась в экран, пытаясь впитать каждое мгновение на пленке, где была запечатлена эта женщина.
Рыжая бестия улыбнулась Вернону, когда входила в комнату. И получилось так, что она улыбалась будто специально на камеру. Вернон вошел вслед за ней. Дверь закрылась.
— Дальше
Он нажал на пульте кнопку перемотки вперед. Изображение начало подрагивать, в правом нижнем углу побежали циферки — секунды на счетчике. Коридор был пуст. Только раз появился плотный парень в темно-синей форме и быстро-быстро прошел вперед смешной чаплиновской походкой.
— Один из моих ребят, — проворчал Лумис. — Прошел мимо двери и ничего не услышал. Вот идиот!
Стэли хмыкнул, но от экрана не оторвался ни на секунду и перемотку не остановил.
— Надеюсь, ты его уже уволил?
— Нет, пусть остается. Устрою ему здесь веселую жизнь.
Сьюзан попыталась представить себе, как шеф охраны собирается это делать, но в голову лезли только воспоминания о постоянных подколах, которые ей приходилось терпеть от всех этих изображавших из себя мачо придурков в участке.
— Ну вот, — сказал Стэли. Он отпустил кнопку перемотки, картинка подпрыгнула, и пленка стала крутиться уже с нормальной скоростью. — Прошло ровно девять минут.
На экране было видно, как дверь открылась, из-за двери высунулась светлая женская голова и покрутилась туда-сюда. Затем женщина вышла из номера — она была в темных очках, джинсах и футболке — и направилась к пожарному выходу.
— Она выглядит совсем по-другому, — сказал Гарольд. — Ростом ниже. Одежда другая. Вы вообще уверены, что это та же женщина?
— Да, конечно та же, — сказала Сьюзан. — Просто переоделась, парик нацепила.
— Ты так уверена?
— Разумеется. У нее сумочка та же.
Гарольд прищурился и вгляделся в экран.
Тут влез Стэли:
— А если это другая женщина с той же сумочкой?
Сьюзан отрицательно мотнула головой и сжала собственную сумочку, лежавшую у нее на коленях.
— Вы же не позволили бы постороннему человеку разгуливать с вашим бумажником.
— Что ж, логично, — Стэли озарил ее улыбкой записного дамского угодника.
Сьюзан повернулась к Лумису, который так и стоял столбом у самого стола хозяина.
— А куда она делась после?
— Тут мы ничего точно сказать пока не можем. Камеры на лестнице были неисправны. Мои люди сейчас занимаются просмотром записей с других камер. Может, удастся ее обнаружить.
— Мне необходимо знать, каким образом она вышла из гостиницы.
— Но мисс, нам много чего необходимо узнать. У меня же по камере в каждом коридоре. Плюс более пятидесяти в зале казино. Представляете, какое это количество пленки. Мы ее обязательно отыщем, но на это нужно время.
— Главное, когда вы ее найдете, не забудьте, что мне тоже нужны эти пленки.
Стэли повернулся на своем вращающемся стуле лицом к Сьюзан:
— А почему, собственно, вам так важно знать, как она ушла?
Сьюзан не знала точно, насколько искренне она может ответить. Ведь если ее ответ огорчит Стэли, она тут же получит по шее от шефа. За девять лет службы она успела узнать, что казино правят в Лас-Вегасе буквально всем. Они и есть все. Если бы не казино, Вегас был бы просто голым клочком земли, пустынными задворками, а не всемирно известной Империей Развлечений.