Птицы
Шрифт:
Дворецкий поднял голову и поглядел на пути.
— Какой вагон, мистер Колмз? — спросил он и будто бы взглядом прошил обшивку ближайшего. — Этот?
— Да, сэр.
— Оставайтесь здесь.
Дворецкий поднялся на ноги и быстро пошел к перрону. Дети переглянулись и последовали за ним.
Когда они подошли, то увидели, что двери вагончика открыты, и в свете горящей в салоне лампы можно различить две фигуры, лежащие на полу. Над одной склонился мистер Эйсгроу.
Арабелла испуганно взяла Финча за руку.
Незнакомцы были одеты в черные костюмы, их лица скрывали маски:
Дворецкий, если и был поражен открытием, виду не подал. Он взял незнакомца за плечо и потряс. Тот медленно поднял веки. Пришел в себя не-птица намного быстрее станционного смотрителя. Почти мгновенно. Он дернулся и, вырвавшись из руки дворецкого, отполз на пару шагов и уставилась на него снизу-вверх злобно и подозрительно.
— Мое имя Эйсгроу, — представился старик. — Я имею честь быть дворецким в «Уэллесби», где вы сейчас и находитесь. Позвольте поинтересоваться, кто вы такие и что здесь делаете?
Незнакомец не торопился отвечать. Он озирался по сторонам. По нему было видно, что он сбит с толку и испуган. Когда он увидел по-прежнему лежащего без сознания спутника, его подозрительность лишь возросла. Он упер руки в черных перчатках в пол вагончика и слегка подался вперед, изменив позу с поверженной и преисполненной страхом на угрожающую и готовую к нападению.
Мистер Эйсгроу распрямился. И в тот же миг будто что-то дернуло незнакомца за плечи и снова уперло его спиной в пол вагончика. Дворецкий и не думал подходить ближе, но было видно, что не-птица в полном его плену. Незнакомец начал лихорадочно скрести рукой плечо.
— Отвечай, кто ты такой! — велел мистер Эйсгроу. Его тон, как и раньше, был холоден, но что-то в нем изменилось.
Его внимание привлекло кое-что странное. В вагончике творилось нечто совсем уж непонятное и выбивающееся из картины нормальности. Что-то было не таким, каким должно было быть…
Один из незнакомцев по-прежнему лежал в некотором отдалении, другой сидел на полу и чесал свое плечо, словно под одеждой его что-то грызло или царапало. А дворецкий просто стоял рядом — его руки были опущены, а голова слегка склонена набок. Лампа угрюмо горела, а тени…
И тут Финч понял, что не так.
Все тени в вагоне были нормальными, они напоминали засмоленное тряпье и почти не шевелились. Но третья тень — тень мистера Эйсгроу — вовсе не желала вести себя нормально, как обычные, уважающие себя тени. Она лежала под совершенно неправильным углом и накрывала часть незнакомца. Даже с расстояния, на котором стоял Финч, было видно, что тень эта намного гуще прочих. Вытянутая фигура с очертаниями цилиндра на голове своими длинными, как древесные ветви, пальцами схватила не-птицу за руку, а клыки ее — также длинные и острые, проглядывающие на черном профиле, раз за разом вонзались в плечо жертвы, отчего незнакомец с такой болью и злым непониманием и чесал свою руку.
Мальчик перевел испуганный взгляд на Арабеллу, но та, видимо, ничего не замечала, поскольку глядела лишь
Дворецкий, судя по всему, наконец, утратил терпение. Его тень вгрызлась в свою жертву с приступом дикой голодной ярости.
— Я… я… — Незнакомец захрипел.
— Говори!
— Меня зовут Уиллар, — выдавил не-птица. — Я был направлен в сопровождение…
— Кем направлен?
Было видно, что этот мистер Уиллар не хочет признаваться, но не может не отвечать. И его самого это ужасает, ведь он не понимает, почему так происходит. Он не видит клыкастую тень в цилиндре и не знает, отчего так болит и чешется его плечо.
— Канцлером Кренчеллином, — сказал он. — Я здесь по приказу канцлера Кренчеллина.
Финч удивился. Он никогда не слышал ни о каком канцлере Кренчеллине. В городе всем заправлял многоуважаемый канцлер Тобальт Томм. И тут его посетила догадка: вероятно, речь идет о канцлере не-птиц.
Допрос продолжался:
— Кого вы должны были сопровождать? — тихо спросил дворецкий, сделав для себя никому не ясные выводы.
— Важное лицо, — ответил мистер Уиллар. Он тряхнул головой и, подняв скрюченную от боли руку, дерганым движением смахнул с себя цилиндр. Принялся неистово чесать висок.
Финч поглядел на тень: та уже вгрызлась ему в голову.
— Гостя, приглашенного на бал. Его зовут мистер Сонн, но это не настоящее имя. Я не знаю, кто он на самом деле.
— Что здесь произошло?
— Она напала на нас.
— Кто она?
— Клара Шпигельрабераух. Ей был нужен мистер Сонн.
— Где сейчас мистер Сонн?
— Сбежал. Я видел, как он сбежал, когда она только появилась.
— Где сейчас мадам Шпигельрабераух?
Мистер Уиллар затрясся всем телом. Он царапал голову уже обеими руками. Из уголка его рта на белый воротник рубашки капала чернильная жидкость, словно из ручки, забытой в раздумьях над следующей строкой. Из его ноздрей при выдохе стала выбиваться пыль.
— Я… я не знаю, — в отчаянии проговорил мистер Уиллар. — Наверное, отправилась за ним. В погоню. Она нас усыпила и…
— Как выглядит мистер Сонн?
— Это вы? — Мистер Уиллар с ужасом поглядел на дворецкого. — Вы со мной это делаете?
— Как выглядит мистер Сонн? — безжалостно повторил мистер Эйсгроу.
— Он… он одет в белый костюм. — Мистер Уиллар начал биться уже в настоящем припадке. А тень дворецкого все грызла его и грызла, по-видимому, не в силах утолить голод. — Белая трость. Белая треуголка с длинными перьями. Белая маска…
Финч начал незаметно пятиться крошечными шажочками. Арабелла держала его за руку и сразу же поняла, что он задумал: мистер Эйсгроу был слишком поглощен допросом не-птицы, и Финч решил воспользоваться этим. Так она думала. На самом деле Финч был невероятно испуган — он будто единственный здесь замечал зубастую черную тень в цилиндре. Все внутри у него похолодело, и ладонь, которая сжимала руку Арабеллы, покрылась мерзким липким потом.
Ожидая, что их вот-вот окрикнут, дети все дальше и дальше отходили от вагончика. Но когда и дворецкий, и его пленник, оказались вне поля их зрения, бросились бежать. И бежали, пока не выскочили через овальную дверь станции.