Птичье гнездо
Шрифт:
– Болезненно, – уточнил мистер Эрроу.
– Всегда была здорова как бык. – Тетя Морген пристально поглядела на племянницу. – А теперь эти головные боли и боли в спине, и спит она плохо.
– Растет, – осторожно, как будто еще могло выясниться, что дела обстоят намного хуже, предположила миссис Эрроу. – Или слишком много работает.
– Юные девушки, – глубокомысленно изрек мистер Эрроу.
– Сколько лет Элизабет? – поинтересовалась миссис Эрроу. – Иногда, если молодая девушка слишком много времени
– Не стоит беспокоиться, – смущенно проговорила Элизабет.
– Фантазии. – Мистер Эрроу сделал похожий жест. – Заблуждения.
– Я подумала, может, стоит показать ее доктору Райану, – заявила тетя Морген. – Эти бессонницы…
– Нужно всегда идти при первых же симптомах, – с уверенностью ответила миссис Эрроу. – Никогда не знаешь, что еще могут обнаружить.
– Пройти обследование, – подтвердил мистер Эрроу.
– Да, пожалуй, – вздохнула тетя Морген и с улыбкой добавила: – Это огромная ответственность – дочь родной сестры, а из меня мать так себе.
– Да кто бы еще так добросовестно выполнял эти обязанности, – поспешила заверить ее миссис Эрроу. – Морген, не смей, слышишь, не смей себя винить – ты прекрасно справляешься. Правда, Верджил?
– Прекрасно, – согласился мистер Эрроу. – Я часто об этом думал.
– Я всегда старалась воспринимать ее как собственную дочь. – Тетя Морген мельком улыбнулась племяннице, отчего слова ее приобрели почти трогательную искренность.
Послав тете ответную улыбку, Элизабет потерлась шеей о спинку кресла.
– … Эдмунда, – продолжила свой рассказ миссис Эрроу.
– Я не поняла, – переспросила тетя Морген, – масть была коричневая?
– Абрикосовая.
– Поэтому пришлось так далеко ехать, – пояснил мистер Эрроу. – Мы хотели правильный окрас. Потом, конечно, оказалось, что ездили мы зря, – с сожалением добавил он.
– И правда, обидно, – кивнула тетя Морген.
– Естественно, нам ничего не оставалось, как взять черного. – Миссис Эрроу пожала плечами, словно желая показать всю безвыходность их положения.
Мистер Эрроу положил руку жене на плечо.
– Теперь это уже не имеет значения. Как насчет небольшой музыкальной паузы? У Элизабет прошла голова?
– Мне лучше, – отозвалась Элизабет.
– Ну что ж. – Мистер Эрроу устремился к роялю. – Рут? Ты не подыграешь мне? – Когда жена подошла, он спросил у тети Морген: – Какую? «Мандалай»?
– Чудесно, – ответила тетя Морген, поудобнее устроившись в кресле и по-хозяйски придвинув к себе графин с шерри. – Изумительная песня, лучше и быть не может.
Элизабет открыла глаза. Вместо вступления к «Дороге в Мандалай» в комнате воцарилась тишина.
– Я ведь спросил. – Мистер Эрроу закрыл стоявшие на рояле ноты. – Извини, Элизабет. Я спросил, прошла ли
– Вообще-то да, Элизабет, – подтвердила миссис Эрроу. – Никто не заставляет тебя слушать.
– Простите? – недоуменно переспросила Элизабет. – Но я хочу послушать, как поет мистер Эрроу.
– Если это была шутка, – заметила тетя Морген, – то крайне неудачная, Элизабет.
– Я не понимаю, тетя.
– Не важно, все уже забыли, – примирительно сказал мистер Эрроу. – Без музыки так без музыки.
Элизабет приготовилась слушать, однако снова ничего не услышала. Она открыла глаза – взгляды присутствующих были устремлены на нее.
– Элизабет, – сдавленным голосом проговорила тетя Морген, порываясь встать с кресла. – Элизабет.
– Не надо, Морген. – Миссис Эрроу, поджав губы, с трясущимися руками поднялась из-за рояля. – Вот уж не ожидала.
Мистер Эрроу, стараясь не смотреть на Элизабет, закрыл ноты и осторожно положил их в стопку на рояле. Постояв немного, он окинул взглядом комнату и слабо улыбнулся. – Не будем портить вечер, дамы. Еще шерри, Морген?
– Меня никогда в жизни так не унижали, – оправдывалась тетя Морген. – Ничего не понимаю. Я прошу прощения, Верджил, честное слово. Все, что я могу сказать…
– Ничего страшного. – Миссис Эрроу погладила ее по руке. – Давайте просто забудем.
– Элизабет? – позвала тетя Морген.
– Что?
– …себя чувствуешь?
– Что?
– Ей, наверное, надо прилечь, – предположил мистер Эрроу.
– Я понятия не имела… – поразилась миссис Эрроу.
– По моим подсчетам, она выпила шесть бокалов, – сердито сказала тетя Морген. – Домой в постель – вот что ей надо. Я впервые вижу, чтобы она пила.
– Всего лишь сладкий шерри…
– …показаться врачу, – рассудила миссис Эрроу. – Осторожность не бывает лишней.
– Элизабет, – скомандовала тетя Морген, – положи карты и собирайся. Мы уходим.
– Ты уверена? – спросила миссис Эрроу. – Мне кажется, ей сейчас не стоит идти домой.
Тетя Морген рассмеялась.
– Три роббера – с меня, пожалуй, хватит. А Элизабет завтра рано вставать.
– Что ж, спасибо, что заглянули.
– Приходите еще, – добавил мистер Эрроу.
– Было так хорошо, – поблагодарила их тетя Морген.
– Спасибо, мы чудесно провели время, – сказала Элизабет.
– Были рады повидаться, Элизабет. И, Морген, непременно сходи на ту лекцию. Мы могли бы пойти все вместе…
– Еще раз спасибо, – ответила тетя Морген.
Когда за ними закрылась дверь, и они, вдыхая прохладный вечерний воздух, зашагали по дорожке, тетя Морген взяла Элизабет за руку.
– Послушай, детка, ты меня здорово напугала. Тебе нехорошо?
– У меня болит голова.