Шрифт:
Небывалое бывает. Рассказы о царе Петре Первом, Нарве и делах воинских
Русские издавна считались хорошими мореходами. Они совершали далёкие плавания и торговали с другими городами.
Но враги стремились отнять у России выходы к морю. Северными берегами Чёрного моря завладели турецкие
В то время Швеция была очень сильным государством. Её армия считалась одной из лучших в мире. Кроме того, Швеция имела большой, хорошо вооружённый флот.
В 1700 году умный и деятельный русский царь Пётр I объявил войну Швеции. Война со шведами длилась двадцать один год и закончилась полной победой русских. В истории она получила название Северной.
Для России Северная война началась неудачно. Под шведской крепостью Нарвой русские потерпели поражение. О том, как и почему это случилось, а также о том, что понадобилось предпринять для будущих побед и о самих первых победах, вы и узнаете из повести «Небывалое бывает».
Глава первая. На реке Нарове
Поход
Русская армия шла к Нарве. Тра-та-та, тра-та-та! – выбивали походную дробь полковые барабаны.
Шли войска через старинные русские города Новгород и Псков, шли с барабанным боем, с песнями.
Стояла сухая осень. И вдруг хлынули дожди. Пооблетали листья с деревьев. Размыло дороги. Начались холода.
Идут солдаты по размытым дождём дорогам, тонут по колени солдатские ноги в грязи.
Устанут, промокнут солдаты за день, а обогреться негде. Сёла попадались редко. Ночевали всё больше под открытым небом. Разведут солдаты костры, жмутся к огню, ложатся на мокрую землю.
Вместе со всеми шёл к Нарве и Иван Брыкин, тихий, неприметный солдат. Как все, месил Брыкин непролазную грязь, нёс тяжёлое кремнёвое ружьё – фузею, тащил большую солдатскую сумку, как и все, ложился спать на сырую землю.
Только робок был Брыкин. Кто посмелее, тот ближе к костру пристроится, а Брыкин всё в стороне лежит, до самого утра от холода ворочается.
Найдётся добрый солдат, скажет:
– Ты что, Иван? Жизнь тебе не дорога?
– Что жизнь! – ответит Брыкин. – Жизнь наша – копейка. Кому солдатская жизнь надобна!
Исхудали солдаты, оборвались в пути, болели, отставали от войска, помирали на дальних дорогах и в чужих сёлах.
Не вынес похода и Иван Брыкин. Дошёл до Новгорода и слёг. Начался у Брыкина жар, заломило в костях. Уложили солдаты товарища на
Дремал и Брыкин. Среди ночи больной очнулся. Почувствовал страшный холод, открыл глаза, подобрался к краю телеги, смотрит – кругом вода. Дует ветер, несёт волны. Слышит Брыкин далёкие солдатские голоса. А произошло вот что. Разыгралось ночью Ильмень-озеро. Вздулась от ветра вода, разбушевалась, хлынула на берег. Бросились солдаты к телегам, да поздно. Пришлось им оставить обоз на берегу.
– Спасите! – закричал Брыкин.
Но в это время набежала волна, телегу повалило набок.
– Спаси-ите! – вновь закричал Брыкин и захлебнулся.
Накрыла солдата вода с головой, подхватила, поволокла в озеро.
К утру вода схлынула. Собрали солдаты уцелевшее добро, пошли дальше.
А об Иване никто и не вспомнил. Не он первый, не он последний – много тогда по пути к Нарве солдат погибло.
Капитан бомбардирской роты
Трудно солдатам в походе. На мосту при переправе через небольшой ручей застряла пушка. Продавило одно из колёс гнилое бревно, провалилось по самую ступицу.
Кричат солдаты на лошадей, бьют сыромятными кнутами. Кони за долгую дорогу отощали – кожа да кости. Напрягаются лошадёнки изо всех сил, а пользы никакой – пушка ни с места.
Сгрудились у моста солдаты, обступили пушку, пытаются на руках вытащить.
– Вперёд! – кричит один.
– Назад! – командует другой.
Шумят солдаты, спорят, а дело вперёд не движется. Бегает вокруг пушки сержант. Что придумать – не знает.
Вдруг смотрят солдаты: несётся по дороге резной возок.
Подскакали сытые кони к мосту, остановились. Вылез из возка офицер. Взглянули солдаты – капитан бомбардирской роты. Рост у капитана громадный, метра два, лицо круглое, глаза большие, на губе, словно наклеенные, чёрные как смоль усы.
Испугались солдаты, вытянули руки по швам, замерли.
– Плохи дела, братцы, – произнёс капитан.
– Так точно, бомбардир-капитан! – гаркнули в ответ солдаты.
Ну, думают, сейчас капитан ругаться начнёт.
Так и есть. Подошёл капитан к пушке, осмотрел мост.
– Кто старший? – спросил.
– Я, господин бомбардир-капитан, – проговорил сержант.
– Так-то воинское добро бережёшь! – набросился капитан на сержанта. – Дорогу не смотришь, коней не жалеешь!
– Да я… да мы… – заговорил было сержант.
Но капитан не стал слушать, развернулся – и хлоп сержанта по шее!
Потом подошёл опять к пушке, снял нарядный, с красными отворотами кафтан и полез под колёса. Поднатужился капитан, подхватил богатырским плечом пушку. Солдаты аж крякнули от удивления. Подбежали, поднавалились. Дрогнула пушка, вышло колесо из пролома, стало на ровное место.