Птица счастья
Шрифт:
– Спасибо, Блейд, – крикнула ему вслед Келли, – я уверена – ты найдешь ее.
Всю дорогу Шэннон боролась со сном. Ехали бесконечно долго, даже не останавливаясь. Девушка давно бы упала, но бронзовая рука Бешеного Волка удерживала ее на спине лошади. «Организует ли Блейд людей для ее поиска? Смогут ли найти ее? Должно быть, отсутствие ее уже заметили, и Клайв сообщил о случившемся. Что собирается сделать с ней Бешеный Волк?» – Эти вопросы не давали Шэннон покоя. Неожиданно для себя девушка задремала на груди Бешеного Волка, а проснулась, как от толчка: лошадь, оказывается,
– Слезай! – рявкнул Бешеный Волк и слегка подтолкнул девушку. С глухим стуком Шэннон свалилась на землю, затем медленно поднялась.
Индейцы невозмутимо наблюдали за происходящим. Ровным счетом никаких эмоций не отразилось на их лицах, когда Бешеный Волк схватил девушку за длинные волосы и потащил за собой. Дорогу им преградил старый индеец, приветливо подняв руку. Судя по одежде, он – вождь племени, к тому же, несмотря на преклонный возраст и морщинистое лицо, глаза у старика были очень живыми и выдавали острый ум. Бешеный Волк почтительно остановился. Из вигвама вышла женщина и направилась к вождю. Несмотря на седые виски, она была красива той красотой, которая неподвластно возрасту. Женщина сочувственно посмотрела на Шэннон.
– Давно мы тебя не видели, Бешеный Волк, —сказал вождь племени на своем языке. Он делал вид, будто не замечает Шэннон. – Молодые индейцы не должны надолго оставлять стариков и детей.
Несколько индейцев из окружения Бешеного Волка виновато потупились, прекрасно понимая, что все эти дни они должны были охотиться и снабжать едой свои семьи, а не грабить и убивать.
– Кто-то должен очистить от бледнолицых нашу землю, Желтый Пес, – грубо ответил Бешеный Волк. – Старики упустили свой шанс, теперь очередь молодых. Скоро нам понадобится новый вождь. Никто не может оспорить, что я, как нельзя лучше, подхожу для этого. Я сильный и храбрый и поведу всех за собой.
Женщина, которая подошла к вождю, хотела отчитать Бешеного Волка за дерзость, но Желтый Пес сделал ей знак молчать.
– Когда-нибудь гордость погубит тебя, Бешеный Волк, – предсказал Желтый Пес. – Уповаю на то, что народ поступит мудро и выберет такого вождя, который понимает – будущее зависит от умения жить в мире с белым человеком; мой внук вернется и подтвердит эти слова.
– Быстрый Клинок предал свою кровь. Он живет по законам белых. Он воевал на стороне белых, – ядовито произнес Бешеный Волк.
– Не смей так говорить о моем сыне! – Не в силах больше сдерживаться, красивая индианка шагнула вперед.
«Интересно, чем так разозлил ее Бешеный Волк», – подумала Шэннон.
– Не позволяй ему злить себя, Поющая Радуга, – сказал Желтый Пес и дотронулся до ее руки. – Молодые вспыльчивы, и им ничего не стоит обвинить других.
Наконец Желтый Пес удостоил внимания Шэннон. Она спокойно выдержала его взгляд. В ее синих глазах светились любопытство и благоговейный страх.
– Женщина – моя пленница, – заявил Бешеный Волк, отвечая на молчаливый вопрос вождя.
– Разумно ли это? – спросил Желтый Пес. – Откуда она? Боюсь, что твои причуды навлекут
– Огненная Птичка из обоза, который следует по нашей земле, – сказал Бешеный Волк. Его губы скривились в подобие улыбки, когда он подумал о том, как легко заполучил девушку.
– У Огненной Птички есть муж? – спросила Поющая Радуга. Ее доброе сердце не осталось равнодушным к судьбе девушки.
– Я буду мужем Огненной Птички. – Как бы подтверждая свои слова, Бешеный Волк постучал кулаком по своей груди. – Сегодня ночью она примет меня между своих белых бедер, и я дам ей сына.
Возможно, для Шэннон было даже лучше, что она не понимала, о чем идет речь.
Желтый Пес чувствовал, что теряет свой авторитет среди молодых индейцев, которые жаждут белой крови, и поэтому не стал возражать, когда Бешеный Волк потащил Шэннон прочь. Зато сама девушка яростно воспротивилась этому.
– Нет! Что тебе от меня надо? – закричала она во весь голос. – Не позволяйте ему увести меня, – умоляла она Поющую Радугу. Кроме этой женщины, ей не к кому было обратиться.
Поющая Радуга нахмурилась. Она не имела права вмешиваться в дела Бешеного Волка. По законам сиу Огненная Птичка являлась его собственностью, и он волен был поступать с ней, как ему заблагорассудится. Он имел полное право овладеть ею. Возможно, Огненная Птичка не понимает, как ей повезло. Ведь Бешеный Волк хочет сделать ее своей женой, а не рабыней. И все же Поющая Радуга смело шагнула навстречу Бешеному Волку, рискуя навлечь на себя его гнев.
– Уйди с дороги, Поющая Радуга.
– Я хочу поговорить с девушкой, – заявила она.
– Зачем?
– Она напугана. Возможно, я помогу ей.
– Па! Ты и твой сын-метис слишком любите белых, а их солдаты убивают наших женщин и детей, губят бизонов и топчут нашу священную землю.
– Огненная Птичка не сделала ничего, о чем ты здесь говоришь, – возразила Поющая Радуга. Она не знала, что заставляет ее защищать девушку, к которой она невольно прониклась симпатией.
– Ладно, поговори с ней, – проворчал Бешеный Волк. Он отошел в сторону и сложил на груди мускулистые руки.
Вмешательство Поющей Радуги вселило хрупкую надежду в душу Шэннон, и она с мольбой взглянула на индианку.
– Позвольте мне вернуться к своим, – Шэннон казалось, что женщина понимает ее. – Меня зовут Шэннон Браниган, и я еду в Айдахо, чтобы быть со своей семьей. Я никому не сделала ничего плохого.
– Меня зовут Поющая Радуга.
– Слава Богу, что вы говорите по-английски. Вы можете мне помочь?
– Я бессильна помочь тебе, – грустно сказала Поющая Радуга. – Я могу только сказать тебе о намерениях Бешеного Волка. Если ты ему повинуешься, он не причинит тебе вреда.
Бешеный Волк одобрительно хмыкнул. Поющая Радуга поняла это как разрешение продолжить разговор.
– Бешеный Волк – доблестный воин. Ты и твои дети будут иметь все, что захотят.
– Дети! Я... я не понимаю. – Конечно же, Шэннон знала, чего добивается от нее Бешеный Волк, но не желала мириться с этим.
– Бешеный Волк не намерен лишь переспать с тобой, – пыталась повлиять на девушку Поющая Радуга. – Он может использовать тебя, а затем отдать другим мужчинам. Но он делает тебе честь и берет тебя в жены. Ты должна смириться и начать новую жизнь.