Псы войны
Шрифт:
— Так прилично? — спросила она его.
— Конечно.
Он перешел ручей, перепрыгивая с камня на камень, и уселся на берегу напротив нее.
— Хорошо тут, — сказала она.
— Очень хорошо. Хотя было гораздо лучше.
— А как было?
— О, всегда было полно народу.
— Так, как сейчас, разве не лучше?
— Не знаю. Для рыбалки — лучше.
— Как ты можешь ловить рыбу, — спросила она, — если беспокоишься, как бы мыло не повредило ей? Разве крючок не причиняет боли?
— Не думаю, что это
— Ты имеешь в виду — они убивали людей?
— Ну, может, он говорит иносказательно. А может, они и убивали людей.
— Понятно. Ты всю жизнь здесь живешь?
— Почти. Хотя родился в Париже.
Он был само совершенство, утонченный артефакт, как индийские колокольчики на деревьях. Он был дитя грядущего, как и она сама, — рожденное для привольной жизни на заре Нового Века.
Невозможно было не думать о Джейни, но наркотик полностью притупил страх за нее.
— Где твоя мать?
— На Востоке в больнице. Она давно уехала отсюда.
— Устала от множества народу?
— Она считала его богом.
— Ну, — сказала Мардж, — с ее стороны это было глупостью.
— Нет, — возразил Кейджелл, — она думала, что он действительно бог. Она не единственная, кто так думает. Однажды его посетили настоящие церковники, чтобы спросить его об этом.
— И что он им сказал?
— Прикинулся, что так оно и есть.
— А сам он верил в это?
— Похоже, что верил. Теперь он говорит, что был богом не больше, чем любой другой человек, только другие не знали, что они боги, а он знал.
— Ты думаешь, он был богом?
— Я не знаю. Может, он и бог. Я хочу сказать, как мы можем это знать?
— Когда я была маленькой, — сказала Мардж, — было такое объединение, называвшееся Лига Обезбоженных Воинов.
— Обезвоженных?
— О-без-бо-жен-ных. Обходились без Бога.
— Злые?
— Все были злые, когда я была маленькой. Я тоже злилась. — Мардж встала, продрогнув в одном полотенце. — Как здесь хорошо! Что это за место?
— Это целая история, — сказал Кейджелл. — Оно называется Эль-Инкарнасьон-дель-Вербо — Воплощенное Слово. Во времена миссионеров здесь жили иезуиты, но мексиканцы их запретили, и монахи закопали все свое золото и ушли. Потом это место стало частью ранчо Мартинсона. Мы — я и Дитер — ходим иногда с металлоискателем. Нашли много чего замечательного. Только не золото.
— Как ранчо досталось Дитеру?
— Думаю, от матери. Ее девичья фамилия была Мартинсон.
— Что же, — сказала Мардж, — повезло ему.
Она оделась и неторопливо пошла искать Хикса.
— Он спит, — сказал ей Дитер. Он предложил ей пива, и она не стала отказываться. — Через пару часиков встанет, быстро соберется, и вы отправитесь по
— Я думала, мы их сделаем здесь.
— К сожалению, я не могу помочь вам с героином.
— Значит, я ошибалась. Я думала, вы как-то с этим связаны.
— Вы ошибались. — Он глотнул вина и осуждающе, как ей показалось, взглянул на нее. — Большую дозу колете?
— Честно говоря, и не знаю, — ответила она. — Его так много.
— Если он вьетнамский и если вы будете колоться дальше, у вас выработается сильная зависимость. Может быть, уже и выработалась.
— Мы думаем, а вдруг это все у меня в голове.
— Давно это у вас?
— Нет, не очень.
— Это хорошо, — сказал Дитер. — Тогда вы можете завязать, если захотите. Я могу вам помочь.
— Неужели?
— Поменьше высокомерия, — сказал он. — Это некрасиво.
Мардж внутренне напряглась. Она не испытывала к нему неприязни.
— Пожалуйста, только не надо хиппанских проповедей, мистер Естественность [81] . Я не принадлежу к вашей Церкви.
Его маленькие серые глазки испытующе смотрели на нее.
— Насколько для вас важны деньги? Вы действительно хотите, чтобы он этим занимался?
— На деньги мне плевать.
— Хорошо. Бросьте героин в пропасть и пойдемте удить рыбу.
81
Mr. Natural — афористичный гуру в длинной желтой рубашке и с длинной седой бородой, главный герой одноименного андерграундного комикса Роберта Крамба, выходившего с 1967 г. (в том числе в журнале «Зал», см. с. 26).
— Предложите это ему.
Он замолчал, сидя со стаканом вина на нижней ступеньке алтаря, словно собираясь с силами.
— Вы мне нравитесь, — сказал он наконец. — Рад видеть вас здесь.
— Приятно слышать это от вас.
— Хикс рассказывал, чем мы тут занимаемся?
— Он говорил, что вы хиппующий роши. Я не очень хорошо понимаю, что это значит.
Дитер сделал большой глоток.
— Когда-то давно, — мрачно сказал он, — здесь на горе происходило нечто совершенно особенное.
— Что-то вроде духовных поисков?
— В сущности, да, духовных поисков. Но это трудно выразить словами.
— Так я и думала. Это связано с тем, что вы были богом?
Дитер вздохнул:
— Теперь я не бог, и никогда им не был. В любом обычном понимании этого слова. По политическим соображениям я сделал кое-какие заявления. Я был убежден, что эпоха требует этого. Если бы у меня получилось, все было бы оправданно.
Мардж засмеялась:
— Вы как мой отец-коммунист. — Она смахнула светлую героиновую слезу и покачала головой. — Как много людей думают, что знают все лучше всех, и гонят дикую лажу. Это грустно.