ПСС том 8
Шрифт:
328 В. И. ЛЕНИН
съезде, забыть о борьбе, которую вели искровцы с антиискровцами в течение почти всего съезда!
Третий тип голосований на съезде, охватывающий три последние части диаграммы из пяти (именно В, Г и Д), характеризуется тем, что небольшая часть искровцев отделяется и переходит на сторону антиискровцев,которые поэтому и побеждают (пока остаются на съезде). Чтобы проследить с полной точностью развитие этой знаменитой коалицииискровского меньшинства с антиискровцами, одно упоминание о которой доводило Мартова до истерических посланий на съезде, приводятся все три основных типа именныхголосований этого рода. В— это голосование по вопросу о равноправии языков (взято последнее из трех именных голосований по этому пункту, как самое полное). Все антиискровцы и весь центр
Судя по всему,того же типа было еще четыре голосования по уставу,стр. 278—27 за Фомина против 21 наших; стр. 279—26 за Мартова против 24 за нас; стр. 280—27 против меня, 22 за; и там же — за Мартова 24 против 23 за нас. Это — затронутые уже мной раньше голосования по вопросам о кооптации в центры. Именных голосований нет (одно было, но затеряно). Бундовцы (все или часть), видимо, спасаютМартова. Ошибочные утверждения Мартова (в Лиге) относительно голосований этого типа исправлены выше.
ШАГ ВПЕРЕД. ДВА ШАГА НАЗАД 329
которое представляет именно окончательное деление на большинство и меньшинство,ясно видно полное слияние искровского меньшинства со всем«центром» и с остаткамиантиискровцев. Из восьми антиискровцев к этому времени остался на съезде одинтов. Брукэр (которому тов. Акимов разъяснил уже его ошибку и который занял принадлежащее ему по праву место в рядах мартовцев).Уход семерки наиболее «правых» оппортунистоврешил судьбу выборов против Мартова .
И вот теперь подведем итоги съезду, опираясь на объективные данные о голосованиях всякого типа.
Много толковали о «случайном»характере большинства на нашем съезде. Тов. Мартов только этим доводом и утешал себя в своем «Еще раз в меньшинстве». Из диаграммы ясно видно, что в одном смысле,но только в одном, можно назвать большинство случайным, именно в том смысле, что-де семерка наиболее оппортунистических элементов «правой»ушла случайно.Поскольку случаен этот уход, постольку(не более) случайно и наше большинство. Простой взгляд на диаграмму лучше длинных рассуждений показывает, на чьей стороне была бы, должна бы была бытьэта семерка . Но, спрашивается, поскольку действительно можно считать случайным уход этой семерки? Вот вопрос, которого не любят задавать себе люди, охотно говорящие о «случайности» большинства. Неприятный это для них вопрос. Случайно ли то, что ушли наиболее ярые представители правого,а не левогокрыла нашей партии? Случайно ли то, что ушли оппортунисты,а не последовательные революционные социал-демократы?Не стоит ли этот «случайный» уход в некоторой
Семь оппортунистов, ушедших с 2-го съезда, это пять бундовцев (Бунд вышел из партии на втором съезде после отклонения федеративного принципа) и два «рабочедельца», т. Мартынов и т. Акимов. Эти последние ушли со съезда после того, как заграничной организацией партии была признана толькоискровская Лига, то есть был распушен рабочедельческий заграничный «Союз русских социал-демократов». (Примечание автора к изданию 1907 г. Ред.)
Мы увидим ниже, что послесъезда и т. Акимов и Воронежский комитет, наиболее родственныйт. Акимову, прямо и выразили свое сочувствие «меньшинству».
330 В. И. ЛЕНИН
связи с той борьбой против оппортунистического крыла, которая велась в течение всего съезда и которая так
Достаточно поставить эти неприятные для меньшинства вопросы, чтобы выяснить себе, какой факт прикрываетсятолками о случайности большинства. Это — тот несомненный и неоспоримый факт, что меньшинство составили наиболее тяготеющие к оппортунизму члены нашей партии.Меньшинство составили наименее устойчивыетеоретически, наименее выдержанные принципиальноэлементы партии. Меньшинство образовалось именно из правого крылапартии. Разделение на большинство и меньшинство есть прямое и неизбежное продолжение того разделения социал-демократии на революционную и оппортунистическую, на Гору и Жиронду 113, которое не вчера только появилось не в одной только русской рабочей партии и которое, наверное, не завтра исчезнет.
Этот факт имеет кардинальное значение в деле выяснения причин и перипетий расхождений. Пытаться обойтиэтот факт посредством отрицания или затушевывания борьбы на съезде и сказавшихся в ней принципиальных оттенков, — значит выдавать себе полнейшее свидетельство об умственной и политической бедности. А чтобы опровергнутьэтот факт, надо, во-первых,показать, что общая картина голосований и «разделений» на нашем партийном съезде была не такая, которая приведена мною; надо, во-вторых,показать, что по существувсех тех вопросов, из-за которых «разделялся» съезд, неправы былите наиболее последовательные революционные социал-демократы, которые связали себя в России с именем искровцев . Попробуйте-ка показать это, господа!
Примечание для тов. Мартова. Если тов. Мартов забыл теперь, что искровецозначает сторонник направления,а не член кружка,то мы советуем ему прочесть в протоколах съезда разъяснение этого вопроса тов. Троцким тов. Акимову. Искровскими кружкамибыли на съезде (по отношению к партии) три кружка: группа «Освобождение труда», редакция «Искры», организация «Искры». Два кружка из этих трех были так разумны, что сами распустили себя; третий проявил недостаточно партийности, чтобы сделать это, и был распущен съездом. Самый широкий искровский кружок, организация «Искры» (включавшая в себя и редакцию и группу «Освобождение труда»), насчитывал на съезде всего 16 человек, из которых только одиннадцатьимели решающий голос. Искровцев же по направлению,не принадлежавших ни к какому искровскому «кружку», было на съезде, по моему счету, 27с 33 голосами.Значит, из искровцев меньше половиныпринадлежали к искровским кружкам.
ШАГ ВПЕРЕД. ДВА ШАГА НАЗАД 331
Факт составления меньшинства из наиболее оппортунистических, наименее устойчивых и наименее выдержанных элементов партии указывает, между прочим, ответ на многие недоумения и возражения, с которыми обращаются к большинству люди, плохо знакомые с делом или плохо продумавшие вопрос. Не мелко ли это, говорят нам, объяснять расхождениемаленькой ошибкой тов. Мартова и тов. Аксельрода? Да, господа, ошибка тов. Мартова была невелика (и я еще на съезде, в пылу борьбы, отметил это), но из этой маленькой ошибки моглополучиться (и получилось)много вреда в силу того, что тов. Мартова перетянули на свою сторону делегаты, сделавшие целый ряд ошибок,проявившие на целом ряде вопросов тяготение к оппортунизму и принципиальную невыдержанность. Индивидуальным и неважным фактом было проявление неустойчивости со стороны тов. Мартова и тов. Аксельрода, но не индивидуальным, а партийными не совсем неважнымфактом было образование весьма и весьма значительного меньшинства из всех,наименее устойчивых элементов, из всех тех,кто либо вовсе не признавал направления «Искры» и прямо боролся с ним, либо признавал на словах, а на деле сплошь да рядом шел с антиискровцами.
Не смешно ли объяснятьрасхождение господством заскорузлой кружковщины и революционной обывательщины в маленьком кружке старой редакции «Искры»? Нет, это не смешно, потому что на поддержку этой индивидуальнойкружковщины встало все то в нашей партии,что боролось в течение всего съезда за всякую кружковщину,все то, что вообще не могло поднятьсянад революционной обывательщиной, все то, что ссылалось на «исторический» характер обывательского и кружковщинского зла для оправдания и сохранения этого зла. Случайностью можно бы еще,