Псоглавцы
Шрифт:
— Что поделать, подождём.
— Ладно, — сказал Кирилл. — Пока.
Всё это очень смахивало на ловушку. Значит, так. Он, Кирилл, увёл у Лёхи любовницу — Лизу. Лёха обиделся, подговорил Саню, и они вдвоём угнали автобус. Спрятали на карьерах. Кирилл решил, что спрятали в лесу, двинул в лес, ничего не нашёл, только чуть в штаны не наложил от страха. А Гугер с Валерием отправились на карьеры и наткнулись на Саню. Саня велел заманить сюда Кирилла, после этого автобус вернут. Гугер и Валерий позвонили
Кирилл понял, что напрягает его вовсе не ловушка сама по себе. Тревожит очевидная нелепость этой ловушки.
Можно даже не рассматривать аргументы про наказание за убийство, про невероятность оборотней и про слишком сложный расчёт для тупых алкоголиков. Или слишком тупой расчёт?.. Но дело не в этом. Дело в том, из-за чего, собственно, разгорелся сыр-бор.
Годовалов хотел отомстить за Лизу? Но для этого надо ограбить или побить Кирилла, а угонять автобус слишком чревато. Или Саня с Лёхой хотели продать автобус? Но зачем же тогда возвращать тачку?
Есть вариант, что Лёха хотел отомстить, а Саня — навариться, и они объединили свои усилия. Но при ближайшем рассмотрении этот вариант тоже не выдерживал критики. Автобус-то возвращают. А Кирилл, когда пойдёт «на разговор», будет начеку, и побить его окажется не так-то просто. Лёха уже дважды обломался.
От этих рассуждений у Кирилла закипели мозги. И даже кофе не имелось, чтобы привести разум в порядок. Кирилл закрыл и спрятал ноутбук, вышел из школы и пошагал к дому Мурыгина.
Сегодня по лесу он навертел уже сто вёрст. Устал. А до карьеров далеко. Надо попросить у Мурыгина дрезину.
Мурыгин сидел за прилавком своего магазинчика трезвый.
— Цепь принёс? — сразу спросил он.
— Какую цепь? — опешил Кирилл.
— Я тебе цепь давал с замком.
— Блин!.. — вырвалось у Кирилла.
Он совсем забыл о цепи и замке. Цепь осталась висеть в скобе на воротах сарая.
— Я вечером принесу.
— Правильно я сделал, что деньги с тебя содрал, — убеждённо проворчал Мурыгин. — Так и знал, что сопрёшь.
— Да на хрена мне в Москве ваша цепь? — заорал Кирилл.
Он побежал к школе. Целую тыщу этому козлу за всякое дерьмо заплатил — и это называется украл! — думал Кирилл про цепь и Мурыгина. И откуда Мурыгин знает, что Кирилл собрался уезжать, что ему пора отдавать хозяину цепь и замок?
Кирилл с грохотом вытянул из железной скобы цепь, на конце которой болтался
— Другой разговор, — довольно сказал Мурыгин, сгрёб с прилавка цепь и ссыпал в коробку.
— Дайте мне ключ от дрезины.
— Писят тыщ залог.
— Сколько?! — взвыл Кирилл.
— Писят тыщ. Я тебе теперь не верю.
— Я куда на дрезине уеду-то?! В Австралию?
— Мне по хер.
— Ладно, — сказал Кирилл, заставляя себя успокоиться. — Добро, Павел Константиныч. Я понял.
Он внимательно посмотрел на Мурыгина. Тот сидел и ухмылялся. Всё он знает, подумал Кирилл. Знает, кто и когда угнал автобус. Знает, где спрятали машину. Знает, зачем Кирилла сейчас зовут на карьеры.
— Про автобус мне вам говорить незачем, Павел Константиныч, — сдержанно сказал Кирилл. — Вы дали мне цепь, замок, ключ. Второй ключ остался у вас. Замок открыли вторым ключом. Получается, это вы дали вору второй ключ. Я это запомню. В протоколе так и напишу.
— Не было у меня второго ключа.
— А мне по хер. Я видел. У меня свидетели есть.
— Ничего не докажешь.
— Я и не буду. Это вы доказывайте. А я просто вам крови попью.
— Такие замки у половины деревни. У всех ключи есть. Там гвоздём открыть можно.
— Мне по хер. Я не обвиняю. Я жизнь порчу. Пусть вас в ментовку дёргают, жену вашу пусть дёргают, сына. Мне всего-то надо было на дрезине прокатиться, а вы — пятьдесят тысяч.
— Нет у меня ключа.
— У вас ни от чего ключей нет. Всё пальцем открываете.
— Лизка, сучка твоя, до сих пор не отдала. Встречу — по роже дам.
— А я сейчас пойду и проверю, — пообещал Кирилл.
— Да иди, гондон.
Кирилл вышел из магазинчика. Поговорили, называется.
Так, ключ от дрезины у Лизы. Простившись утром, Кирилл больше ни за что не пошёл бы к Лизе снова, но сейчас он был взвинчен и зол. Провались пропадом эта деревня с её ублюдками и псоглавцами! Что же за место такое вязкое, никак отсюда не выпутаться, ничего невозможно сделать по-человечески!
Кирилл постучал в дверь веранды Токаревых и сразу вошёл, зная, что стук не услышат. Постучал в другую дверь. Эффекта нет. Кирилл открыл дверь и заглянул в дом.
— Алё! — окликнул он.
Ему не ответили. За стенкой громко болтал телевизор.
Кирилл вытер ноги и шагнул в прихожую.
В комнате была только Раиса Петровна. Сидя на своей табуретке, она упоённо смотрела в экран и оглянулась на Кирилла с таким ужасом, будто Кирилл пришёл всех убить.
— Здравствуйте, — внятно сказал Кирилл. — А Лиза дома?
— Лиза?.. — пролепетала старуха.
— Лиза, — подтвердил Кирилл, внутренне кипя.
— Нету Лизы… Ушла куда-то…