Ps...Ты моя
Шрифт:
– Ты так мечтательно говоришь про этого парня. И мне это нравится. Твое лицо раскраснелось, оно словно сияет. Это так сексуально.
Я фыркнула при этих словах. Никто никогда не считал меня сексуальной.
– Я раскраснелась, потому что пеку, – я положила кружочки теста на противень и поставила его в духовку, а затем прошла к раковине, чтобы отмыть руки.
– А почему после слов постскриптум ничего не написано?
Я пожала плечами, поскольку и сама размышляла над этим, а взгляд Тэмми тут же перескочил на камеру Polaroid, лежащую на кухонной стойке. Глаза подруги
– Ты собиралась сфотографироваться.
– Нет, – солгала я.
– Ты – маленькая врушка. Как много снимков ты уже сделала и выкинула?
Я поморщилась и посмотрела на Тэмми, разразившуюся смехом. Она была права: на данный момент в моей помойке покоилось порядка двадцати снимков.
– Давай я сфотографирую тебя. Ну же. Будь уверена, я постараюсь, чтобы ты выглядела горячо.
– Я передумала. Кроме того, тут нет необходимости выглядеть горячо. Мы просто друзья по переписке.
– Парень хочет фотографию. В конце концов, он защищает нашу страну. Я чувствую, что это просто мой долг: сфотографировать тебя и отправить ему получившийся снимок. Просто подумай о несчастном мужчине, томящимся в ожидании твоего фото, – Тэмми говорила так, словно ей и вправду было жаль парня, и, черт подери, эти ее слова подействовали на меня.
– Прекрасно, – сдалась я. Мне нравилась сама мысль дать Марку то, о чем он просил. Это же просто фотография. Я же никогда с ним не встречусь и не увижу выражение его лица, когда он впервые будет рассматривать меня на снимке.
Тэмми радостно хлопнула в ладоши и подхватила камеру.
– Ну-ка покажи мне свои белоснежные зубки.
Я склонила голову и улыбнулась подруге. Затвор щелкнул, и из аппарата вылезла фотография. Тэмми начала ей размахивать, чтобы снимок скорее проявился.
– Идеально, – сказала она мне, протягивая фото. – Так хорошо видно ту излучаемую тобой теплоту. Теперь у него будет хоть что-то для ночных фантазий, когда он останется наедине со своим дружком.
– Заткнись, – крикнула я, ни на секунду не поверив, что Марк будет мастурбировать, глядя на мою фотографию.
– О да, – Тэмми кивнула, словно точно была уверена в правдивости своих слов. И хотя я не верила, что это когда-либо может произойти на самом деле, где-то в глубине души мне нравилась мысль, что он получит разрядку, разглядывая мое изображение. Что я стану для него такой же ночной фантазией, как он стал для меня.
Тэмми встала со стула и схватила тарелку с моим печеньем, приготовленным чуть ранее.
– Мне пора домой. Стив скоро будет дома. Может, нам стоит попробовать развлечься у стены, – она поцеловала меня в щеку. – Пошли ему фото. Поживи хоть немного. Это весело.
С этими словами Тэмми вышла за дверь, а я села обратно за стол, достала лист бумаги и принялась писать письмо, ожидая пока испечется последняя партия печенья.
«Марк,
Я совсем не против, чтобы ты звал меня Кэти. Целыми днями в школе я только и слышу «Мисс Лавли», поэтому твое обращение станет приятным разнообразием. Мне нравится преподавать, хотя порой ученики
И ты прав на сто процентов. Летом в наших краях и в правду стоит адская жара, но я сама делаю домашнее мороженое, которое помогает охладиться. Так что, если как-нибудь летом будешь рядом – заходи, я приготовлю его и для тебя.
Что касается меня, то я совершенно одинока и детей у меня нет. Не уверена даже, что была хотя бы на одном свидании. Я становлюсь жутко стеснительной, когда общаюсь с мужчинами, так что даже написать простое письмо не было для меня простой задачей.
Ты спрашивал про путешествия. Сама я мало где была. Каждый раз говорю себе, что следующим летом обязательно поеду куда-нибудь на месяц или около того, но почему-то так до сих пор никуда и не поехала. Может, потому что не хочу ездить куда-либо без компании. Наверное, это один из минусов одиночества. Не так-то просто уговорить подружку поехать со мной куда-то на месяц другой, когда ее дома ждет муж. И я не могу их винить. Уверена, будь я замужем, тоже не захотела бы оставить супруга так надолго.
Я испекла тебе немного печенья. Как и ты, я абсолютно шоколадная душа, поэтому в эти печенья добавлено просто море шоколада. Мое основное правило: шоколада в выпечке много не бывает. Кроме того, в посылку я добавлю еще парочку лакомств, рецепты которых придумала сама. Дай мне знать, как они тебе на вкус.
Что касается животных – я ужасная кошатница. Впрочем, не знаю можно ли назвать меня полноправной «кошатницей». Сколько кошек надо иметь, чтобы называться ею? У меня лишь одна, но мне всегда хотелось завести вторую. После твоего письма я стала подумывать о щенке, однако не уверена, что справлюсь с ним. Насколько знаю, воспитывая собаку, нужно быть твердым, но смогу ли я быть такой с милым хорошеньким щеночком. Со своими учениками – да, но, боюсь, преданно-трогательные щенячьи глазки добьют меня, и вскоре я начну готовить домашние вкусности для собачек.
Однако клянусь, что среди лакомств, посланных тебе, нет собачьих.
Я знаю, что ты не можешь мне сказать, где ты или чем занимаешься, но мне любопытно, что ты делаешь в свободное время. Почему-то мне стало очень интересно. Возможно, из-за того, что ты описал себя, и теперь я пытаюсь представить полную картину того, какой ты есть на самом деле.
Относительно моей внешности – можешь сказать спасибо моей подруге Тэмми за фотографию, которую я вкладываю в конверт. Она сфотографировала меня и настояла, чтобы я отправила изображение тебе. Как и говорила, я очень стеснительная, и порой меня надо слегка подталкивать. Правда, боюсь, Тэмми могла украсть парочку твоих печений.