Прыжок барса

Малиновская Майя Игоревна

– По памяти, - буркнул Нкрума.

– Я сейчас не в том состоянии, чтобы разгадывать загадки, - признался Эйдике и вздохнул.

– Отдыхай, - настоятельным тоном сказал ему Солон.
– Ты будешь необходим утром, поэтому прошу тебя завтра оставить поиски. Тут происходит нечто более важное, чем побег твоей племянницы... К тому же я знаю, что ты не одобрял этот брак...

Нкрума оторвал глаза от табличек и сказал Солону:

– Проводи его. Я это спрячу. Не дать ли ему успокаивающий настой. Если мне самому он этой ночью не понадобиться.

Эйдике посмотрел удивленно. Нкрума отличался самообладанием.

Солон проводил его до постели. Проследил, чтобы Эйдике лег, а не метался по комнате в раздумьях.

– Мне сомкнуть глаз, - согласился Эйдике, спустя время. Солон не ушел.

– Я прослежу, чтобы ты успокоился. Позволь?

Он склонился к лежавшему собрату и стал шертал слова и заклинания.

– Я встретил на лестнице храма Елену и был груб с ней, - сознался Эйдике.
– Она скорее изобразила недовольство, чем испытывала его. С первого дня знакомства эта женщина и ее спутники беспокоят меня. Я приказал поискать, где она поселилась и не смог найти. В Брухеуме никто не слышал о ней. В общинах тоже. Спартанцев в Александрии немного. У нее нет друзей. О ней никто не знает. Миновал десяток дней, а об этой женщине из Спарты никто не слышал. Но в Мантинеях был врачеватель, который бывал и в Македонии, и в Персии, и в Афинах. Он был искусным лекарем и умаер в Мантинее. Она не лжет. Спартанская община мала, она не появлялась там. Они с удивлением услышали от меня, что здесь появилась их землячка.

– Эйдике. Брат. Почему ты винишь Елену в побеге Лаодики? Ты был против того, чтобы твою племянницу отдали замуж таким образом. Почему сразу не возразил Братию и твоей сестре. Теперь же ты отчаянно ищешь девушку.

– Я опасаюсь за ее здоровье и честь. Македонские казармы переполнены наемниками. Я испугался, когда увидел сколько там солдат. Давно там не был. В храме Ареса столько приношений. В городе неспокойно. Мне кажется спартанка имеет отношение к ее побегу. Стоило ей появиться в доме и у Лаодики хватило смелости сделать то, что она, вероятно, давно намеревалась сделать.

– Оставь эти мысли. Так ты прогневаешь Морфея и тебе явится ужасный сон. Выпей настой.

– Не хочу. Я успокоюсь сам. А что с Нкрумой? Он выглядел странно.

– Не одного тебя преследуют странности при появлении Елены. Здесь было бы чему удивиться или подозревать дурное, если бы она сегодня не открылась нам с Нкрумой. Она жрица Астарты. Не в ее интересах препятствовать хорошему браку. Если Лаодика и бросилась к ней за помощью, то сан не позволит Елене вмешиваться.

– Как вы это проверили?

– Она начертила знак у ног Нкрумы, когда он отказался показать ей то, что она просила. Нкрума - знаток языков и искушен в криптографии. Он распознал надпись. "Я служу царице мира", - гласила она.

– И в чем тут причина его удивления?

– Не всякий жрец и жрица могут обозначить себя иератическим письмом древних вавилонян. Нкрума был впечатлен не только этой ее способностью. Елена образована сверх того, что доступно женщине из аристократического рода в самом демократическом обществе нашего времени. Коим спартанцы точно не являются. Училась она не в Спарте. Нкрума был удивлен нее познаниями в истории, языках, космогонии, геометрии и астрономии. Я потрясен не менее его. От крайнего изумления меня удержало только то, что я мог наблюдать ее поведение прежде.

Я заподозрил, что она знает многое. Теперь мне понятна истинная причина моих подозрений.

– Она упоминала Эдессу, - вспомнил Эйдике.

– Я подумал, что это Эдесса в Ассирии, но есть еще Эдесса в Македонии.

– Один из ее спутников - македонец! А другой сириец или финикиец.
– Эйдике сел на постели, замер ненадолго, а потом выдохнул.
– Она... быть может... беглая... Отступница.

– Ты одержим побегами, - заботливо укладывая его обратно и улыбаясь, сказал Солон.
– Засыпай скорее. Я тебя оставлю. Не смей бродить ночью. Утром поговорим снова. Твой ум в смятении. Мне напомнить, кто ты и каковы твои обязанности? Будешь так метаться - заболеешь.

Эйдике отвернулся к стене.

– Три дня прошло. Время уходит, будет все труднее ее найти.

– Она объявиться. Куда могла уйти девочка, которая никогда не покидала этот город?

– Я сегодня ходил даже в притон у македонских казарм, - обреченно выдохнул Эйдике.

– Поспи.

Солон оставил его одного.

Глава 2

Эл направлялась в сторону дворца в сады. На повороте в небольшой переулок она остановилась. Было тихо, в домах запирали ворота. Наступало то вечернее время, когда гости ушли по домам, а домочадцы готовились ко сну.

– Выходи, - произнесла Эл в сторону. Из переулка вырос Алик.
– Как это понимать?

– Тебе не стоит ходить одной.

– Составь компанию, - Эл предложила жестом место рядом с ней.

Он сердился, это было заметно.

– Что ты так поздно делала в храме Сераписа?

– Я была в библиотеке. Меня туда, пустили.

– Чем занималась?

– Изображала бога, как мы с тобой однажды планировали, - пошутила она.
– Работаю над образом жрицы.

– На какую тему был разговор?

– На тему естественных наук и криптографии.

– Что ты сделала?

На сей раз в его голосе прозвучал только интерес, а не предусмотрительное осуждение.

– Я представилась жрицей Астарты. Геликс помог мне сконструировать образ, который, пока, поставил их в тупик. Храмов этой богини много, называют ее по-разному. Ритуалы меня не просили описать, они сами этого могут не знать. Я кое-что смыслю в той области, которой должно быть посвящены древние тайные тексты, - Эл улыбнулась.
– Нагнала я тумана. И оказалась очень сведущей в нескольких областях наук. Что из этого получится - завтра увидим.

– Эл, а если там нет этих таблиц?

– Очень большая вероятность, что есть. Поведение жрецов было подозрительным. Они знают о предмете моих поисков. А у тебя как день прошел?

– Я не нашел никаких признаков того, что тут кто-то есть. Почему ты решила, что нас ждут?

– Что если они прыгнули и ошиблись?

– Их бы спасли.

– Слишком глубоко в прошлое. Каким образом? Мы-то были убеждены в верности расчетов, а на той стороне в этом не уверены. Потеря патруля все еще приемлемый риск, допустимый больше, чем провал спасательной операции, которая может превраться в стычку с нами. За нами жертв не водится - это наш единственный плюс. Убийцами нас не считают. Какой-то процесс внутри Геликса распознал ошибку, такая возможность есть только у нас, это вне логики общего процесса.