Прыгалка
Шрифт:
Громкоголосая, похожая на полную стюардессу дама объявила со сцены, что концерт окончен, однако праздник продолжается. Скоро в этом зале состоится конкурс карнавальных костюмов, а в фойе и других помещениях разные другие конкурсы. Выбирайте по вкусу!
— Твой костюм возьмет первое место, — пообещал Марко.
— Вот еще! Он вовсе не мой, а… театральный реквизит. Подожди меня, я скоро…
Юнка убежала и через пять минут вернулась уже не «театральная». Но всё равно праздничная! В желтом кружевном
— А плечо… больше не болит?
Она не удивилась.
— Нисколечко… Пойдем отсюда, здесь одни малыши… А где-то будет книжкин конкурс.
Конкурс’ юных читателей проводили в малом зале. Хотя и «малый», а вместил человек двести. На стенах и на кулисах громадные книжные обложки с Буратинами, Робинзонами, мушкетерами, Тарасом Бульбой и мумми-троллями. Марко и Юнке удалось пробраться к сцене поближе. На ней — длинный стол. Перед столом шагал круглый дяденька в тугих штанах, белом жилете и черном цилиндре. Убедившись, что в зале полно народа, он весело вскинул руки.
— Уважаемые книголюбы! Вы на меня смотрите и думаете: кто же это такой? Но вы сразу поймете, если я назову себя! Я… мистер Пикквик! Из очень знаменитой книги… Какой?
Он умолк, ожидая, что дружные крики в зале будут ответом на простенький вопрос. Зал безмолвствовал. Сценаристы конкурса переоценили знания нынешних лицеистов, гимназистов и прочих столичных школьников. Лишь в задних рядах кто-то пискнул:
— Гарри Поттер…
Несколько человек засмеялись.
— Нет, нет, друзья мои! Эта книга — «Посмертные… записки…» Ну же, ну, смелее!.. «Пикквикского клуба!» А сочинил ее прекрасный английский писатель… — мистер Пикквик опять замер в ожидании.
— Гарри Поттер… — пискнул всё тот же голосок.
Теперь не было даже смешков. Только глубокое молчание. Казалось, мистер Пикквик худеет на глазах. Марко стало неловко за него. Надо выручить. Он даже дернулся вперед. Но, конечно же, дурацкое смущенье прижало его к стулу. Как это: кричать на весь зал. Это ведь Юнка хотела участвовать в конкурсе, а не он.
— Марко, скажи, — шепотом велела Юнка. — Ты знаешь.
— Лучше ты скажи. Ты тоже знаешь.
— Я хочу, чтобы ты…
— Почему?
— Ну, я очень хочу… Конёк…
Ей, кажется, в самом деле хотелось этот. Почему? Поди пойми. Спрятаться бы под стул. Но…
Марко встал и даже поднял руку. Сказал не очень громко, но отчётливо:
— Чарльз Диккенс.
Мистер Пикквик возликовал, будто выиграл миллион. Завопил клоунским голосом:
– Ура-а! На этот сложный вопрос ответил мальчик с третьего ряда! В чёрной рубашке! Мальчик, иди сюда!
— Зачем? — оторопел Марко.
— Иди, —
Что делать-то, он пошёл, сутулясь пуще обычного.
— Сюда, сюда, ко мне, — торопил Пикквик. Пришлось подняться по лесенке. Мистер Пикквик повернул его лицом к залу.
— Как тебя зовут, юный знаток мировой классики?!
— М… Марко…
— Погромче, пожалуйста!
— Марко! Солончук! — пришлось выдать на весь зал. Но в этот зал он смотреть боялся, смотрел на свои начищенные ботинки.
— Прекрасное литературное имя! Была такая замечательная писательница с мужским псевдонимом. Марко Вовчок. Многие, конечно, слышали о ней…
«Ага, слышали они…». Марко наконец глянул на зрителей. Но они сливались в размытую массу. Только на третьем ряду пламенели Юнкины волосы и отчётливо было видно её весёлое лицо с бирюзовыми глазами. Марко перестал бояться. «Пусть. Если ей так надо…».
— Садись за стол! — велел неугомонный Пикквик. — Ты будешь первым в десятке финалистов, которые станут бороться за главный приз. А пока — новый вопрос!..
Новый вопрос был попроще. Что-то про Незнайку. Потом — о Робинзоне. Находились знающие люди, и не по одному. Правда никто не слыхал про Виктора Гюго и его юного героя из романа «Отверженные». Пришлось опять спасать Пикквика.
— Гаврош, — сказал Марко из-за стола. Теперь он чувствовал себя спокойно, потому что здесь же сидели ещё несколько финалистов. А с третьего ряда бодро и понимающе улыбалась Юнка.
— Молодец, — восхитился персонаж Диккенса. — Ты, Марко, у нас явный лидер. Но это — пока! — Он поднял пухлый палец. — Посмотрим, что будет в финале.
В финале было то же самое — вопросы и ответы. Но отвечали только те, кто оказались на сцене. Зал переживал и аплодировал; и Юнка аплодировала, когда Марко опережал соперников. Опережать было не трудно…
За столом собрались десять финалистов — очень разные ребята. И маленькие, лет девяти, и старше Марко — лет по пятнадцати. Марко не очень к ним приглядывался. Он только пожалел девочку (класса из третьего), которая пустила слезу, не сумев ответить, кто такой был Гудвин в книжке «Волшебник Изумрудного города»…
Финалисты один за другим выбывали из игры. Не очень огорчались, потому что каждый получал приз: кто «Трёх мушкетёров» в позолоченной обложке, кто коробку с красками, кто куклу в пышном платье, кто большущего пластмассового клоуна с улыбчивой рожицей… Наконец остались два претендента на главную премию: Марко и паренёк постарше, класса из восьмого-девятого. С большим, покрытым прыщиками носом и в круглых очках. Звали его Андрон. Марко смотрел на него с симпатией («Сразу видно, что профессор»), но и с грустным пониманием: «Здесь мне крышка».