Пройти чистилище

Абдуллаев Чингиз Акифович

Он был гомосексуалистом и попался на связи с молоденьким польским парнем, когда об этом стало известно советской резидентуре КГБ в Варшаве. Опасаясь скандала, он согласился на сотрудничество, ему даже разрешили по-прежнему встречаться с этим парнем, у которого он так до последнего дня и не решился спросить, знал ли его польский друг о всех подробностях операции против него.

Ему хорошо платили и он постепенно привык и к этой работе, и к гонорарам. Но страх, предательский страх попасться преследовал его по ночам, отравляя само существование и столь легкую жизнь в

Америке. Когда его перевели в Нью-Йорк, в представительство Швеции в ООН, Сюндом даже обрадовался, посчитав, что его негласный контракт с КГБ кончился. Но он явно недооценил возможности этого грозного учреждения. Его довольно быстро нашли и в Нью-Йорке, приказав продолжать работу. И он снова передавал какие-то письма и пакеты, снова встречался с нужными людьми, снова плохо спал ночами и снова получал весьма неплохие суммы, позволявшие ему не только отдыхать на Ривьере, но и покупать нравившихся ему молодых людей.

Он не знал, что к его номеру в отеле «Травел Плаза» сейчас приковано столько внимания. Не мог даже себе представить, какое количество сотрудников ФБР и ЦРУ беспокойно ожидают известий из этого отеля. Он ничего не знал. Сюндом просто сидел о кресле и ждал телефонного звонка. И звонок прозвучал.

— Мистер Сюндом, — раздался тот, же голос, — спуститесь вниз и ждите моего звонка рядом с портье.

Трубку сразу повесили и Сюндом, не понимая, в чем дело, пожал плечами, поднимаясь с кресла. Одев пальто, он вышел в коридор и, вызвав лифт, спустился вниз.

— Что они придумали? — спросил в этот момент Кэвеноу у самого себя, оглядывая стоявших вокруг агентов ФБР.

Сюндом вышел из лифта и дошел до стойки портье. Увидев его, Билл Хьюберт улыбнулся:

— Вам что-нибудь нужно?

— Спасибо, я жду звонка, — ответил Сюндом.

— Должны позвонить сюда? — уточнил Хьюберт.

— По-моему, да. Если позвонят, попросите меня.

— Конечно.

— Откуда звонили? — спросил в этот момент Кэвеноу у своих сотрудников.

— Сейчас проверяем. Но не из города, это точно.

Кэвеноу сжал зубы и ничего больше не сказал.

Сюндом посмотрел на улицу. Было уже темно. Он не знал, что рядом на стоянке стоят несколько машин сотрудников ФБР с включенными моторами. Не знал, что в ресторане, между отелем и стоянкой, и в дежурной комнате портье сидят еще несколько человек, в том числе и сам Кэвеноу со своими людьми. Он не знал, что весело болтавшие молодые женщины, расположившиеся на диване в холле были сотрудницами ФБР. Он ничего этого не знал. Сюндом видел лишь почти пустой холл, стоявшего перед ним работника отеля и двух женщин, сидевших на диване.

Раздался звонок. Хьюберт снял трубку.

— Отель «Травел Плаза».

— Позовите мистера Сюндома, — сказал неизвестный голос. Хьюберт был слишком хорошо подготовленным сотрудником ФБР, чтобы спросить у незнакомца «кто такой Сюндом», рискуя вызвать его неудовольствие и подозрительность.

— Вас, мистер Сюндом, — передал он трубку гостю отеля.

— Слушаю вас, — взял трубку швед.

— Повернитесь лицом к улице, — сказал незнакомец.

Сюндом послушно повернулся.

— Вы видите перед

собой огни, — услышал он, — напротив отеля есть закусочная «Мак-Дональдс». Войдите туда и сядьте за крайний правый стол у окна. Под столом прикреплен конверт. Он ваш. Вы все поняли?

— Все, — подтвердил Сюндом.

Говоривший, не прощаясь, повесил трубку.

— Негодяй, — сказал в этот момент сквозь зубы Кэвеноу, и уже обращаясь к Роберту, спросил:

— Мы можем успеть достать этот конверт раньше него?

Роберт покачал головой.

— Откуда звонили? — снова спросил Кэвеноу, — откуда?

— Из Нью-Йорка. С улицы, с третьей авеню, — ответил ему Луис. — Мы передали сообщение в город. Наши сотрудники уже выехали туда.

— Поздно, — проворчал Кэвеноу, — эти мерзавцы нас перехитрили.

Сюндом вышел из отеля и направился к «Мак-Дональдсу».

— Если он возьмет конверт, все пропало. Мы потом не сможем прочесть, что там написано, — пробормотал Кэвеноу, обернувшись к Роберту он, вышел.

— Свяжись с местной полицией. Пусть они попробуют его остановить за нарушение правил. Может, мы сможем достать его из машины, пока они будут разговаривать.

— А если он положит письмо в карман? — спросил Роберт.

Сюндом уже подошел к зданию закусочной и открывал дверь. За ним шла молодая пара сотрудников ФБР. Они изображали влюбленных и почти все время целовались. Нужно отдать им должное, делали они это явно с удовольствием.

— Если он поедет к Матвееву, мы не сможем достать это письмо, — словно рассуждая вслух произнес Кэвеноу, — нужно придумать, как изъять это письмо, пока он доберется до советского представительства.

— Может, просто его арестовать, — предложил Луис.

— Нельзя, — покачал головой Кэвеноу, — этот связной затеял с нами какую-то игру. Ведь он знал, что швед под нашим наблюдением, но пошел на этот вариант. Здесь нечто другое.

Сюндом взял один «Биг-мак» и сел за столик. Правой рукой он сразу нащупал конверт.

Следом за ним вошли двое влюбленных, на которых он не обратил внимания.

— Нужно что-нибудь придумать, — почти простонал Кэвеноу.

Сюндом, отодрав конверт, вытащил его из под стола и положил в карман. После чего, не прикоснувшись к своему «Биг-маку», поднялся и вышел на улицу. Он не любил обедать в подобных закусочных. Он был немного гурманом и страдал холециститом. Обратный путь занял у него чуть больше времени. Он не торопился, идя к отелю и наслаждаясь уже почти весенней погодой.

— Если понадобится, мы можем устроить ему аварию, — неуверенно предложил Роберт, — так, чтобы не сильно. Но пока отвезем в больницу все его вещи, можно будет просмотреть это письмо.

— Слишком грубо, — не согласился Кэвеноу, — нужен другой вариант, не такой откровенный. И потом, я боюсь, что этот сукин сын, который мучает нас весь сегодняшний день, может продумать и этот вариант. Судя по всему, мы его уже упустили. Этот мерзавец нас всех перехитрил.

— Шеф, а если грабеж? — спросил Луис. — В последнее время развелось столько бандитов. Они могут напасть на него прямо на стоянке, перед отелем.