Proxy bellum
Шрифт:
Чуть погодя ехали легкие машины огневой поддержки, переделанные из легких танков. С толстыми экранами во лбу. В башне спаренные 13-мм пулеметы под полный выстрел[1]. Но главное — длинные ленты, уложенные в короба подбашенной корзины, вращающиеся вместе с установкой. Весь боекомплект там. Что позволяло не отвлекаться на перезарядку во время боя.
Дальше — пехота.
Штурмовики.
Внимательно осматривающие окна прилегающих домов.
Вдруг из одного такого окна вылетела бутылка с зажигательной смесью. И промахнувшись упала на
Та, как ни в чем ни бывало, продолжила ехать дальше. А штурмовики, закинув несколько гранат с легких ручных гранатометов в то окно, отправили в подъезд отделение.
Тишина.
Только тяжелое дыхание и хруст какого-то мусора под ногами.
Поворот лестницы.
Штурмовик с автоматическим карабином в руках осторожно выглянул, готовясь при случае открыть огонь со всей возможной поспешностью. Никого. Хотел было уже идти дальше, но тут на мгновение в дверном проеме сверху появилась рука, кидающая гранату.
Полет.
Подскок, после удара о ступеньку.
И боец, словно заправский футболист, ударом ноги отбил ее обратно, а сам шагнул назад, скрываясь за лестничным пролетом. При этом идущий рядом напарник выставил баллистический щит, за котором они оба и укрылись.
Не бог весь что, но от пуль, картечи и осколков он прикрывал.
Взрыв.
И третий штурмовик, не зевая, выступил вперед. Вскинул свое оружие. Вложился. И с ручного легкого револьверного гранатомета выпустил все пять гранат. На которых был отключен ударный взрыватель. Чтобы можно было закидывать их через рикошет.
Барабан опустел. Он отступил, давая дорогу другим.
А с той стороны послышался топот нескольких пар, быстро удаляющихся ног.
Пара секунд.
И прозвучала серия взрывов — сработало самоуничтожение. Если бы не ушли — там бы все посекло мелкими осколками. Убить не убило бы почти наверняка, но ранеными оказались все. Что как бы не хуже в условиях боя…
Штурмовики же, услышав этот топот и взрывы, шустро продвигались вперед. Пользуясь моментом.
Дверной проем.
Один закинул туда ручную гранату.
Тишина. Видимо уже отошли. Оттого и не реагировали.
Взрыв.
И штурмовики стремительно ворвались внутрь.
Вдали, через пару сквозных дверных проемов пошло какое-то движение. Аккуратно за импровизированной баррикады из мебели. Но пострелять никто не успел. Штурмовик с легким ручным пулеметом и системой питания Скорпион — то есть, рюкзаком за спиной с патронами, откуда они по рукаву подавались в оружие — открыл огонь. Короткими очередями. На подавление. Благо, что боеприпасов хватало.
А звено его прикрывающее стремительно продвинувшись, начало закидывать гранатами укрытых за капитальными стенами противников.
Бам.
Бам.
Бам.
Раздавались взрывы вперемежку с матом. Видимо зацепили кого-то. И неприятель оттуда отступить еще не успел.
Вперед выступили штурмовики с дробовиками и пистолетами-пулеметами.
Самые крепкие, здоровые и коренастые ребята «упаковывались» в специально изготовленные доспехи, созданные по аналогии с лучшими историческими образцами. Из высоколегированной стали с прекрасной механической и термической обработки. Кираса «гусиная грудь» при это обладала очень большой склонностью к рикошетированию попавших в нее пуль.
Не панацея и тяжело. Но из-за высокой дифференцированной защиты получалось добиться во фронте очень приличной защиты. Во всяком случае обычные винтовочные пули она держала. Тыл же давал защиту от мелких осколков и ограничено от пистолетных пуль. А чтобы не упасть быстро от переутомления и отбирали самых крепких, выносливых, невысоких и коренастых. Ну и лишнего барахла они не несли. Только броню, оружие и рабочий запас боеприпасов. Все остальное тащили либо их боевые товарищи, либо ехало в технике. Что позволяло уложиться в разумную нагрузку по килограммам…
Вот эти ребята и вломились внутрь.
Короткая перестрелка.
И тишина…
Минуты не прошло с начала боя, как секция этажа оказалась зачищенная от противников, которые собирались, судя по запасам бутылок с зажигательной смесью, держать тут довольно долгую оборону. Еще несколько минут — быстрый осмотр остальных этажей. И отделение штурмовиков вышло на улицу, и вся группа продолжила наступление…
Перекресток.
Бах!
И в борт штурмовой САУ, пытающейся там протиснуться, влетает снаряд. К счастью от 47-мм старой морской пушки Гочкиса. Чугунный. Из-за чего он раскололся на поверхности крепкой крупповской брони, не нанеся никакого вреда.
Машина еще не успела развернуться. А из-за угла выглянул советский штурмовик с ручным 80-мм гранатометом. Почти сразу выстрелил и скрылся, отойдя назад за угол.
Бух!
Раздался взрыв фугасной гранаты, разорвавшейся где-то там.
Промахнулся. Видимо. Потому что новый 47-мм снаряд ударил в борт разворачивающейся штурмовой САУ.
Боец с гранатометом вновь высунулся.
От взрыва и выстрелов уже поднялась довольно сильная пыль с каменной брусчатки. Из-за чего толком было не разглядеть неприятеля. И куда стрелять — не ясно.
Секунд пять спустя — новый выстрел. И 47-мм снаряд попал в гусеницу штурмовой САУ, перебив ее.
Штурмовик выстрелил на удачу — туда, где, как ему показалось, находилась установка. И тут же упал. Из окон стреляли. Из пулемета. Вот его и срезали, карауля.
Новый выстрел 47-мм пушки. И вторая гусеница штурмовой САУ оказалась перебита. Из-за чего она замерла в раскоряченном виде. Та ведь пыталась довернуть на цель, крутя целой гусеницей.
Штурмовики попытались подавить огневые точки из носимого оружия. Но потеряв еще двоих отошли. Слишком много пулеметов. И дистанция неудобная для стрельбы навскидку. Далековато.