Проводник
Шрифт:
— Снова ты режим берсеркера включил? — ухмыльнулся Мигель.
— Берсеркеры — это безумцы, которые в атаку кидаются, а я защищаюсь с чувством, толком и расстановкой. И тебе бы это не помешало, а то прешь, как… ненормальный.
— Защитой битву не выиграть!
— Посмотрим. Я только разминаюсь.
— Слабак! Давай нападай!
— Ха! Это моя хитрая тактика, я сначала прикидываюсь слабым, а потом каааак врежу.
— Прикидывайся сколько влезет, а я пока тебя избивать начну! — осклабился Мигель и ринулся в новую атаку.
Если бы энергетическое тело не поглощало
Его преимущество — большой запас энергии, которые можно использовать для внезапной атаки. Проблема только в том, что Мигель — хитрый противник, несмотря на простецкий вид. Он мигом почует подвох и просто отскочит, а Домен использовать нельзя. Искаженному пространству ни один из офицеров противостоять не мог — Домен просто хватал человека и дальше тот бегал внутри как хомяк в беличьем колесе. Это раньше Олимпия могла вырываться, но шестой уровень дал достаточно энергии, чтобы соперники Алекса вязли в пространстве, как мухи в варенье, пока у него не заканчивалась энергия.
— Моя очередь! — выкрикнул он.
— Ого, слабак показал зубки, — подначил его мексиканец и сделал приглашающий жест.
Алекс бросился вперед. Пространство мысли недостаточно разгоняло тело, чтобы сравниться в скорости с соперником, но добежать и ударить он мог. Точнее, попытался. Мигель его подпустил, но затем издевательски-ловко стал уворачиваться от ударов за счет физических кондиций.
— Не мог бы ты замереть, пока я тебе бью? — попросил он мексиканца.
— Мне нравится смотреть, за твоими беспомощными движениями. Прямо комедия.
— Вот как? Ну ладно!
«Нужно найти что-то новенькое», — пульсировало в его голове.
Тренировка — не настоящий бой, но азарт активировал какой-то центр в сознании, который всегда помогал вот в таких ситуациях, когда надо найти неожиданный поворот или резко усилиться.
В голове вновь пронеслась сценка, где убиенный Салхем ловко выпивал жизнь из липойдов. А ведь что-то похожее Алекс делал и с энергетическими вампирами. Чем их плоть отличается от энергетического тела? Конечно, отличия были, но в целом оба явления имели одну природу, хотя оболочку соперника Воронкой, увы, не выпить, это он уже пробовал. Но если соединить Воронку с собственным энергетическим телом, то что тогда получится? Собственно на базовом уровне это было доступно — почти все офицеры использовали энергетическое тело для заполнения резервов — это называлось энергетическим дыханием, когда поток со всех сторон входит в источник. Поэтому они и наполняли резерв значительно быстрее, чем старатели пятого и более низких уровней.…
Разогнанное сознание уловило идею и заработало в нужном направлении. Когда решение нащупано, остается только его реализовать. Внимание сосредоточилось в одной точке, и когда кулак соперника коснулся его плеча, что-то внутри жадно набросилось на энергетическое тело Мигеля.
В результате защита мексиканца на костяшках пальцев слетела. Он быстро отскочил подальше. Затем снова приблизился и уже чуть осторожнее осыпал Алекса серией ударов.
— Черт, так неинтересно, — разочарованно потянул Мигель. — Я бью, а ничего не происходит, только чувствую, как моя оболочка разрушается.
— Если ударишь сильнее, то перегрузишь мою защиту.
— Нет уж! У меня ощущение, что я руку в глотку монстру заталкиваю — еще немного, и он ее откусит. Как всегда, ты испортил все веселье! — обвинил он соперника.
— Всегда, пожалуйста…
После спарринга Алекс отправился на очередную синекуру — Рауль попросил его переписать хоть какие-нибудь крутые умения в книжку для передачи другим старателям, но как он не пытался — ничего не вышло. И навыки переписывались кое-как — так бывает со сложными способностями — и перенять их никто не мог.
Впрочем, альтернативой всегда оставались поднадоевшие упражнения, поэтому он не сильно жаловался.
Рутина накрыла не только его. Вообще, чем сильнее люди становились, тем меньше дел в лагере оставалось. Командор пытался всех занять, но лишь мастера и их добровольные помощники были постоянно при деле, но и там прорывов давно не случалось. Да и что ценного можно сделать из камней и палок, а других материалов считай, что не было — ценный металл давно истратили на датчики, оружие и другое снаряжение. Все это, конечно, нужно, но поселок испытывал жуткий дефицит, а снаряжение хранцев промоталось слишком быстро. Хотя прошло не так много времени.
Для набора опыта ремесленники переделывали старые изделия, но от многократной перезаливки энергии свойства материала ухудшались и этим старались не злоупотреблять.
В общем, многие откровенно скучали и не знали, чем себя развлечь. Зато отношения получили дополнительный импульс и бурно развивались. Правда, старатели, в силу авантюристического склада характера, не отличались постоянством, поэтому регулярно возникали новые романы и разрушались старые, что становились предметом активного обсуждения особенно у женской половины лагеря.
Алекс даже удивлялся, что Сильвия до сих пор вместе с Мигелем. Зная вздорный нрав девушки, он не ожидал от нее такой верности и не удивился бы разрыву. Видимо, диковатый мексиканец нашел-таки дорожку к ее сердцу. А вот за Марту с Торвальдом он никогда не волновался.
Линда с Томасом сошлись окончательно. Но больше всех отличился старина Дарен, он начал ухаживать за самой загадочной женщиной лагеря — за Асией. Похоже, что неоднозначная репутация главного медика и ее эксцентричный характер парня не смущали.
Все эти события указывали, что поселок живет мирно, а война ушла в прошлое. Вот только Рауль был чем-то недоволен и вызвал Алекса на разговор.
— Как продвигается трансформация? — прямо спросил он.
— Интерфейс показывает, что через год я доберусь до следующего уровня.
— Так я и думал, — чуть сердито сказал командор, в его голосе послышались нотки недовольства.
— Зачем тогда спрашиваешь?
— Надеялся что может, ты снова совершил чудо. Год — это очень долго. Вся надежда на тебя была, у остальных дела идут еще хуже.