Проводник
Шрифт:
Сладко потянувшись, Макс широко зевнул, и нехотя откинув сетку гамака, вполголоса промурлыкал:
— Снова день берёт своё…
— Доброе утро, масса Джон! — в щель просунулась свирепо разукрашенная рожа.
— Твою мать! — Макс судорожно отшатнулся. Пистолет оказался в руке раньше, чем успел сообразить.
— А-а-а, м-м-м…
Абориген замер и опасливо скосил глаза на упёршийся в нос ствол.
— Мбисин, это ты что ли? — облегчённо вздохнув, Макс вложил пистолет в кобуру. — Ты чего с утра так вырядился?
— Что?
— Я говорю,
Мбисин горделиво приосанился.
— Нравится, да? Это потому что нам сегодня идти в джунгли.
— Да? И какая же тут связь? — Макс вылез из гамака, с интересом разглядывая затейливые разноцветные завитки на животе аборигена, уходящие через набедренную повязку вниз до самых щиколоток.
— Что?
— Я говорю, чем вас старая-то одежда не устраивала? — мельком оглянувшись на прислушивающегося к разговору Бонту, Макс дёрнул завязку собственных шорт. — Вы что, оба так и пойдёте в джунгли в чём мать родила?
Абориген досадливо мотнул головой.
— Ты не понимаешь, масса Джон. Одежда нужна там, у вас. Она говорит остальным людям, что ты за человек. Богатый, бедный или полиция. А у нашего народа другое. Мы рисуем.
— Стоп, — живо заинтересовался Макс. — То есть, ты хочешь сказать, что все эти твои наскальные рисунки не просто так?
— Что?
— Я говорю, не просто же ты так разрисовался. Рисунок что-то означает? Ну, эти, твои цветные полоски, — Макс досадливо чиркнул пальцем по груди. — Не флаг же это. Полоски. Нужны они для чего, понимаешь?
— А-а-а, — просиял Мбисин. — Да! Полоски! Вот это, — ткнул чёрный мазок на правой щеке, — полоска моих корней. Так люди знают, кто был мой отец. Вот это, — повёл пальцем ниже, — мои братья и сёстры, а вот это…
— Я понял-понял, — быстро перебил Макс.
Если ему дать волю, по каждой завитушке дойдёт до самих прародителей. Адама и Евы. А может и Великого Крокодила, или кто у них там…
— В общем, суть я понял. На тебе в виде особого штрих-кода запечатлена вся твоя славная семейная родословная до седьмого колена.
— А-а-а…. Как-как? — озадаченно глянул Мбисин. — Штрих-код?
— Тьфу, то есть я хотел сказать…. Короче, не обращай внимания, — отмахнулся Макс. Главное, что на вас обоих нарисованы нужные нам пропуска. А теперь пока время есть, давай лучше карту глянем. Покажешь, как отыскать деревню этого твоего самого Уве.
— Давай, — воодушевился Мбисин. — Только он не мой. Это родня Бонту.
— Неважно.
Макс присел и со всей серьёзностью расстелил карту на палубе. Ежедневное определение местоположения стало у аборигенов почти священным ритуалом. Правильное угадывание рельефа вызывает просто дикий восторг. Словно увлекательная головоломка. И что удивительно, почти не ошибаются. Интересно, найдут или не найдут, где остановились в этот раз. Хотя, дело нехитрое. Если помнят, где были прошлый раз, а дальше всего лишь вниз по реке. Должны сообразить.
— Ну, давайте, смотрите. Сможете определить, где мы сейчас?
Кучерявые
— Здесь.
— Хм. Точно, — усмехнулся Макс.
— Только на реке дерева нет, — продолжил Мбисин. — Наверно быстро выросло.
— Да, карта старенькая, — мельком глянул Макс. — Лет десять уже прошло. Так, а где ты говоришь, тут у вас деревня-то?
Несмотря на то, что встали с рассветом, быстро уйти не удалось. Пока переправили на берег вещи, пока снял кое-что по мелочам с двигателя и слил остатки топлива в канистры, прошло добрых два часа.
Напоследок наскоро перекусив, Макс махнул рукой.
— Кажись всё, парни. Уходим.
Последний раз глянув на сиротливо примотанный к дереву катамаран, тяжело вздохнул и двинулся вслед за спутниками.
Хорошая посудина. Ходкая, стоит своих денег. Остаётся надеяться, что в округе нет мародёров. Хотя, если что, много не стащат. На палубе кроме складного столика и стульев брать нечего, каюта надёжно закрыта. Даже если и захотят вскрыть, запарятся резать металл. Для особо упёртых на видном месте оставил записку. Дескать, остановитесь граждане. Проводится полицейская спецоперация. Собственность правительства, стреляем без предупреждения. А там пусть думают…
Словно и не ощущая за спиной тяжёлую поклажу, аборигены ступали легко и бесшумно. Макс невольно залюбовался почти кошачьей грацией. Пожалуй, так движется в джунглях тигр. Уверенно, но в тоже время в каждый момент готовый к прыжку. Чувствуется, что ребята несколько напряжены. Хоть у Бонту в деревеньке и родственники, но мало ли. Родственники они тоже бывают разные. Особенно в вопросах раздела имущества. Взять того же старину Билли. Так в своё время на улице и оказался, бедняга. И никакой адвокат не помог, только последние деньги высосал…
Бонту остановился и предупредительно поднял руку.
— Что? — шепнул Макс.
— Люди. Там, — паренёк кивнул влево. — Идут рядом.
— Свои?
— Не знаю.
— Ладно, — Макс стянул с плеча карабин. — Поглядим, что там за люди…
— Нет-нет, масса Джон! — торопливо встрял Мбисин. — Не стреляй. Мы их не видим. Вдруг это не враг.
— А я пока и не собирался. Мало ли кто тут у вас по лесу шляется. Но если нападут, уж извините, буду стрелять. Лично я с ними шутить не собираюсь.
Бонту ошеломлённо замер. Наклонился к уху напарника и что-то тихо спросил. Мбисин поглядел по сторонам и согласно кивнул. Младший свирепо раздул ноздри, стукнул себя по груди и что было сил заорал.
— Бонту, ты что, спятил? — отшатнулся Макс.
— Не волнуйся, масса Джон, — торопливо пояснил Мбисин. — Бонту сказал им, кто мы. Если там родня, они выйдут, а если враг, ты можешь стрелять.
Макс нервно усмехнулся.
— Ну, спасибо тебе, дружище. Успокоил.
В кустах послышался негромкий треск. Мбисин жизнерадостно обернулся.