Провинция

Кузнецов Владислав Эдвардович

– Хочется просыпаться с кем-то в одной постели, ходить вместе по магазинам, заниматься сексом…

Я пытался сблизиться с ней. Набирался смелости, чтобы начать открытый флирт. Но опыта в этих делах у меня практически не было. Гульшат и не подозревала, что я запал на неё. Учитывая нашу разницу в возрасте, вряд ли она могла предположить моё тайное вожделение к ней. Для неё я оставался славным молодым коллегой, который ненадолго отвлекает от рутины, ведь она тоже ненавидела свою работу. Она мне так однажды и сказала:

– Спасибо, что заходишь

ко мне. Благодаря тебе я немного забываю о работе…

По телефону я как-то обсуждал эту ситуацию со своим казанским другом. Я не сказал, что Гульшат раза в два меня старше, да это было и неважно в контексте. Я рассказал своему другу всё так, будто я сам не стремлюсь сближать с ней, якобы она слишком стара для меня.

– Ты упустил возможность заняться с ней сексом, – говорит он мне.

– Почему?

– Женщина не будет так просто разговаривать о сексе. Они так делают только, когда хотят с кем-нибудь переспать. В смысле, со своим собеседником.

– Я не заметил от неё ничего такого.

– Они не выставляют это напоказ. Тут нужен опыт, чтобы распознать.

«Предположим», – подумал я и следующим днём решил что-нибудь предпринять. После планёрки я не смог попасть к Гульшат, там уже был Раим, и они очень раздражающе гоготали. Я испытал чувство ревности, но остыл и заскочил к ней сразу, как нашёл время.

– Хорошо, что ты пришёл, – говорит Гульшат.

– Я и сам рад свалить от Гузель.

– Вы с ней не ладите? Она меня тоже немного раздражает. Не люблю тех, кто подлизывается к начальству. Михаил Васильевич только её одну и хвалит. Причём хвалит не тебя, а её, за то, что увеличилось количество арендаторов. Ты пришёл и начал заниматься объявлениями, а все заслуги Гузель.

Я промолчал, потому что не хотел расстраивать Гульшат, ведь, на самом деле, от моих объявлений толку не было никакого. Те клиенты, что приходили к нам, узнавали о нас от других клиентов или услышали по радио.

– Хочешь чай?

– Нет, спасибо. Вам нравится здесь работать?

– Как сказать. На предыдущей работе я зарабатывала в два раза больше, чем сейчас, и коллектив там был замечательный, и на работу я каждое утро с улыбкой собиралась.

– А почему ушли с такой работы?

Гульшат задумалась. По её выражения лица мне стало ясно, что она не особо хотела поднимать эту тему. Но она всё-таки решила признаться.

– Руководитель нашей компании стал меня часто вызывать в свой кабинет и намекал на разные неприличные вещи. Я первое время пыталась мириться с этим, к тому же моя мама уговаривала закрывать на всё глаза, чтобы не потерять хорошую работу. Но в итоге, я смириться не смогла, когда он начал откровенно приставать ко мне. Я лучше буду работать на плохой работе, но терпеть грязные приставания я не хочу.

После этих слов у меня отпало всякое желание флиртовать с ней, будто мой член взяли под прицел. А потом она добавила:

– Я в принципе не выношу подобное. Ко мне иногда добавляются в друзья молодые люди и пытаются познакомиться, – она

имела в виду в популярной социальной сети. – Чего им от меня нужно?

Я прекрасно понял, что им от неё было нужно, да и она, конечно, тоже понимала. Гульшат столь трепетно говорила последние слова, что обрубила мне этим все подходы к ней. Вот как нужно подкатывать к таким женщинам? Ведь она сама мне говорила, что хочет отношений и секса. Не именно со мной, конечно, но она должна быть открыта к мужчинам, которые интересуются ей. Я ведь мог оскорбить её, если бы тоже полез с намёками и прочим. Короче, я временно забил.

9

Мой выезд с клиентом на объект всегда выглядел одинаково: человек приезжал за мной в офис, я забирал нужный ключ из небольшой коробочки, и мы выезжали на осмотр помещения, после чего меня снова доставляли до офиса. Хорошей новостью для меня явилось то, что Гузель не требовала от меня навыков профессионального риелтора. По сути, от меня требовалось только присутствовать с клиентом на осмотре. Чтобы был человек от компании. Чтобы был ответственный за ключи. Я был ключником. Все остальные вопросы Гузель брала на себя. Она настаивала на этом, по всем сложностям и вопросам я должен был связываться с ней. И я был абсолютно не против такого положения.

Я уже не выкладывал объявления, сидя за компьютером, мне приходилось искать себе работу. Я плохо представлял, чем мне нужно заниматься ежесекундно, потому что не знал сферу своей ответственности. Мне никто не объяснил, что мне нужно делать, кроме как выкладывать грёбанные объявления, которые я перестал выкладывать уже на второй неделе. Это было пыткой для меня. Это было самое ужасное, с чем я столкнулся на этой работе. Все поручения я выполнял, иногда со сложностями, но выполнял. Но искать самому себе занятие – это глупо, нудно и очень сложно.

Именно по этой причине я полюбил выезды на осмотр помещений. Чем больше оно было, тем дольше я мог там задержаться. На одном из таких я пробыл всю вторую половину дня. Вернувшись с обеда, в нашем офисе показался человек. Мы покатили с ним через полгорода. То была гостиница или же хостел. Тому клиенту нужен был именно хостел.

Мы остановились у одинокого здания в промзоне. Оно было облезлое и неухоженное. Я вставил ключ в замочную скважину и применил мужскую силу. Ключ переломился, словно сухая ветка, да так, что лезвие осталось внутри замка.

– Китайская одноразовая херня! – выругался я.

– Как теперь мы попадём внутрь? – спросил меня клиент.

Точно не через ту дверь. Лезвие надломилось заподлицо, нужны были инструменты, чтобы вытащить его из замка. К тому же другого ключа у меня не было.

Я позвонил Гузель.

– Уф, и что теперь делать? – возмущалась она. – Ладно, приезжайте в офис, дам тебе другой ключ от запасного входа.

Мы съездили за другим ключом, тот оказался толстым и жёстким, каким и должен быть настоящий ключ.