Провинциальная девчонка
Шрифт:
Мишель погладила его по щеке.
– Но ты избавился от нее.
– Да, и все же…
– Отдышись.
Она вовсе не была такой хладнокровной, как казалась. Обняв ее, он ощутил, что она трясется.
– Знаешь что?
– Попробую догадаться. Ты ненавидишь змей.
– Как ты догадалась?
Мишель улыбнулась и чуть отстранилась.
– Шестое чувство.
– Давай выбираться отсюда.
Он сунул руку в воду, проверяя, сможет ли оттолкнуть лодку от берега. Пальцы словно засосало в грязь. Мишель схватила его
– Здесь нельзя совать руки в воду.
Тео даже не спросил почему. Просто отчетливо представил бросающегося на него аллигатора и, содрогнувшись, оттолкнулся веслом.
– Как ты думаешь, эта протока сквозная?
– Я прожила здесь всю жизнь и знаю эти воды, но в темноте вся уверенность пропадает. По-моему, эта протока кончается тупиком примерно в четверти мили отсюда. Если будем двигаться вперед, можем оказаться в ловушке, а я не хочу брести пешком через болота. Это небезопасно, во всяком случае, ночью. Думаю, нам нужно повернуть обратно.
– Пожалуй, ты права.
– Когда выйдем из протоки, будем грести на веслах. Тогда нас не услышат.
Она взялась за другое весло и помогла ему повернуть лодку.
– Если сюда шлепнется еще одна чертова змея, уж поверь, меня услышат даже в городе, – пообещал Тео и, поменявшись местами с Мишель, добрался до выхода из протоки. Потом остановился и обернулся. – Как по-твоему, мы можем вернуться к тебе? Я должен раздобыть сотовый…
– Мы слишком далеко ушли вниз по течению. Придется идти назад, а значит, испытывать удачу.
– Ладно. Плывем вперед, может, наткнемся на другой причал.
Он ничего не видел в десяти футах, но знал, что включать фонарь слишком рискованно. Мишель перелезла через банку чтобы добраться до мотора, и положила руку на пусковой тросик на случай, если их обнаружат и придется бежать. Теперь она волновалась из-за всего. Когда она в последний раз заливала бензин? Никак не вспомнить… А если они окажутся на середине протоки и тут вспыхнет свет?
Они бесшумно скользили по воде. Тео ловко орудовал веслами. И тут Мишель увидела шаривший по протокам луч.
– Нас ищут, – предупредила она. Тео, продолжая грести, оглянулся. Луч по-прежнему отражался от воды, но лодка не двигалась. Убийцы были примерно в двухстах ярдах.
– Они нас пока не видят.
– Включить мотор?
– Нет! – отрезал Тео. – Погоди. Может, проскочим. Минуту спустя Мишель, не дожидаясь приказа, судорожно дернула тросик. Сначала мотор не завелся. Тео взмахнул веслами и толкнул Мишель вниз как раз в тот момент, когда мимо его головы просвистела пуля. Мишель снова потянула тросик и вскрикнула, когда двигатель ожил.
Тео выхватил из кобуры пистолет и крикнул Мишель, чтобы не поднимала головы. Еще одна пуля распорола воду. Он оперся локтем о банку и выстрелил. Ублюдки приближались все быстрее. Тео пытался расстрелять прожектор, но сначала промахнулся. Правда, тут же послышался
Тео снова спустил курок и на этот раз попал точно в цель. Прожектор разлетелся, что давало им пять, а то и десять секунд форы, прежде чем один из убийц догадается включить свои фонарь.
Мишель не могла определить, насколько близко они находятся от берега, и поэтому попыталась дотянуться до дросселя, чтобы снизить скорость, но опоздала. Лодка неожиданно дернулась, выскочила из воды и врезалась в колючие кусты, но не остановилась, только подпрыгнула дважды, прежде чем удариться о дерево.
Столкновение выбросило Тео на нос. Он приземлился на левый бок, врезавшись коленом в алюминий, а пораненным предплечьем, все еще нывшим от пореза оконным стеклом, – в металлический борт, разрывая кожу. Волна боли прокатилась по телу.
Мишель стукнулась лбом о банку и, вскрикнув, инстинктивно выбросила вперед руки, словно пыталась уберечься.
Тео выпрыгнул на берег, сунул пистолет в кобуру и вытащил Мишель из лодки. Еще не придя в себя после удара, она тряхнула головой, чтобы немного опомниться, и пошарила по лодке в поисках фонарика.
– Давай! – заорал он, перекрывая нарастающий рев мотора.
Он уже поднимал ее, когда она все-таки отыскала фонарь и, рывком освободив руку, схватила его. Сердце паровым молотом бухало о грудную клетку, голова раскалывалась, но Мишель, преодолевая слепящую боль и шатаясь, тащилась вперед. Тео обнял ее за плечи, прижал к своему боку и понес в заросли, понятия не имея, куда они идут.
Полностью дезориентированный, он мчался куда-то, раздвигая почти безлистные ветки правой, здоровой рукой. Мотор по-прежнему ревел, и следовало увести Мишель как можно дальше, прежде чем лодка причалит к берегу.
Они продирались сквозь заросли, оскальзываясь на сыром подросте, дважды останавливаясь, чтобы услышать звуки погони, и, наконец, оказались на открытом пространстве.
Мишель остановилась, стараясь определить, где они находятся.
– Рискнуть? – спросила она, поднимая фонарь и кладя палец на кнопку. – Вряд ли они увидят свет, если включить его всего на секунду.
– Пожалуй.
Мишель нажала на кнопку и облегченно вздохнула.
– Похоже, я знаю, где мы, – объявила она, выключая свет. – Примерно в миле от «Лебедя».
Они стояли на обочине проселочной, немощеной, раскисшей от дождя дороги, по мнению Тео, как две капли воды походившей на десятки таких же, по которым ему приходилось колесить.
– Уверена?
– Абсолютно.
Он схватил ее за руку и пустился во весь опор. Если они смогут обогнуть следующий поворот до того, как их преследователи окажутся на дороге, значит, все в порядке.
Тео постоянно оглядывался, боясь увидеть свет. Единственными звуками, нарушавшими тишину, были их тяжелое дыхание да топот ног.