Провинциальная девчонка
Шрифт:
Но к тому времени, как они добрались домой, он слишком спешил раздеть ее, чтобы думать об ужине. Мишель хотела встать под душ, и он великодушно отпустил ее при условии, что душ они примут вместе.
Они упали на кровать и снова занялись любовью. Он вдавил Мишель в матрац, сжал ее запястья, поднял руки над головой и сказал все нежные слова, которые мечтал сказать и которые она мечтала услышать. Потом настала ее очередь.
– Скажи, – прошептал он.
– Ты будешь вспоминать это как интрижку….
– Что,
– Нет, я только….
– Скажи.
На глазах девушки выступили слезы.
– Мы знаем друг друга всего лишь…
– Скажи.
– Я люблю тебя, – прошептала она.
Он так обрадовался, что поцеловал ее, перекатился на бок и увлек Мишель за собой. Она бурно зарыдала на его груди. Причина ее слез была яснее ясного. Она считает, что он вернется в Бостон и будет продолжать жить… Без нее.
Тео разозлился бы, не вспомни он, что его любимая женщина ни черта не разбирается в мужчинах. Подождав, пока плач сменится икотой, он погладил ее по спине и сказал:
– Я встречался с Ребеккой целый год до того, как она переехала ко мне. Мы прожили вместе еще год, и представляешь…
Мишель подняла голову и взглянула ему в глаза.
– Что именно?
– Я не знал ее так хорошо, как уже знаю тебя. Жизнь слишком коротка, Мишель. Я хочу быть с тобой. И стариться вместе с тобой.
Ей отчаянно хотелось верить ему. Да, сейчас Тео искренен, но она убеждена: вернувшись в Бостон, к друзьям и родным, он поймет, что его место там.
– Выходи за меня, Мишель.
– Тебе нужно возвращаться в Бостон. Если через полгода твои чувства ко мне не изменятся, тогда повторишь эти слова. – Но я не могу так долго быть вдали от тебя!
– Пожалуйста, наберись терпения. Полгода, всего полгода, – убеждала Мишель. Он толкнул ее на спину и лег сверху, опираясь на локти. Господи, как он любил ее! Даже за это неразумное упрямство!
Но спорить не было смысла, тем более что у него на уме совсем другое.
Он стал целовать ее шею, одновременно раздвигая коленом бедра.
– Твоя взяла, солнышко. Шесть месяцев.
Глава 43
Он выдержал три долгие, мучительные недели.
Потом позвонил в фирму по перевозке мебели, выставил свои лодки на продажу, забил вещами багажник машины и двинулся в Боуэн.
Первым делом Тео завернул в «Лебедь» к Джейку и официально попросил руки его дочери.
Потом направился домой. К Мишель. Постучал в дверь и, когда она открыла, схватил ее в объятия и недвусмысленно заявил, что не намерен шесть месяцев существовать вдали от любимой женщины. Он приехал, чтобы остаться. И ей придется с этим смириться.
Она ни словом не возразила, потому что была слишком занята, пытаясь поцеловать его. Но Тео был в ударе и не собирался останавливаться.
Правда, придется одновременно работать на правительство, то есть два раза в неделю бывать в Новом Орлеане, поскольку министерство юстиции не приняло его отставки. Зато у него достаточно денег, чтобы удержаться на поверхности и не заботиться о будущем.
Собственно говоря, он и сейчас мог бы уйти на покой благодаря сестрице Джордан. Вся его семья вкладывала деньги в ее компанию, а она успела составить каждому небольшое состояние. И, кроме того, добавил Тео, увертываясь от ее рук, он уже позвонил Конраду и уведомил, что берется за тренерскую работу и, следовательно, подписывает контракт со школой. И только потом поцеловал ее и сказал, как сильно любит.
– Я приехал в Боуэн в поисках того, что потерял. Так хотелось снова ощутить ту самую страсть и энергию, Теперь я опять чувствую себя живым. Моя судьба здесь, рядом с тобой, Мишель. Я дома.
Слезы струились по лицу девушки. Но она их не вытирала.
– Я люблю тебя, Тео. Он крепко обнял ее.
– Если когда-нибудь попробуешь прогнать меня, клянусь, я выкину такое, что ты глаза не посмеешь поднять на людей. Уж поверь, жители Боуэна внукам своим будут рассказывать о самом непристойном скандале в истории города.
– Я доктор, забыл? Меня ничто не должно смутить.
– Да ну? Значит, если я позвоню в больницу во время обхода и попрошу оператора позвать к телефону доктора Остряка-самоучку, ты ничуть не сконфузишься?
Мишель отодвинулась, чтобы лучше разглядеть его лицо.
– Ты не…
– А вот посмотришь.
– Даю торжественную клятву никогда больше не прогонять тебя.
Непонятное напряжение словно покинуло Тео: плечи опустились, все тело расслабилось.
– На следующий уик-энд назначена свадьба моего брата. Ты должна поехать со мной. Это в Айове. Все мои родные там будут, и я хочу познакомить тебя с ними. Договорились, солнышко?
– Тео, ты уверен…
– Абсолютно, – подчеркнул он. – Попросишь Ландуски заменить тебя, ладно? Кроме того, твой отец сказал, что ты так и не была в отпуске.
– Когда ты говорил с ним?
– Заехал по дороге в «Лебедь». Так ты выйдешь за меня, Мишель?
– Да.
Вот так, вроде бы просто, но радость охватила ее с такой силой, что Мишель заплакала.
– Я попросил у твоего отца разрешения жениться на тебе.
– Очень мило с твоей стороны.
– Он заплакал.
У Мишель снова намокли ресницы. Но он тут же ее рассмешил:
– Джон Поль тоже плакал.
– Он привыкнет к тебе.
– Весь город собирается отпраздновать нашу свадьбу. Знаешь, они дружно старались помочь тебе поймать жениха.