Провинциалка
Шрифт:
– Ну как тебе?
– спросил он, когда они вышли из павильона, где прослушали наглядную лекцию о небесных телах.
– Я не могу выразить это словами, - покачала Катя головой.
– Восторг, ужас, трепет - это все пустые звуки по сравнению с тем, что я чувствую... Послушай, - она вдруг обняла Влада, прижавшись к нему грудью, так что он ощутил биение ее сердца.
– Может быть, так ты сможешь понять...
Но он, конечно, испытывал нечто совсем другое, хотя его чувство тоже было светлым и радостным. На Кате был все тот
– Моя...
– Можно, я тебя поцелую?
– спросил он несмело.
– Дурак!
– обругала его Катя.
– Я ему про величие Вселенной, а он...
– она возмущенно вздохнула, а потом буркнула: - Ладно, целуй...
– и подставила щеку.
Влад решил удовольствоваться этой скромной подачкой, но чувства его, похоже, были не согласны - он несколько раз приложился губами к катиной щеке, продвигаясь все ближе к губам а потом все же поцеловал ее по-взрослому, да еще крепко прижал девушку к себе.
– Ох, Владислав Дмитриевич, - со вздохом покачала головой Катя, вытирая губы тыльной стороной руки, - как же с тобой непросто...
– Думаешь, мне легко?
– спросил он хрипло.
– Я тебя несколько месяцев ждал, готовился, мечтал...
– Как ты готовился?
– удивилась Катя.
– Ну вообще...
– Влад дернул плечами.
– Учился, сдавал, работал...
– Даже работал!
– ахнула девушка. Лицо ее расплылось в улыбке, она одобрительно погладила его по плечу.
– Да! И если бы ты читала мои письма, то знала бы об этом.
– Я обязательно их прочитаю, - заверила его Катя.
– А с какой целью ты работал?
Влад помялся:
– Я, это... подарок тебе хотел купить... только не знал, какой... Можем приобрести тебе какое-нибудь нелепое платье, как ты любишь, или что-нибудь для рисования: краски, кисти...
Катя помотала головой:
– У меня все есть. Давай лучше отдадим эти деньги на благотворительность!
Влад хлопнул себя рукой по лбу и провел ею по лицу.
– Нет, - пробормотал он.
– На такое я пока еще не готов...
Катя улыбнулась:
– Ну ничего, какие твои годы!
Следующее свидание она назначила только через день, и Влад весь истомился в ожидании. Зато за это время у него родилась гениальная идея:
– Давай тогда купим какой-нибудь подарок твоей бабушке!
Это предложение понравилось Кате намного больше, чем предыдущее. Они пошли в магазин эзотерических амулетов, и Катя набрала там каких-то камней на целую тысячу рублей.
– Это не слишком дорого?
– с тревогой поинтересовалась она.
– Сущие пустяки!
– беспечно ответил ей Влад, оплачивая покупку.
– Но я должен тебе признаться, что если ты не позволишь мне купить хоть что-нибудь для тебя, то я очень сильно расстроюсь. Ты ведь не любишь расстраивать своих друзей, правда?
Катя
– Какой же ты хитрец, Владик! Что угодно можешь вывернуть наизнанку... Но я правда не знаю, что это могло бы быть. Мне всего хватает!
– Хорошо, я сам придумаю. А мы пока начнем с кофе...
Пока они сидели в кафе, Катя рассказывала Владу свои впечатления от учебы:
– Здесь все совсем по-другому, по-взрослому... Тут предметы ведут настоящие художники... я узнала от нашего куратора, что импрессионизм сейчас считается классической школой, - она взяла у Влада смартфон и стала показывать примеры картин - даже трудно было понять, что было нарисовано на некоторых из них. На других, впрочем, все было ясно, но все равно небрежно, размазано, как будто художник не старался.
– А я привыкла считать, что классика - это академизм, - она показала несколько репродукций, на которых предметы и люди были выписаны так старательно и аккуратно, что картины напоминали художественно обработанные фотографии.
Влад подумал о том, что еще год назад на этом моменте уснул бы со скуки, а теперь ему даже было интересно.
– А ты сама в каком стиле хочешь рисовать?
– спросил он у Кати.
– Я не знаю. Вообще-то, мне всегда нравился реализм, но тут... учат совсем по-другому. Препод по живописи показывал нам, как надо писать натюрморт - и у него на бумаге получилось такое месиво из совершенно безумных цветов, что я даже напугалась. Но на самом деле, в импрессионизме есть очень большой смысл. Представь, что ты хочешь нарисовать ветер или предрассветный воздух, а собор или стог сена - это просто фон для истинного героя картины...
Почему-то, когда она говорила вот так вдохновенно, Владу еще сильнее хотелось ее поцеловать. Что он и сделал. В щечку, конечно. Катя оттолкнула его, но лицо её при этом было довольным и румяным. Потому при прощании Влад позволил себе чуть больше: чмокнул в губы. Молчание, опущенные ресницы. Чмокнул еще раз. Девушка стояла, замерев в его руках. Наконец поцеловал по-настоящему, и она сдалась. Раскрыла губы, обняла за шею. Катя совсем не умела целоваться, и от этого у Влада сладко щемило сердце: он целует ее первым!
Дорогие подарки она себе дарить все равно не разрешила. Выбрала новую папку для рисунков формата А2, самую простую, набор синтетических кистей. Продавец очень советовала какой-то колонок, но там цена зашкаливала за несколько тысяч, и Катя наотрез отказалась. Пришлось отложить до следующего этапа их отношений.
На выходных они пошли в парк кататься с горок. Как же это было весело, Влад совсем забыл, как будто и не был никогда ребенком! Он садился в плюшку, сверху усаживал к себе на колени Катю - и они неслись с длинного снежного склона, хохоча и вереща от радости и страха, а если в конце переворачивались и падали в снег, то Влад целовал свою девушку, а она не сопротивлялась.