Провинциал. Книга 2

Лопарев Игорь Викторович

— Тоже мне, батька, — фыркнула сестрёнка.

— Пока стойте тут, — уже серьёзно скомандовал я, — Семён — со мной.

Аккуратно отодвинув в сторону возмущённую таким небрежением Лизу, он вошёл внутрь и встал немного позади меня.

— Прикрывай, — сказав это, я осторожно заглянул в дверь караулки.

На полу валялись две тушки, наряженные в гвардейские мундиры Троекотова.

— Семён, упакуй страдальцев, — попросил я Прокопьича, а сам прошёл к пульту, — не дай бог очнутся, дёргаться начнут…

— Сейчас мы

их, болезных, спеленаем в лучшем виде, — проворчал дядька.

Отключив все тумблеры в секции вооружений, я обернулся.

Семён уже закончил. Да, мастерства ему не занимать, а вот я бы, наверное, подольше провозился.

Изучив пульт, я пришёл к выводу, что тут надо будет оставить человека.

Сейчас я, конечно, постараюсь открыть все внутренние двери, которые управляются с этого пульта. Но, поскольку я вижу его в первый раз в жизни, могу и что-нибудь не то клацнуть.

По моей просьбе Семён вызвал одного из ребят, кто более или менее разбирался в подобной машинерии, а мы с ним осторожно подошли к двери, ведущей внутрь дома.

Зачищая это, в общем-то, очень не маленькое строение, мы, то и дело натыкались на разрозненные группки гвардейцев Троекотова.

Они прятались в самых неожиданных местах. В стенных нишах, за портьерами, один, даже за креслом притаился.

А прятались они по углам вовсе не для того, что бы отсидеться. Они старались напасть внезапно и стремились к тому, чтобы нанести нам максимальный вред.

Надо сказать, что одного нашего гвардейца они таки достали. Не смертельно, конечно, но парню здорово поплохело.

Пришлось его эвакуировать наружу, где его товарищи, охранявшие подходы к зданию, оказали ему первую помощь, вкололи антишок, в общем, позаботились о бедняге.

Надо сказать, что в процессе нашей экскурсии по этому вражескому оплоту узнал о людях много нового.

Дело в том, что в одной из комнат мы обнаружили двух до полу-смерти перепуганных женщин и маленькую девочку.

Одна из женщин оказалась гувернанткой, а вот вторая…

А вторая была женой Троекотова, а девочка, сответственно, его дочерью!

Меня поразило то, что он оставил их в штурмуемом здании, даже не приставив к ним охрану, а сам спрятался, не пойми куда.

Честно говоря, я думал, что он хотя бы о ближайших родственниках будет, ну, если не заботиться, то хотя бы изредка думать… Ан нет…

В общем, редкостная сволочь, я б даже сказал, уникальная.

И я вовсе не удивился, когда его жена, убедившись в том, что мы не собираемся убивать ни её, ни её дочь, согласилась провести нас туда, где он затихарился.

Как и предполагалось, этот его схрон располагался глубоко в подвале. И, пока мы туда добрались, нам пришлось ещё несколько раз вступать в скоротечные схватки с его бодигардами, которые с упорством, достойным лучшего применения, старались наделать в нас лишних отверстий.

Как правило, они пытались использовать

для этих целей излучатели, но шедшая впереди Ня не давала им возможности даже нажать на спуск.

Она была быстра и смертоносна.

Единственное место, где нам пришлось затормозить, это был длиннющий коридор, в противоположном конце которого, за щитком станкового пулемёта, удобно устроились два гвардейца.

В общем-то, задержали они нас очень ненадолго. Пронька отнёс им большую и красивую осколочную гранату, и, после того, как в коридоре раздался громкий хлопок, мы продолжили свой путь.

Жену Троекотова всё-таки вывернуло наизнанку, когда мы проходили мимо того, что оставалось от отважных, но бестолковых пулемётчиков.

А наши девчонки держались молодцом. И Лиза, и Истер, они только слегка позеленели, а Ня, так вообще, на кровавые подтёки на стенах и кишки под ногами даже внимания не обратила.

Но, вот мы, наконец, и на месте.

Перед нами возникла отливающая тусклым металлом дверь из сверхпрочного сплава. И открыть её можно только изнутри.

Само хреновое, так это то, что Пронька мой пробовал материализоваться внутри этого бункера, и у него ничего не получилось!

Что-то мешало, не позволяло ему проникнуть из астрала во внутренние помещения, расположенные за этой дверью.

Это нарушало все мои планы. Я рассчитывал на то, что Пронька просто накидает туда гостинцев, которые сведут к нулю оборонительный потенциал скрывшегося за этими дверями мерзавца.

В общем, оставался только один вариант, и он мне не особенно нравился.

Я имел возможность проникнуть за дверь. Я мог воспользоваться своим недавно обретённым навыком телепортации.

Но тут была одна закавыка. Перемещаться я сейчас мог примерно на метр, если быть точным, то на девяносто три сантиметра.

И всё бы хорошо, но я не знал толщины этой двери. Дело в том, что она могла быть и метровой, и вообще, какой угодно толщины.

От этого параноика можно ожидать всего, в том числе и того, что он мог тут смонтировать и полноценную шлюзовую камеру, через которую выходят из корабля в открытый космос. Исключительно для обеспечения своей безопасности.

Я изложил Семёну свои опасения. До Троекотова добраться надо было во что бы то ни стало, но застрять в металле при попытке телепортации мне не улыбалось совершенно.

Семён, выслушав меня, хитро так улыбнулся, и попросил немного обождать и не нервничать, а сам по рации вызвал какого-то Петруху.

Буквально через пять минут к нам присоединился один из наших гвардейцев, бережно державший в руках потёртый пластиковый кейс.

— Знакомься, это Петруха, — представил мне своего подчинённого Прокопьич, — он у нас и техник, и оператор БПЛА, и специалист по РЭБ, и, кроме того, у него очень интересное хобби…