Провидица
Шрифт:
— Святые сохраните, — простонал хриплый ратник, вырываясь вперед.
— Гален? — Рагна подергала любовника за рукав.
Корвель снова бросил на нее взгляд и ссадил на землю.
— Смотри за ней, — бросил он одному из воинов и сорвался следом.
Рыжая кобыла неслась вперед. Ее всадница, побелевшая от страха, вцепилась в поводья.
— Стой! — в отчаянии крикнула она, но лошадь это только подстегнуло.
Девушка обернулась и увидела спешивших за ней воинов. Она беспомощно выдохнула и вновь устремила взгляд вперед. Кобыла вынесла ее за следующий поворот. Извилистая лента горной дороги расширялась,
Кобыла вылетела за поворот и помчалась прямо, унося всадницу к пропасти. Ветер хлестал девушку по лицу, выбивая слезы из глаз. Мир расплылся, превращаясь в мутную пелену, Кати зажмурилась и закричала, вскидывая к лицу руки. Неожиданный удар выбил ее из седла. Рёнгафт Туни, так мечтавший убить ведьму и избавиться от проклятья, нагнал Катиль, точным движением скидывая ее с лошади. Он попробовал перехватить кобылу, но обезумевшая лошадь сделала отчаянный рывок и полетела вниз. Конь ратника заржал и встал на дыбы, сбрасывая всадника.
— Нет! — заорал Рёнгафт.
Он успел зацепиться за край обрыва, но руки соскальзывали, и пропасть уже ждала обещанную ей жертву.
— Святые, — выдохнул мужчина и сорвался вниз.
Сильная ладонь перехватила его запястье, и над пропастью появилось лицо господина.
— Помогай, Нечистый тебя задери, — прохрипел ласс Корвель, пытаясь вытянуть своего воина. — Даги!
Бартвальд упал на живот, ловя вторую руку Рёнгафта Туни. Сайер и черноволосый ратник потянули его, и вскоре воин уже лежал на каменной поверхности выступа. Он некоторое время ошалело пялился в небо, хрипло и тяжело дыша. Мужчина все еще не мог поверить, что жив.
— Живой, — прошептал Туни. — Живой? — удивлено спросил он. — Живой! — закричал мужчина. — Я живой! — и захохотал, истерично и громко, наслаждаясь холодным ветром и начавшейся моросью. В этот момент ратник решил, что покинет службу у сайера и уйдет в родную деревню.
Корвель сам не мог бы сказать, какая сила помогла ему нагнать своего воина и провидицу, и как он успел перехватить Рёнгафта, когда смерть казалась уже неминуемой. Но сейчас сайер не задавался этими вопросами. Он стремительно приблизился к бессознательной девушке, присел рядом и осторожно повернул ее к себе лицом. На правой скуле лаиссы наливался чернотой кровоподтек, из разбитой брови стекала алая струйка крови, но переломов Корвель не заметил.
— Катиль, — позвал ласс, бережно стирая с бледного личика кровь. — Вы слышите меня?
Из-за поворота показалась остальная часть отряда. Корвель обернулся, глядя на Бартвальда Даги.
— Подведи моего коня, — велел он.
Даги поспешил выполнить приказ господина.
— Подашь, — сказал сайер, забираясь в седло, после принял все еще бессознательную Катиль и посмотрел на Рагну. Женщина не сводила с господина пристального взгляда. — Едешь пока с Оги, — отчеканил Гален Корвель, не давая наложнице возможности возразить или возмутиться.
— Как угодно моему господину, — подчеркнуто сухо ответила Рагна и отвернулась.
Ласс покачал головой, в который раз недоумевая, куда делась рассудительная и покладистая
— Нет, — вслух произнес Корвель. — Не будет этого.
Девушка тяжко вздохнула и открыла глаза, с непониманием глядя на мужчину. Он даже не сразу заметил, что она пришла в себя. Кати некоторое время рассматривала его, потом приподнялась и тут же тихо застонала. Сайер посмотрел на девушку и улыбнулся.
— Как вы, Катиль?
— Очень болит голова, — ответила она, кривясь. Затем снова попыталась сесть ровно, но вскрикнула и осталась в прежней позе, откинувшись на руку Корвеля. — Тело тоже болит.
— Вы сильно ушиблись при падении, — сказал мужчина. — Но лучше так, чем лететь с обрыва.
— Сейчас я в этом неуверенна, — снова поморщилась лаисса Альвран. — Я могу пересесть на свою лошадь, а вы вернете себе вашу женщину.
— Вашей лошади нет, она слетела с обрыва, — немного сухо ответил ласс. — И в седле вы сейчас не удержитесь. Или вы опасаетесь, что я вас съем?
— Скорей, ваша наложница, — усмехнулась Катиль.
— Со своей наложницей я разберусь сам, — проворчал Корвель.
— И все же вы так…
— Не суйте ваш маленький нос, дорогая моя лаисса, туда, куда вас не просят, — отчеканил сайер.
Кати перестала спорить. Она вновь прикрыла глаза, но легче от этого не стало.
— Скоро мы достигнем Брилла, — снова заговорил ласс Корвель. — Там остановимся на отдых, и я позову к вам лекаря.
— Как вам угодно, сайер, — ответила, не открывая глаз, Катиль.
Мужчина покосился на девушку и покачал головой, рассматривая изуродованное падением личико. Но, несмотря на синяк и отекающий правый глаз, над которым красовалась уже запекшаяся кровь на разбитой брови, сайер подумал: "И все-таки хорошенькая".
— Ласс Корвель, вы на меня смотрите, — услышал он недовольный голос Катиль.
— Даже не думал, — соврал сайер, отводя глаза.
Она открыла глаза, усмехнулась, глядя на то, как старательно смотрит вперед ласс, но яркий дневной свет неприятно резал глаза, и девушка вновь закрыла их. Гален Корвель покосился на Катиль и усмехнулся. Потрепанный воробей все равно сохранял боевой дух, следя за приличиями. "Рассматривать благородную даму долгим взглядом в лицо непозволительно", — когда-то обучал сайера наставник. — "Это могут расценить, как оскорбление и вызов мужчины ее рода или супруг". У лаиссы Альвран не было мужа, и мужчины ее рода находились далеко, но Катиль все-таки вспомнила это правило этикета. На губах Корвеля появилась добродушная насмешливая ухмылка.